Планета называлась Гелария-Третий.
Бывший аграрный мир. Миллионы крестьян. Храмы. Колодцы, выкопанные молитвами. И один инцидент — вспышка мутаций среди новорождённых. 93% младенцев родились искаженными. Некоторые — с третьим глазом. Другие — без рта. Кто-то — с прозрачной кожей.
Империум назвал это генетической порчей.
Суд Маллеуса постановил: «Демоническая инфекция».
Экстерминатус был приведён в исполнение.
Термоядерные удары. Орбитальная обработка. Стерилизация атмосферы.
Но не всё сгорело.
Корабль Саурона — бывший обломок станции, превращённый в варп-ковчег, — вышел из варпа над поверхностью мёртвой земли. Он смотрел вниз.
И чувствовал: там ещё что-то дышит.
Он спустился один.
Без войска. Без машины. Он шёл по выжженным полям, среди обугленных остовов зданий, над пеплом храмов.
Их пепел цеплялся к его сапогам.
Но через несколько километров он услышал… смех.
Хриплый. Детский. Безумный.
Он нашёл их в кратере.
Около тысячи. Дети. Мальчики и девочки — если они ещё могли называться так. Все изувеченные. Одноглазые. Безушие. Некоторые — с ртами на животе. Один — с головой ворона вместо человеческой. Они играли в пепле. Ели камни. Смеялись. Один ел мёртвую крысу, поочерёдно нюхая её и себя.
Он стоял — как башня. Огромный. Тёмный.
Они увидели его. И не испугались.
Один — слепой, с мешком на голове — ткнул в него пальцем:
— Бог! Новый! С другим глазом!
— Глаз сверху! — завопил другой. — Горит, горит, горит!
Они побежали к нему.
Он не двигался.
Их было много. Они окружили его, трогали броню, кусали, царапали, как щенки, как… орки.
Он понял.
«Они — не люди. Не животные. Они — заготовка.»
Он поднял руку.
И варп вырвался.
Час спустя, тысяча детей стояли на коленях в пыли.
И уже не были детьми.
Их кости хрустели. Кожа покрылась щетиной. Черепа вытянулись. Челюсти выросли. Вены наполнились огнём, не кровью. Они рычали. Мычали. Визжали. Их лица больше не помнили отцов и матерей.
Тысяча орков. Саурон создал их. Не зелёных — нет. Они были чёрно-серые. Их плоть пульсировала псайкерской болью. Они несли в себе варп-гной, но не как носители — как оружие.
Он дал им одну мысль: служи.
Но двое были другими.
Они подошли ближе. Сами. Молча. Один — мальчик, у которого глаза были вросшими в кожу. Другой — девочка с ртом, зашитым варп-жилами. Они не грызли, не визжали. Они смотрели.
Саурон чувствовал: в них — не ярость. В них — пустота.
Именно она была идеальной. Он протянул к ним руку.
И сказал:
— Назгулы.
Их тела начали исчезать.
Они не горели. Не кричали. Они… растворялись. Превращались в тени, обтянутые металлическими капюшонами. Голоса их исчезли. Остались только глаза — светящиеся, багровые.
Первый и Второй. Всадники. Слуги. Эхо моих ног.
Он поднялся над остальными. Над армией, рождённой из ошибок Империума.
— Вы были отверженными. Брошенными. Обречёнными.
— Теперь вы — мои.
— И в этот раз… вы будете вершить казнь. Не получать её.
Обновлено: 20.01.2026