Обычно этим четверым редко выпадала возможность расслабиться. В большинстве ситуаций им нельзя было терять бдительность ни на миг, а необходимость постоянно прикрывать друг друга требовала такой концентрации, что на посторонние мысли времени просто не оставалось.
Но из-за затяжного отпуска, в который их отправила лидер команды, все настолько разленились, что теперь занимались вещами, которых никогда прежде не пробовали.
— Лидер, и долго вы ещё планируете так отдыхать? — воспользовавшись паузой, осторожно спросил Илейн.
Суджи, до этого с улыбкой рассматривавшая потолок, перевела взгляд куда-то вдаль и ответила:
— Ещё немного. У меня пока нет желания возвращаться. Знаете, в последнее время я всё чаще думаю, что работа не должна быть главным в жизни. Я хочу прожить её так, как мне нравится, а работа… пусть она будет лишь приправой, дополняющей вкус.
— Хоть и несправедливо, что специи нельзя, а приправы можно, но слова ваши верны!
— Это точно, — в один голос подхватили Пис и Сейнт, едва Суджи закончила фразу.
— А что, вы чем-то обеспокоены?
Илейн мельком взглянул на терминал, словно сверяясь с датой или временем, но тут же покачал головой.
— Нет. Ничего такого.
Сейнт воодушевленно вскочила с места. Её короткие светло-каштановые волосы взметнулись и рассыпались по плечам.
— Ура! Илейн разрешил. Тогда давайте ещё поиграем!
Словно только и дожидаясь этого момента, Сейнт воровато огляделась, открыла инвентарь и вывалила оттуда целую гору коробок.
«Пуэрто-Лисон», «Я тоже? И ты!», «Захватчики Южного моря», «Код Лайм», «Терраформирование Земли», «Доминион», «Гарлеан», «Родина солдат» — посыпались коробки со странными названиями.
Суджи, наблюдая за тем, как Сейнт в мгновение ока выстроила стопку высотой с собственный рост, невольно восхитилась:
— О! Это же настольные игры? Я видела их… кажется, в каком-то шоу лет двадцать назад.
Пис и Илейн кивнули, подтверждая, что тоже слышали о таком.
— Настолки?
— Это там, где кости бросают?
Похоже, Сейнт подготовила всё это заранее, ещё с того момента, как Суджи позвала всех отдохнуть. С гордым видом она начала открывать коробки одну за другой, демонстрируя компоненты и карты.
Впрочем, остальным не хватило эстетического чутья, чтобы проникнуться видом аккуратно разложенных фишек. Лишь Илейн, некоторое время внимательно изучавший содержимое, спросил с искренним любопытством:
— А нам вообще можно играть в игры с кубиками?
— Почему нет?
— Ну, если честно, каждый из нас может выбросить именно то число, которое захочет.
Сейнт тяжело вздохнула. Она успокоилась лишь тогда, когда догадалась, что кубики можно заменить генератором случайных чисел в терминале.
Но на этом трудности не закончились. Среди них были и те, кто мог без труда просветить рубашки карт насквозь. Чтобы игра получилась хоть сколько-нибудь честной, пришлось бы конфисковать все артефакты и максимально ограничить использование способностей.
Сейнт немного расстроилась, поняв, что из всей горы коробок им доступно лишь несколько игр, но тут же бодро разложила одну из них.
— В таком случае — рандомная дичь! Начнём с «Игры в жизнь»!
— Что ещё за «рандомная дичь»?
— Наверное, это когда семь частей удачи и три части мастерства.
— Хватит болтать, лучше выбирайте цвета!
Заметив, что Сейнт сегодня необычайно взбудоражена, остальные не стали спорить. Они мгновенно срубили росшее неподалеку огромное дерево и соорудили из него вполне приличный стол.
Вскоре четверо охотников, разложив терминалы, начали партию. «Игра в жизнь» оказалась нехитрой забавой, где нужно было строить отели на каждой клетке. И вот четверо сильнейших охотников Кореи, входящих в топ-10 страны, ломали головы над несправедливостью ситуации, в которой один-единственный бросок кубика решал их финансовую судьбу, принося либо богатство, либо разорение.
Креуса, а точнее Ёнджу, сидела на спине ската, скрестив руки на груди, и тяжело вздыхала.
Четыре дня назад Сынхван сообщил ей, что мошенника, обманувшего Суджи, поймали. А сегодня утром пришла новость, что от него наконец добились признания. Однако ответ преступника показался ей крайне странным.
«Я всего лишь хотел внести пожертвование».
Слово «пожертвование» само по себе звучит благородно, но, копнув глубже, Ёнджу выяснила суть: парень пытался собрать огромную сумму для вступления в секту «Мессия», которая сейчас набирала популярность по всему миру.
