Шан Гуань Юнь Лань опустила голову, крепко сжала губы, сложила руки перед собой и не решалась встретиться взглядом ни с кем из присутствующих.
Мэн Нин какое-то время молча смотрела на неё, затем холодно спросила:
— Я тебя чем-то обидела?
— Нет… — тихо покачала головой Шан Гуань Юнь Лань, — ты меня не обижала.
— Тогда зачем ты так поступила?
Шан Гуань Юнь Лань снова замолчала.
Лин Чжи И с досадой провёл рукой по волосам и постарался говорить как можно мягче:
— Ты можешь объяснить нам причину? Так поступать… это очень плохо, старшая Шан Гуань. Я не думал, что ты способна на такое.
Ин Тянь Юй холодно бросил:
— Факты доказывают обратное.
Лин Чжи И тут же сверкнул на него глазами и уже собирался что-то сказать, как Сюй Чэнвэй перехватил инициативу:
— Шан Гуань, у тебя, может, проблемы с учёбой?
Шан Гуань Юнь Лань прикусила губу и снова покачала головой:
— Нет…
Мэн Нин слегка прищурилась, её голубоватые пряди колыхались от потока воздуха из кондиционера. Она разжала тонкие губы, и её голос прозвучал чистым, как ручей:
— Тебя заставили?
Шан Гуань Юнь Лань резко дёрнулась, затем замотала головой:
— Нет-нет, никто меня не заставлял! Это я сама так решила!
Ин Тянь Юй бросил взгляд на Мэн Нин, затем перевёл его на Шан Гуань Юнь Лань, чьи глаза скрывали чёлки. Его золотистые узкие глаза сверкнули:
— Если тебя принуждали, назови имя. Студенческий совет разберётся.
Голос Шан Гуань Юнь Лань дрогнул:
— Нет, правда нет! Это я сама захотела, никто меня не заставлял!
Сюй Чэнвэй мягко погладил её по спине:
— Не бойся, говори смело. Академия Святого Франко не потерпит травлю. Назови имя, а учителя и студсовет сделают всё остальное.
— Нет, правда нет, — голос Шан Гуань Юнь Лань задрожал ещё сильнее, — это я… всё я.
Неожиданно она подняла глаза на Ин Тянь Юя и торопливо проговорила:
— Президент, накажите меня. Накажите сразу, я приму любое наказание. Это моя вина, я готова нести ответственность.
Не дожидаясь его ответа, она повернулась к Мэн Нин и низко поклонилась, её чёрные прямые волосы упали вперёд:
— Мэн Нин, прости. Это я виновата, мне очень жаль, что доставила тебе неудобства. Чем я могу компенсировать ущерб? Я сделаю всё возможное.
— Мне нужна причина, — спокойно, но твёрдо проговорила Мэн Нин, не отводя взгляда, — ты всё время уходишь от ответа. Я хочу знать, зачем ты облила меня водой.
Шан Гуань Юнь Лань уставилась в пол, сжала губы и с трудом выдавила:
— Я… просто… плохо себя чувствовала.
Лин Чжи И округлил глаза:
— Плохо себя чувствовала? И из-за этого ты следила за ней и облила её в туалете?
— Извини… правда извини…
Мэн Нин поднесла руку к подбородку, её голос стал ледяным:
— Значит, ты всё равно не хочешь говорить правду.
— Я сказала, мне было плохо…
Мэн Нин резко прервала её:
— Очевидная ложь не стоит повторения.
Шан Гуань Юнь Лань всё ещё стояла в поклоне. Ин Тянь Юй посмотрел на неё и произнёс:
— Раз ты признаёшь вину, то прими наказание.
— Хорошо… это моя ответственность.
— Учитывая, что это первый проступок, согласно параграфам 5.3 и 5.4 устава — выговор и извинения перед потерпевшей. Есть возражения?
Он стоял перед ней, его лицо оставалось бесстрастным, а голос холодным, как лёд.
Шан Гуань Юнь Лань выпрямилась и тихо кивнула:
— Я… не против…
— Дальнейшие разбирательства с потерпевшей остаются на вас. Если возникнут непреодолимые разногласия, обращайтесь в студсовет.
Затем он посмотрел на Мэн Нин:
— Мэн Нин, тебя устраивает такое решение?
Мэн Нин засунула руки в карманы, взглянула на Шан Гуань Юнь Лань, и в её глазах не было волнения:
— Раз ты не хочешь назвать настоящую причину, тогда компенсируй деньгами.
Деньги были тем, что Мэн Нин сейчас больше всего нужно. Из слов Лин Чжи И и Ин Тянь Юя можно было понять, что Шан Гуань Юнь Лань тоже из богатой семьи. Просить у неё денег Мэн Нин не считала зазорным.
Шан Гуань Юнь Лань поправила очки и сжала губы:
— Хорошо… сколько тебе нужно? Ты ведь представитель первокурсников, твоё время дорого. Я отняла у тебя почти час… может, сто тысяч?
На этот раз замолчала Мэн Нин.
Сто тысяч.
Да, неудобства были, но… сто тысяч?
Это слишком.
Шан Гуань Юнь Лань неуверенно спросила:
— Мало? Тогда… сто десять?
— Нет, — Мэн Нин подняла руку, — хватит десяти.
Даже нуждаясь в деньгах, она не собиралась вымогать. Получить сто тысяч было бы слишком.
— А? — Шан Гуань Юнь Лань моргнула, — правда… только десять?
— Угу.
— Ну… хорошо. Дай номер карты, я переведу. Мне правда очень жаль…
Они обменялись контактами, и Мэн Нин получила перевод. На этом всё закончилось.
Тем временем Ин Тянь Юй закончил писать выговор и поднял глаза:
— Ещё вопросы?
— Нет, — Мэн Нин убрала телефон и кивнула, — спасибо, старший. Я пойду на уроки.
Ин Тянь Юй отвернулся:
— Не за что. Это моя работа.
Корпуса старших и младших классов стояли отдельно, и вскоре Шан Гуань Юнь Лань рассталась с ними.
После её ухода Сюй Чэнвэй обеспокоенно посмотрел на Мэн Нин:
— Всё в порядке? Ничего не беспокоит?
— Всё нормально. Я сразу переоделась.
— Если что-то будет, скажи мне, не терпи.
— Хорошо, спасибо.
Лин Чжи И шёл рядом, заложив руки за голову:
— Мэн Нин, почему только десять? Она же сама предложила сто.
Мэн Нин криво усмехнулась.
Неужели все богатые так себя ведут? Сто тысяч для них — как десять рублей?
— Это мелочь. Не стоит таких денег.
— А… — Лин Чжи И задумался, — кстати, ты правда веришь, что она сама это затеяла?
Мэн Нин посмотрела вперёд и равнодушно ответила:
— Конечно нет. Скорее всего, её заставили.
Обновлено: 21.01.2026