Распахнув глаза, Неистовая курица вращала огромными зрачками. В следующий миг её взгляд стал невероятно острым. Она вскочила на ноги, посмотрела на Лу Юньцзэ и сестрицу Линь, издала пронзительный крик и яростно бросилась на них.
Бам!
Клюв просунулся между прутьями решётки. Но щель была слишком узкой, и протиснуть удалось лишь самый кончик. Несмотря на это, Неистовая курица отчаянно пыталась просунуть голову, словно упёртый баран, готовый разбить лоб о стену.
Лу Юньцзэ не смог сдержать усмешки:
— И впрямь неистовая… только вот с мозгами у неё, похоже, туговато?
— Поэтому её и удалось поймать живьём, — рассмеялась сестрица Линь. — Ума-то маловато.
Лу Юньцзэ промолчал.
«Да уж, — подумал он. — С таким интеллектом… мне даже жаль тебя, курочка».
Они оставили курицу, застрявшую клювом в решётке, и пошли дальше. Лу Юньцзэ вскоре обнаружил, что здесь содержатся исключительно Неистовые курицы.
— А зверей посвирепее тут нет? — спросил он.
Он никогда бы не подумал, что его судьба так тесно связана с курами. На работе разделывал кур. Пришёл посмотреть на свирепых зверей — и тут тоже куры. Оглядываясь на свою жизнь после перемещения, полную опасностей, он пришёл к выводу: он определённо преданный фанат этих птиц.
Сестрица Линь покачала головой:
— Наш Восточный цех разводит кур, поэтому и свирепые звери у нас куриного типа. Звери других видов есть в других цехах, но тамошние старые пердуны тебя на экскурсию точно не пустят.
За неделю, проведённую на арене, Лу Юньцзэ уже смутно догадывался, что отношения между четырьмя цехами далеко не дружеские. К тому же, за эти дни он убил немало людей из трёх других цехов. Пойти к ним в гости было бы равносильно прыжку в логово дракона.
Они решили возвращаться.
Когда они вернулись на виллу, те трое уже доели и ушли. Причём тарелки были вылизаны дочиста, не осталось ни капли жира.
Сестрица Линь потеряла дар речи:
— Они что, с голодного края? Даже твою порцию съели!
— Да ладно, неважно. Я столько свирепых зверей увидел, что от страха наелся, — полушутя ответил Лу Юньцзэ.
Сестрица Линь бросила на него выразительный взгляд:
— А ты не похож на труса.
Лу Юньцзэ приподнял бровь:
— О? С чего такие выводы?
Сестрица Линь скрестила руки на груди и фыркнула:
— Ты ведь даже ко мне смеешь приставать…
— Завтра мне на поле боя, — усмехнулся Лу Юньцзэ. — Может, остаться сегодня с тобой?
Сказав это, он снова попытался её облапать.
— Катись отсюда, катись, нахал! — с досадой отмахнулась сестрица Линь.
Лу Юньцзэ громко рассмеялся, развернулся и, уходя, бросил:
— Скоро я снова приду к твоему наставнику.
— Только попробуй! — крикнула она ему вслед.
«Пф, остаться с тобой? — мысленно хмыкнул Лу Юньцзэ. — Не настолько уж я оголодал».
Впрочем, эта полуправдивая игра помогла ему создать нужный образ в глазах сестрицы Линь.
Ну и что, что нахал? Если всё время ей потакать, она станет ещё более невыносимой. А я хочу, чтобы она чувствовала себя не в своей тарелке!
Лу Юньцзэ хотел сначала зайти в общежитие за клинком, а потом отправиться к Ху Туту. Но по дороге он неожиданно столкнулся с Мужун Нинбин.
На ней было голубое платье, в котором она выглядела просто сказочно. Голубая маска, скрывавшая лицо, добавляла её образу загадочной красоты, от которой у любого зачесались бы руки.
Вот только Лу Юньцзэ давно выковал себе сердце, твёрдое как камень. Кхм-кхм, а точнее, он уже слишком глубоко копнул в её тайны. Он знал всё, поэтому былого любопытства не испытывал.
И всё же, снова увидеть её было приятно.
— Что, не даёшь пройти? — улыбнулся он.
Мужун Нинбин стояла прямо перед ним, очевидно, желая что-то сказать.
— Вечером в столовой, — тихо произнесла она, — я встретила одного человека. Он передал тебе письмо.
— О?
Лу Юньцзэ с удивлением взял письмо. Оно было запечатано и, очевидно, не вскрывалось. Он открыл его, пробежал глазами по содержанию и тут же скомкал.