Ёнджу навела справки об этой организации. На первый взгляд «Мессия» казалась обычным закрытым клубом для элиты, но их истинной целью было обретение бессмертия. Пойманный мошенник признался, что секта нацелилась на награду «Лаврового древа».
Похоже, появилась веская причина, по которой эту награду нужно было заполучить во что бы то ни стало. Прямо сейчас просить о помощи было рано, но на всякий случай стоило предупредить Дафну.
На душе у Ёнджу было неспокойно. Ей предстояло навестить Суджи, которая уже больше месяца жила затворницей, и она прекрасно понимала её состояние.
Афера, в которую угодила команда Дафне, была лишь верхушкой айсберга. Куда страшнее было изменившееся отношение общества к охотникам. Люди начали терять былое уважение к тем, кто рискует жизнью в Башне.
Наверное, потому что жизнь стала слишком спокойной.
«В моё время гибель десятков людей во время одного Прорыва была обыденностью. Тогда труд охотников ценили по достоинству».
А сейчас к ним относились как к поп-звёздам или знаменитостям. Отчасти в этом была виновата агрессивная реклама, призванная привлечь новых рекрутов, но из-за этого многие перестали уважать личное пространство охотников, воспринимая их лишь как ресурс для развлечения. Не обходилось и без банальной зависти к их заработкам.
«Опять я рассуждаю как старуха… Но это не та профессия, чей образ можно так легкомысленно потреблять».
И всё же, как мог охотник, которого Пенеос поддерживала с самого детства, вырасти и обмануть Суджи? Каково было Суджи, с юных лет не видевшей ничего, кроме Башни, столкнуться с таким предательством? К тому же Ёнджу слышала, что та ушла из семьи после крупной ссоры.
Наверное, ей сейчас невыносимо тяжело. Суджи ответила на сообщение с задержкой, и хоть она охотно согласилась на встречу, вряд ли её настроение было радужным.
«Нужно посоветовать ей сходить к психотерапевту», — решила Ёнджу.
С этими мыслями она вошла в подземелье и вдруг услышала доносившийся изнутри громкий смех.
— Что за?..
Посреди широкого двора под темнеющим небом стоял стол, вытесанный из цельного бревна, и походные стулья. А вокруг валялись предметы, которые обычно использовали в опасных рейдах: «Персик, хранящий свет», «Вечно горящий факел», «Сияющий павлиний хвост».
«Разбросать такие ценные артефакты просто ради освещения…»
Ёнджу, знавшая истинную цену этим вещам, сокрушённо вздохнула. Сначала её поразило небрежное отношение к редким предметам 8-го тира, а затем — сама компания за столом. Все они были охотниками с запредельными характеристиками.
«Они не просто скрываются… Неужели проводят экстренное совещание?»
Вариантов было несколько. Возможно, Сынхван уже успел рассказать им о Башне Лаврового древа или о секте. Или они обсуждают стратегию захвата 81-го этажа? А если нет, то… психологический надлом? Охотники — тоже люди, и они часто страдают от душевных травм. Было бы неудивительно, если бы и команду Дафне накрыл кризис.
С тяжёлым сердцем Ёнджу подошла к ним, но в этот момент Суджи радостно улыбнулась и помахала рукой:
— О, тётя Ёнджу! Проходите скорее!
Ёнджу замерла, глядя на неё.
«Сколько же лет прошло… С самой смерти Пенеос я не видела, чтобы Суджи так искренне улыбалась».
На мгновение потеряв дар речи, Ёнджу поочерёдно оглядела четверых охотников, а затем перевела взгляд на стол. Перед каждым лежала стопка игрушечных денег, а в центре красовалось квадратное картонное поле.
— Так это не совещание… — пробормотала она.
Суджи, проследив за её взглядом, смущённо рассмеялась:
— А, мы тут в настолку резались. Раз вы пришли, тётя, пора закругляться. Идите к нам, садитесь.
— Проще оставить всё как есть и пересесть за другой стол, — предложил Илейн.
— Да о чём вы! Раз лидер сказала сворачиваться — значит, убираем, — вставил Пис.
— Это ты так говоришь, потому что банкрот! У тебя ни одного отеля не осталось, гол как сокол! — поддела его Сейнт.
Один за другим высказались Суджи, Илейн, Пис и Сейнт. Понимали ли они, насколько странно выглядят со стороны?
Молодые люди, чьи плечи, казалось, всегда давило бремя смерти, собрались вместе и азартно спорили из-за бумажек, бесполезных в реальном мире… И это зрелище было по-настоящему прекрасным.
Обновлено: 22.01.2026