— Я, Великий Старейшина Железной Долины, один из немногих мастеров-кузнецов девятого ранга на всем Восточном Континенте, Ван Тешу! — Прогремел ее голос.
— И ты на полном серьезе просишь меня выковать обычный секач? Да еще и требуешь, чтобы он был уровня драгоценного оружия?
— Ты что, издеваешься надо мной?! На кой черт кухонному ножу ранг Баобин?!
Ван Тешу яростно уставилась на Чэнь Му. Ее и без того высокая, мощная фигура сейчас так и веяла угрозой. Она процедила сквозь зубы каждое слово:
— Мальчишка, ты что, решил подшутить над этой почтенной?
Первой ее мыслью было, что Чэнь Му просто издевается, но тот ответил с предельно серьезным видом:
— Ученик не посмел бы. Все именно так, как я сказал. Этот секач имеет исключительное значение для нашего Пика Божественного Меча. В моих словах нет ни капли лжи.
Услышав это, Ван Тешу холодно усмехнулась:
— Исключительное значение? Ты и впрямь держишь меня за дуру? Ты сам только что сказал, что ваш пик называется Пиком Божественного Меча, но при этом просишь меня выковать нож, да еще и, мать его, кухонный!
— Что, Пик Божественного Меча решил переквалифицироваться в кулинары? Скоро переименуетесь в Пик Кухонного Секача?
Она ни на грош не верила словам Чэнь Му. Тот, видя ее настрой, занервничал и поспешно заговорил:
— Ученик ни в коем случае не обманывает Великую Старейшину! Этот нож действительно жизненно необходим нашему пику.
— Хватит болтовни, проваливай. Только из уважения к Хун Цзуню я не стану наказывать тебя за сегодняшнюю дерзость.
Она уже начала выпроваживать его. Эта старая женщина была свято убеждена, что ее дурачат. Стиснув зубы, Чэнь Му выпалил:
— У меня есть деньги!
— Только назовите цену, Великая Старейшина. Пик Божественного Меча готов заплатить сколько угодно.
Раз логика не работает, придется пустить в ход финансовое развращение.
Но Ван Тешу лишь презрительно фыркнула:
— Деньги? Ха! Ты думаешь, я в них нуждаюсь?
К ней, как к мастеру девятого ранга, люди, умоляющие выковать божественное оружие, выстраивались в очередь, длинную, как косяк рыб, идущий на нерест.
Любое изделие, вышедшее из-под молота Ван Тешу, во внешнем мире становилось объектом охоты для бесчисленного множества практиков.
Так неужели ее волнуют деньги?
У нее и так хватало всевозможных сокровищ, и теперь она ковала Шэньбин только под настроение.
Если ей не по душе заказ, то никакие богатства не заставят ее взяться за работу.
Видя, что этот прием не сработал, Чэнь Му без всякого предупреждения с грохотом рухнул на колени.
От такой внезапности даже Ван Тешу невольно отступила на полшага назад, а затем со странным выражением лица произнесла:
— Говорю тебе сразу, на меня это не действует. Брось эти свои штучки.
Но Чэнь Му остался непоколебим. Нож он сегодня обязан забрать во что бы то ни стало.
На его плечах лежат надежды множества братьев по секте. Если он вернется ни с чем, как он сможет смотреть им в глаза?
Глядя на озадаченную Ван Тешу, Чэнь Му твердо произнес:
— Великая Старейшина, ученик слезно молит вас взяться за работу и выковать это божественное оружие для нашего Пика Божественного Меча.
— И не проси, я не соглашусь.
— Считайте это личным долгом Пика Божественного Меча перед вами.
— Я же сказала – нет.
— В будущем, если вам что-то понадобится, Пик Божественного Меча приложит все силы, чтобы помочь вам.
— Ты что, человеческого языка не понимаешь?! — Окончательно вскипела Ван Тешу, сорвавшись на деревенский говор. — Я таперича сказала, что не возьмусь и не соглашусь! Я, почтенный мастер девятого ранга, должна ковать кухонный нож? Да ежели об этом прознают, куды ж я лицо-то свое девать буду?!
Доведенная настырностью Чэнь Му до белого каления, она всерьез разозлилась. По натуре она была вспыльчивой, и то, что она так долго и терпеливо пыталась все объяснить, а Чэнь Му все не унимался, окончательно вывело ее из себя.
Выдав тираду ругательств, Ван Тешу глубоко вздохнула. В конце концов, она была одного поколения с Хун Цзунем, личностью известной и уважаемой, и так кипятиться из-за младшего было действительно не по статусу.
К тому же Чэнь Му был учеником Хун Цзуня. Ради этого старого хрыча стоило взять себя в руки.
Подавив гнев, она сказала:
— Повторяю в последний раз: я не стану ковать секач. Какую бы цену ты ни предложил, какие бы сокровища ни принес – я не соглашусь. Перестань меня донимать.
— А за то, что было раньше, я тебя прощаю. Теперь – пошел вон отсюда, ясно?
Увидев такую непреклонность, Чэнь Му поднял на нее взгляд. Решимость в его глазах не только не угасла, но и вспыхнула с новой, отчаянной силой.
Обновлено: 20.02.2026