Глава 5 — Глава 5.

Антон вел скутер так, словно его ничего не заботило, но краем глаза цепко сканировал окрестности в поисках укрытия. Когда вокруг столько народу, двое с другим цветом кожи уже не так бросались в глаза. Неизвестно, по каким критериям Антон выбирал убежище, но он кружил по трущобам минут пять. Наконец Антон остановил скутер перед одним из строений. Если это можно было назвать строением: крыша из шифера, каркас из грубо сколоченных деревянных брусьев, а стены — просто полиэтиленовая пленка, гуляющая на ветру. Хорошо, что в Африке нет зимы. Иначе в такой халупе вечером ляжешь мягким, а утром проснешься твердым. Натуральный холодильник с естественным обдувом — выбор настоящего ценителя. Ван Тао не понимал, почему Антон выбрал именно это место, но, судя по предыдущим решениям, наемник не ошибался. Следовать за ним — самый верный вариант. Антон и Ван Тао нырнули внутрь. Хижина была доверху забита пластиковыми бутылками, предназначенными на продажу, — остался лишь узкий проход. Ван Тао протиснулся следом за Антоном и наконец попал в чуть более просторное помещение. М-да, слов нет, одни эмоции. Справа стояла железная кровать с пружинным матрасом, из которого торчали спирали. Бурые пятна на обивке отбивали всякое желание на нее садиться. Слева было еще интереснее: источающий зловоние унитаз, а рядом с ним — железный котел для варки на дровах. Главный принцип: ешь и гадь, не отходя от кассы. Антон плюхнулся на кровать: — Отдыхаем. Спрячемся до ночи, потом придумаем, как выбраться из города. Ван Тао смущенно пробормотал: — Я, пожалуй, постою. Антон не стал уговаривать. Он привалился к изголовью железной кровати, обнял АК и прикрыл глаза, восстанавливая силы. Стоящий Ван Тао начал накручивать себя. Будет ли местная банда их преследовать? Безопасно ли здесь? Мотоцикл! При мысли о том, что скутер может выдать их местоположение, Ван Тао не выдержал: — Мотоцикл снаружи... он не выдаст нас? Разбуженный Антон вздохнул. Как же утомляют эти парни из безопасных зон. Неужели в Китае с безопасностью и правда так хорошо? Антон с беспомощной усмешкой ответил: — Дружище, это Африка! Мотоцикл с ключами в замке зажигания, даже если за ним присматривают, не продержится и пяти минут. А уж без присмотра и подавно. Ван Тао, будучи натурой прижимистой, как представил, что кто-то угоняет их транспорт, так сердце кровью облилось. — Так наш мотоцикл... его что, украдут? — Братан, очнись! Мы этот мотоцикл угнали! Ты его не покупал! Ван Тао смущенно пробормотал: — Ну я просто... просто... жалко же. Антон не выдержал: — Заткнись! Если не хочешь отдыхать, то хотя бы молчи. Не мешай мне, я сплю. — И он снова закрыл глаза, притворяясь спящим. Припугнутый Ван Тао не смел больше беспокоить Антона и принялся изучать доставшийся ему АК. Для китайца, живущего в стране со строгим запретом на оружие, «Калашников» обладал роковой притягательностью. Особенно для такого, как Ван Тао, — того, кто уже познал вкус стрельбы и был этим одержим. Дед Ван Тао был старым охотником из Маньчжурии, предки его веками жили в лесах, промышляя зверем. В Вандалине деда звали Ван-Пушка, и стрелял он поистине божественно. Охотники ради шкур шли на всё. Быстрых зверей били исключительно в голову, чтобы не попортить ценный мех. Убить одним выстрелом — закон. Второй выстрел — уже убыток. Патроны считали поштучно. А ружья были самые примитивные. Сначала дед Ван Тао ходил с одностволкой 16-го калибра, переломкой, куда заряжалось всего два патрона за раз. На медведя или секача было всего два шанса. Сколько охотников сгинуло, не сумев уложить зверя с двух выстрелов, сколько было растоптано и разорвано лесными тварями... Лишь к началу 96-го дед Ван Тао разорился на подержанный карабин СКС — 56-й полуавтомат. Нарезы в стволе были почти стерты, пули уходили влево, но причина покупки была одна: дешевизна. Хорошо, что взял б/у. Не прошло и трех месяцев, как вышел указ о запрете оружия! Да-да, полный запрет, а через полгода запретили и охоту. Дед Ван Тао от злости чуть не задохнулся. Сказал: «Пусть делают что хотят, а ствол не сдам». Благо в деревне контроль был не такой строгий. Но вот патроны купить стало негде. Можно было снаряжать самому, но капсюли исчезли из продажи. А варить дома гремучую ртуть или бертолетову соль для капсюлей — верный способ отправиться на тот свет раньше времени. Ван Тао рос у бабушки с дедушкой и, естественно, унаследовал дедов талант. С пятнадцати лет он ходил в лес, и рука у него была твердая. Из старенького СКС на сто пятьдесят метров по движущейся мишени он мог попасть в правый глаз, не задев левого. Пока не поступил в