Подготовка требовала времени, так что торжество должно было состояться лишь через несколько месяцев.
Это касалось внешних дел. Внутри же секты статус Цинши уже утвердили – он стал Великим Старейшиной Пика Божественного Меча.
По идее, ему полагался чин старейшины-главы всей секты, но Цинши наотрез отказался, настояв на том, чтобы остаться на Пике Божественного Меча. Единственным его условием было признание его ученицы личной ученицей Пика, против чего, разумеется, никто не возражал.
Более того, под поручительство Хун Цзуня, других владык и старейшин, её даже освободили от проверки таланта.
Пока Цинши увлеченно беседовал с Ци Сюном, Хун Цзунь сверился со временем и понял, что час обеда близок.
Он бросил на Цинши презрительный взгляд, мысленно выругавшись: «Олух, за болтовней совсем о времени забыл?»
Не обращая внимания на остальных, Хун Цзунь поднялся и объявил:
— На моем Пике есть еще дела, так что я откланяюсь. А вы пообщайтесь с братом Цинши подольше, пусть прочувствует всё гостеприимство нашей секты.
Это была неприкрытая подлянка. Мол, сиди тут и болтай, а про обед можешь забыть.
Окружающие, не разгадав коварного замысла, закивали:
— Разумеется. Собрат по Дао Цинши теперь с нами, мы обязаны принять его как следует.
— И то верно. У меня как раз есть немного чая постижения Дао, почтите меня своим визитом, выпьем по чашечке.
— А у меня есть плод небесного аромата, отличное дополнение к чаю!
Все начали предлагать свои сокровища, желая угостить гостя, но взгляд Цинши был прикован к Хун Цзуню. Заметив торжествующую ухмылку на лице старикашки, Цинши стиснул зубы. «Думаешь, так просто от меня отделаешься?»
Хун Цзунь, проигнорировав его взгляд, развернулся и решительно зашагал прочь.
Он в приподнятом настроении возвращался на Пик Божественного Меча, но не успел пройти и половины пути, как его нагнал Цинши.
— Что же ты на обед уходишь, а меня не зовешь? — С издевкой бросил он Хун Цзуню.
— Ты… Как ты выбрался? — Вытаращился Хун Цзунь.
— Да просто взял и вышел.
План сорвался, и Хун Цзунь был крайне недоволен. Выпал такой шанс подложить свинью этому старому хрычу, а Ци Сюн со товарищи оказались совершенно бесполезными – человека удержать не смогли! Нужно было его просто связать, что ли?
В душе Хун Цзуня клокотала ярость. Видя, как тот снова скрежещет зубами, Цинши весело махнул рукой:
— Ну, я полетел!
С этими словами Цинши превратился в луч света и устремился к Пику Божественного Меча. Хун Цзунь бросился следом:
— Твою ж… Старый хрыч, никакого благородства!
Они наперегонки достигли кухни, куда как раз начали стекаться толпы адептов. Назревало очередное сражение.
Цинши, разумеется, в общей свалке не участвовал. На Пике Божественного Меча, не считая Хун Цзуня, ему не было равных, включая старейшин, так что никто не рискнул искать на свою голову проблем.
С довольным видом он принялся за еду. Держа в руках огромную чашу, Цинши ел с невероятным размахом. Его борода, придававшая ему прежде благообразный вид небожителя, теперь была вся в пятнах соуса – от величия мастера не осталось и следа.
— Слушай, старик, ты можешь есть поаккуратнее? — Не выдержал Хун Цзунь, глядя на то, как тот уплетает еду.
Цинши покосился на него и ответил таким же презрительным взглядом:
— А ты-то сам лучше?
На самом деле Хун Цзунь выглядел не краше: у него даже на воротнике прилипли рисинки.
Два старика, несмотря на возраст, ели быстрее всех – молодым адептам было за ними не угнаться.
Как обычно, Хун Цзунь закончил первым, но на этот раз у него появился достойный соперник – Цинши отставил пустую посуду почти одновременно с ним.
Глядя на учеников, которые всё еще продолжали жадно поглощать пищу, Хун Цзунь раздраженно бросил:
— Посмотрите на себя! Вы даже ганьфань делаете медленно, на что вы вообще годны?
Адепты, получив внезапный нагоняй, замерли в полном недоумении. Что это вдруг нашло на Владыку Пика?
Обновлено: 20.02.2026