Это был Сун Чжиюань.
В письме было всего несколько слов:
«В то же время, в том же месте».
Надо же, а он не так прост, раз может свободно перемещаться между двумя цехами. Вероятно, он хотел поговорить с Лу Юньцзэ ещё вечером, но тот в столовую не пошёл. А то, что Сун Чжиюань нашёл Мужун Нинбин, означало, что он разузнал о её статусе служанки Лу Юньцзэ и поэтому без опаски доверил ей письмо.
— Тогда я пойду.
Передав письмо, Мужун Нинбин собралась уходить.
Лу Юньцзэ хотел что-то сказать, но промолчал. Если побег удастся, это будет их последняя встреча. Долг из прошлой жизни он оплатил, спасая её в этой. Так что в этой жизни их пути, скорее всего, больше не пересекутся.
Заметив, что он застыл в раздумьях, Мужун Нинбин удивлённо спросила:
— О чём ты думаешь?
— Ни о чём, — неожиданно для самого себя ответил Лу Юньцзэ. — Ты веришь в прошлую жизнь?
Взгляд Мужун Нинбин застыл.
— Не верю, — бесстрастно ответила она.
— Что ж, ладно, — он пожал плечами и, ничего не добавив, с тяжёлым сердцем произнёс: — Прощай…
И повернулся, чтобы уйти.
Вот это было в её стиле. Холодная и гордая женщина!
Но как только Лу Юньцзэ ушёл, её непроницаемый взгляд изменился.
— Прошлая жизнь? — прошептала она в пустоту. — Это сказки для маленьких девочек. А я давно не девочка… Но почему мне всё равно кажется, что мы были знакомы раньше?
…
Лу Юньцзэ покинул территорию цеха и знакомой дорогой направился в развлекательный квартал. Вскоре он увидел стоявшую на улице пышнотелую женщину — Ян Сяофан.
— Братец Лу, заходи скорее!
Она кокетливо помахала ему рукой. Не знающий человек, увидев эту сцену, мог бы подумать, что у Ян Сяофан и впрямь игривый характер.
Лу Юньцзэ кивнул и вошёл за ней в комнату.
Соседка, тощая женщина, тут же зашипела от зависти — у неё-то с клиентами было туго.
— Твою мать, — проворчала она. — Такой красавчик, а любит танки. Что у него за вкус?
В комнате Ян Сяофан уже сидел человек. Это был Сун Чжиюань, похожий на «здоровяка Чуня» процентов на семьдесят-восемьдесят. Увидев Лу Юньцзэ, он взволнованно вскочил:
— Братец Лу, наконец-то ты пришёл!
— В чём дело? — спросил Лу Юньцзэ без предисловий.
— Завтра начинается битва за рейтинг Дракона, — ответил Сун Чжиюань. — Я достал карту горы Белого Тигра, чтобы тебе было проще осуществить план.
С этими словами он вытащил из кармана сложенный лист бумаги и разложил его на кровати.
Лу Юньцзэ взглянул. Карта горы Белого Тигра была на удивление подробной. На ней был даже отмечен оптимальный маршрут для побега.
— Где ты это раздобыл? — настороженно спросил он.
— Братец Лу, я не зря столько лет провёл в компании. У меня есть свои связи. Многие из сильнейших бойцов рейтинга Дракона бывали на этой горе по нескольку раз.
Только тогда Лу Юньцзэ успокоился.
Сун Чжиюань указал на карту и начал объяснять.
…
Лу Юньцзэ внимательно слушал, прикидывая, что маршрут и впрямь рабочий.
— Нужно будет пересечь центральную часть горы Белого Тигра, но на пути нет особо сильных свирепых зверей. Единственное опасное место — вот здесь, Пруд Божественной Черепахи. Его охраняет зверь первого ранга восьмого уровня. Но он почти всё время спит. Если его не разбудить, можно будет спокойно проскочить.
Первый ранг восьмого уровня? Это эквивалент бойца восьми звёзд.
Лу Юньцзэ это не слишком обеспокоило. Для других бойцов это могло бы стать проблемой, но с его силой, даже если он разбудит тварь, он с ней легко справится.
— Всё, что ты сказал, я понял, — внезапно произнёс Лу Юньцзэ. — Но одного я не понимаю.
Сун Чжиюань удивлённо посмотрел на него:
— Чего именно?
Лу Юньцзэ с серьёзным лицом, медленно выговаривая каждое слово, спросил:
— Почему ты так отчаянно мне помогаешь?
Обновлено: 03.02.2026