Некоторое время спустя.
Юдзуру, Соитиро и Хидзири ужинали в семейном ресторане.
Конечно… это было угощение Хидзири.
А когда трое мужчин собираются вместе…… они всегда делают одну вещь.
Да, непристойные разговоры.
— В последнее время я думаю о том, как прекрасны ягодицы, — сказал Юдзуру, потягивая виноградный напиток из стакана.
Его лицо было слабо покрасневшим.
— Ну, ягодицы по своей природе являются самой большой сексуальной привлекательностью для гоминидов, — сказал Соитиро спокойным голосом.
Юдзуру преувеличенно кивнул в знак согласия со своим другом.
— Да? Ну, грудь тоже хороша. Но я всё равно считаю, что попец — это реальная вещь…
— Но нет же никакой рациональной причины, почему подделка не может превзойти реальную вещь, — говоря это, Соитиро налил виноградный сок из графина в свой стакан.
Затем он сказал Юдзуру с серьезным лицом:
— Мы гоминиды, но мы также и люди. Разница между обезьяной и человеком… в груди. Так разве мы не должны любить сиськи?
Поковырявшись в мидиях, Хидзири со вздохом обратился к Юдзуру и Соитиро:
— Пацаны, вы просто не понимаете…
Юдзуру и Соитиро перевели взгляд на Хидзири.
— Дело в ножках. Стройные ножки более артистичны, чем большая грудь и ягодицы.
Грудь и ягодицы могут быть сексуальными.
Но в ногах есть художественный эротизм, который выходит за рамки этого, так он утверждал.
—М-да…… всё-таки это всё они, да?
— К этому всё и сводится.
— Не просто всё, это вопрос баланса и меры.
В итоге они пришли к выводу, что все люди разные и все замечательны.
Затем тема перешла на другое хобби.
— Юдзуру, а что ты обычно смотришь?
— Ты про что?
— Я про жанр, жанр.
— А…… жанр, хм-м… — Юдзуру задумался ненадолго, прежде чем ответить: — Ну, обычный.
— Нетораре, да?
— Так это ж не нормальный.
— Но, вроде бы, это самый популярный жанр.
— Бредятина какая-то.
Он не знает, является ли это самым популярным жанром или нет, но, по крайней мере, у Юдзуру не было такого вкуса.
Однако Юдзуру пожалел, что «нормальный» не был не самым лучшим ответом.
— Если так подумать, в последнее время я много смотрел… с массажными штучками.
— А, ты про лимфоток, да?
— Ага-ага. Что-то такое.
Говоря это…… Юдзуру вспомнил «массаж» с Арисой некоторое время назад.
Конечно, Юдзуру не делал ничего, чтобы регулировать лимфоток Арисы, но это было весело во многих смыслах…
— Раз уж ты спросил меня об этом, что ты сам смотришь в последнее время?
— Я недавно увлёкся VR.
— Никогда такое не смотрел. И как, весело?
— Просто дух захватывает.
— А ощущение реальности есть?
— Попробуй, и увидишь, — когда Хидзири сказал это, Юдзуру захотелось попробовать.
Однако сейчас у него нет времени покупать такие мелочи, потому что ему нужно откладывать деньги на подарок для Арисы.
— А ты, Соитиро?
— Юри.
— Ты даже секунды не колебался… — Соитиро моментально ответил на вопрос Хидзири.
Юдзуру, как обычно, посмеялся над его «хобби».
— Если это не юри, то я ни на что не согласен.
— Всё, что связано с юри, тебя устраивает?
— Если там есть парень, то это не для меня.
— Ну и ну, это позор до конца поколения…
— Соитиро — последний из своего поколения.
Следует отметить, что «последний из поколения» относится не к роду, а к следующей жизни, а «позор до конца поколения» означает позор до следующей жизни.
Конечно, все трое это знали.
— Кстати говоря, ты всё же собираешься стать зятем Татибаны?
Неожиданно он спросил Соитиро о информации, которая дошла до его ушей.
Он слышал об этом от своего отца.
— Если всё пойдёт по порядку, то так и будет.
— Тогда главенство Сатакэ будет…
— Я выйду из игры.
У Татибаны и Сатакэ не плохие отношения.
Однако Сатакэ не хотел бы находиться под покровительством Татибаны.
Человек, который станет зятем Татибаны, не сможет стать главой Сатакэ, и вполне естественно, что Соитиро должен будет отказаться от должности следующего преемника.
— Ну, у меня много братьев, в отличие от Татибаны. Так что, в отличие от них, это не обязательно должен быть я. Я должен быть тем, кто выйдет из игры.
Соитиро сказал и встал: «Я в туалет».
Выйдя из-за стола, Хидзири спросил Юдзуру:
— …… Я не так много знаю про их отношения, как ты, но…
— В чём дело?
— Мне уже давно интересно, действительно ли Татибана и Уэниси «одно целое»?
— Ну, они были «хорошими друзьями» в течение долгого времени, — расплывчато ответил Юдзуру, попивая виноградный напиток.
В ответ Хидзири кивнул: «Понятно».
— Иными словами, этот парень…… отказался от правления Сатакэ, потому что они втроём могут быть счастливы вместе?
— Полагаю, что так.
— А он на удивление безумно влюбчивый мужик…
Сатакэ — крупный землевладелец в восточной части Японии, в основном в регионе Канто, а также имеет обширные связи в местном совете и гражданском строительстве.
Статус наследника дома… это не то, что можно вот так просто отбросить.
И…
— Тэнка мне уже сказала, но это же он будет снабжать семенами Уэниси, да? Но Уэниси в Киото, а Татибана в Токио. Что он будет делать?
— Ну, разве это не просто…… дуолокальный брак? Он может просто делать это линейно.
Это будет жизнь, состоящая из регулярных мотаний туда-сюда между двумя домами.
Конечно, Аяка и Тихару — «хорошие подруги», поэтому они нередко ночуют друг у друга.
— …… Бедный парень, у него никогда не будет конкретного дома, куда он мог бы вернуться.
Слова Хидзири содержали сочувствие и, тем не менее, некоторое уважение к мужчине, который оставил свой дом ради любимой женщины.
— И я так думаю.
Когда Юдзуру согласился с Хидзири…
— Ну, если быть честным, у Татибаны и Уэниси больше денег, чем у Сатакэ.
— Какой же ты всё-таки отброс, — Хидзири обратился к Соитиро, который только что вернулся из уборной.
— И это первое, что ты говоришь своему другу, когда он возвращается из уборной? …… Разве такое дерьмо следует говорить в таком месте?
— Давай без приколов. И чё это за фигня про фекалии? Я, по-твоему, что, младшеклашка или чё?
— Твои грязный юмор делает напиток… кхэм… делает сок невкусным, так что завязывай.
Дело не в том, что ты не можешь избавить от этой грязи… а в том, что так не получится поесть.
Юдзуру пожаловался на Хидзири вместе с Соитиро.
Обновлено: 10.04.2026