— Тогда идем к старшему брату-наставнику прямо сейчас?
— Идем. Пора вплотную заняться вопросом ротации в Прибрежном Лагере.
На радостях они поспешили к обители Ци Сюна.
Увидев их обоих на пороге, глава секты поначалу удивился:
— Что случилось? С чего бы вам вдвоем ко мне заявляться?
— Старший брат, мы пришли обсудить смену караула в Прибрежном Лагере, — начал Ши Сун. — До срока осталось всего полмесяца. Девушки с Пика Нефритовых Дев уже отслужили свой год, теперь настала очередь Пика Божественного Меча.
Ци Сюн нахмурился:
— Это так, но почему вы вдруг так об этом печетесь?
Вообще-то ротация в лагере их никак не касалась. Раньше они и носа в эти дела не совали, а тут сами прибежали.
Старейшины переглянулись и, не выдержав, принялись изливать душу:
— Эх, старший брат, ты даже не представляешь, каково мне! Мой Зал Правопорядка в последнее время превратился в какой-то базар. Ученики валят толпами, жалобы сыплются рекой, и все как один – на Пик Божественного Меча!
— А я-то, старший брат! — Подхватил Третий Старейшина. — Мой Зал Заданий уже закрыт на замок! Все низкоранговые поручения в секте выметены под чистую. Если мы их не спровадим, я слагаю с себя полномочия главы Зала, потому что работать мне просто не с чем!
Ци Сюн, который последнее время пребывал в уединении и был не в курсе событий, слушал их с нарастающим изумлением.
Пока они говорили, вспоминая все те унижения и трудности, глаза у обоих старейшин подозрительно покраснели. Видимо, накипело не на шутку.
Закончив тираду, они встали и в один голос взмолились:
— Старший брат, пожалей нас, отпусти Пик Божественного Меча восвояси!
— Умоляем, спровадь их в Прибрежный Лагерь!
Было видно, что их довели до точки. Ци Сюн лишь рот приоткрыл от такой картины:
— Ох… Ну и натерпелись же вы, братья мои.
— Старший брат, дело не в том, натерпелись мы или нет. Ребята Хун Цзуня должны уйти!
— Да, и чем скорее, тем лучше!
Они были полны решимости спровадить «священномечников» куда подальше. Пусть катятся в этот лагерь и сидят там хоть год – этого времени вполне хватит, чтобы перевести дух.
Ши Сун и его коллега не просили многого – лишь года спокойной жизни.
Видя их непреклонность, Ци Сюн немного подумал и кивнул:
— Ладно. Завтра я лично поговорю с Хун Цзунем, чтобы он начинал готовиться к ротации.
Услышав это, старейшины наконец-то выдохнули с облегчением, будто получили долгожданное помилование:
— Старший брат, ты мудр как никогда!
Для них это решение Ци Сюна было самым правильным за всю его карьеру.
Выйдя от главы секты и глядя на усыпанное звездами небо, Ши Сун и Третий Старейшина почувствовали, что даже звезды сегодня сияют как-то ярче. Вот уж правда: когда на душе радостно, и мир вокруг расцветает.
— Поздравляю тебя, шиди. Скоро твой Зал Заданий снова откроется.
— И тебя поздравляю, брат. Взаимно.
Невыразимая легкость во всем теле заставляла их едва ли не приплясывать от восторга.
На следующее утро, едва закончился завтрак, Хун Цзуня и Цинши вызвали в главный зал главы секты.
— Брат Цинши, как вам в Секте Даои? Обжились? — Первым делом вежливо осведомился Ци Сюн.
Цинши с улыбкой кивнул:
— Всё отлично. Атмосфера на Пике Божественного Меча мне очень по душе.
— Вот и славно.
Закончив с любезностями, Ци Сюн перешел к делу. Он посмотрел на Хун Цзуня:
— Шиди, подходит срок смены караула в Прибрежном Лагере. На этот раз очередь вашего пика.
Хун Цзунь сначала остолбенел, а потом его лицо резко изменилось. Черт! Как же он мог выкинуть это из головы?
В Прибрежный Лагерь должны были отправиться абсолютно все ученики пика, без исключений (если нет совсем уж веских причин). Сама по себе служба его не пугала, но как быть с парнем Чанцином?
Ему уходить никак нельзя! К тому же, самому Хун Цзуню вход в лагерь был заказан из-за ограничений по культивации, а значит, он не увидит Е Чанцина целый год!
Заметив бурную реакцию брата, Ци Сюн спросил:
— Шиди, что-то не так?
— Нет-нет… — Хун Цзунь выдавил из себя подобие улыбки. — Просто я совсем об этом забыл.
Ци Сюн почувствовал, что старый пьяница ведет себя странно, но не стал докапываться:
— Что ж, тогда готовьтесь.
Обновлено: 20.02.2026