свой третьесортный университет, все каникулы проводил в горах с ружьем. Только после смерти деда тот СКС сдали властям. Ван Тао смотрел на АК, ровесника дедовского карабина, как на родного. Взял армейский нож, снятый с трупа бандита, отрезал кусок ткани от одежды и принялся чистить оружие. Когда он разобрал автомат, то просто остолбенел. Черт возьми, если бы не божья помощь, этот ствол давно бы разорвало в руках. Хоть АК и славится надежностью, но нельзя же так наплевательски относиться к технике! Снаружи еще ничего, но внутри ствола — та же помойка, что и на улице: песок, масляная грязь, нагар. Если бы не бой в упор, пуля полетела бы куда угодно, только не в цель! А раз оружие в таком состоянии, то и патроны, скорее всего, не лучше! Ван Тао поспешно выщелкал патроны из магазина. Мать честная! Если не приглядываться, и не заметишь: патроны разной длины и калибра, у некоторых гильзы помяты. Братан, ты что, даже такие в дело пускаешь?! Ван Тао видел ролики про африканских водил вроде Одебьо, знал, что они безалаберные, но не до такой же степени! Это же игра со смертью! Черный парень ответил бы: «Я не играю со смертью. Знаешь, что такое стрельба на веру? Это когда боишься, что тебя убьют, но еще больше боишься, что тебя убьет твой же автомат!» В большинстве африканских стран нет своих патронных заводов, всё импортное. Поставщики: Россия, ЮАР, Египет, Индия, Пакистан, Алжир, ну и, конечно, США и Китай. Источники самые разные. Лучшее качество, бесспорно, у американцев, но цены кусаются. Следом идут российские патроны — не такие роскошные, как полностью латунные американские, но вполне надежные. Китайские патроны занимают среднюю нишу. Качество производства отличное, но материалы похуже: стальная гильза, антикоррозийные свойства ниже, чем у латуни янки. Учитывая климат и местный менталитет — а у местных в голове нет даже понятия «обслуживание», они носят патроны на себе как украшение, — китайская сталь здесь не в чести, ржавеет. Про остальные страны и говорить нечего. Особенно Индия, ЮАР и Алжир — внешне копируют один в один, а вот выстрелит оно или нет, догорит ли порох — бабушка надвое сказала. Ван Тао вытряхнул патроны из всех четырех магазинов и начал селекцию. Метод простой: взвесить в руке, осмотреть на повреждения, проверить четкость маркировки. Увлеченный процессом, он и не заметил, как храп Антона стих, а один глаз наемника приоткрылся, наблюдая за ним сквозь узкую щель.... В это же время в богатом районе Найроби, в особняке стоимостью более трех миллионов долларов, сидел Нанди, глава крупнейшей банды. Одетый в серый костюм, он элегантно восседал за столом, решая вопросы. Если бы не стоящие рядом головорезы с АК, можно было бы принять его за бизнесмена. На столе зазвонил телефон. Нанди взял трубку. Его спокойное лицо начало мрачнеть. Он рявкнул в трубку: — Твою мать, ты меня за идиота держишь?! Хочешь сказать, двое связанных по рукам и ногам пленников освободились и перебили семерых вооруженных бойцов?! Мы не в Голливуде! На том конце провода Джабари, чуть не плача от обиды, клялся: — Босс, всё так и было, клянусь! Вся улица видела! Один русский и один китаец с автоматами прорвались из здания, убили двоих наших, которые пытались следить, и угнали мотоцикл. При слове «китаец» лицо Нанди потемнело еще больше. Влияние Китая в мире, и особенно в Африке, росло. Если этот парень доберется до посольства, будут проблемы. Нанди понизил голос, угрожающе процедив: — Ты посмел похитить китайца, да еще и упустил его! Если сюда придут из посольства, тебе конец. Если бы не деньги, которые ты приносишь, я бы тебя сам пристрелил. Джабари покрылся холодным потом. Хорошо, что он не жадничал с долей босса, иначе Нанди исполнил бы угрозу. — Босс, не волнуйтесь. Их паспорта, телефоны и кошельки у меня. Я уже отправил людей дежурить у посольства. Что делать дальше? Нанди немного успокоился: — Остальное я беру на себя. Следи за посольством. Возьми пару надежных ребят. Как убьете их — заляг на дно на свалке. — Понял, простите за беспокойство, босс. Повесив трубку, Нанди получил фото от Джабари и тут же переслал его заместителю начальника полиции Найроби. Крыша банды — это, разумеется, полиция. Шеф полиции Найроби — просто политическая фигура, свадебный генерал, как и везде. Реальная власть и контроль над делами — у его заместителя. Помимо доли от прибыли, Нанди лично заносил вице-шефу миллион долларов в год. «В розыск. Назначить награду?» «Десять тысяч долларов». Одно фото, две фразы — и Ван Тао из жертвы превратился в преступника. А похитители чудесным образом стали невинными гражданами, убитыми бандитами.