Глава 1 — Глава 1

Глава 1. Молодой господин британо-итальянского происхождения Генри Альпари ехал из долгой командировки в свой загородный особняк по заснеженной дороге. Автомобиль его легко несся, преодолевая крутые повороты. Сам особняк находился между двух горных хребтов, которые сейчас и проезжал Генри. Вновь завернув, он, наконец, увидел родные края. Прямо перед ним открылся великолепный вид: долина, в которой стоял дом его предков. По обе стороны от особняка возвышался сосновый лес, посаженный когда–то потомками юного Альпари. Могучие деревья, раскинувшие свои ветви, добавляли шарма всей картине данной местности. Генри был рад вновь вернуться домой. Он ехал всю ночь и очень устал. Наконец, остановившись у обочины и выйдя из машины, он полной грудью вдохнул в себя свежий морозный воздух. Пробыв долгое время на юге, молодой человек успел позабыть этот холод. Надев на голову шапку и намотав на шею свой старый шерстяной шарф, Генри наклонился, зачерпнул в ладони снега и с тихим оханьем растер его, умываясь. Кожу рук и лица приятно защипало. Холод бодрил не хуже любого кофе. Закончив, Альпари прыгнул в машину и двинулся по направлению к дому, издалека рассматривая стальные кованые ворота ручной работы. Сработал фотоэлемент, замерцала оранжевая сигнальная лампа. Электроприводы начали медленно открывать ворота. Генри въехал во двор. Припарковав машину около крыльца и нетерпеливо взбежав по мраморным ступенькам, открыл тяжелую, массивную дверь. Он помнил, как весело проводил здесь время еще в далеком детстве со своей матушкой. Помнил уют и тепло, окружающие его. Сейчас же, вернувшись сюда после стольких лет, прожитых вдали, все это казалось отрывком из его сна. Генри покинул особняк еще подростком, за границу, чтобы получить образование и профессию. Все это время дом находился под присмотром прислуги, которую наняла его милая матушка. Войдя внутрь, первое, что он увидел – это был широкий зал с множеством столов для банкетных приемов и огромной, украшенной различными стеклянными подвесками – отливавшими на свету всеми цветами радуги – люстрой на потолке. В конце зала находилась двойная лестница, ведущая на второй этаж. Повесив свое пальто на вешалку у двери, юный Альпари крадущимися шагами, стараясь не выдать свое присутствие, побрел на источник шума, удивляясь и недоумевая от того, что могло случиться. Он медленно поднимался по лестнице на второй этаж, все больше и больше хмурясь. Он не ожидал такой «радужной» встречи… – Стоя-я-я-ть! Убью гада! Хватит убегать! Ты у меня сполна ответишь за испорченную форму! – где-то совсем рядом кричала (верещала!) женщина. Генри вздрогнул, что-то глухо ударилось о стену, и… застонало. – Я случайно! Извини! – мужской голос, больше походящий на визг поросенка, разносился по залу. – В аду извиняться будешь, если язык раньше не отпадет! – злобно выкрикнула женщина, голос которой, как решил Генри, должен принадлежать скорее дьяволу, чем человеческому существу. Хозяин семейного особняка стоял посреди второго этажа ошарашенный, не решаясь уж, наконец, открыть дверь, из-за которой доносились вопли. От всего этого у юного Альпари медленно, но верно начал дергаться глаз. Вдруг дверь с тяжелым грохотом открылась, и из нее выбежал паренек в фартуке и поварском колпаке. Облокотившись о перила, и тяжело дыша, он активно жестикулировал и с попеременным успехом что-то выкрикивал молодой девушке, той самой обладательнице столь чудного голоса. – Подожди, Грандушка, я могу все объяснить! Все можно решить мирным путем! – чуть ли не плача кричал поваренок. – Скалку тебе в прямую кишку, а не извинения! – с этими словами молодая девушка в костюме горничной с силой толкнула паренька, и тот, комично взмахнув руками, шлепнулся на многострадальную пятую точку прямо перед Генри. Горничная, не теряя ни минуты, замахнулась столовым ножом и кинула его в парня, совершенно не заботясь о последствиях. Нож со звоном воткнулся в сантиметре от головы нерадивой жертвы. На лице сего отразился неописуемый ужас от осознания произошедшего, а горничная же самодовольно и гордо подняв голову, уже собиралась вернуться к своим прямым обязанностям, как заметила молодого господина Альпари. Генри стоял, как вкопанный, боясь шелохнуться и занять место парня, лежащего под его ногами. В зале на некоторое время воцарилась мертвая тишина. Очнувшись, Генри поспешил помочь пострадавшему. А горничная, пользуясь тем, что внимание хозяина с нее переключилось на бедного повара, бесшумно сбежала по ступенькам вниз. Вернувшись через мгновение, она вместе с парнем в один голос пропели: «Извините за предоставленные неудобства!», после решив в этот раз ретироваться вместе. Ситуацию спас дворецкий. Он появился в тот момент, когда Генри Альпари был уже готов признать свое решение вернуться в семейное гнездо ошибочным и необдуманным. Дворецкий был худощав и стар, но держался гордо и немного отстраненно. – Вижу, вас уже встретили слуги. Я надеюсь, все прошло хорошо? – спросил мужчина, и стряхнул невидимые пылинки с фрака. Вдруг откуда ни возьмись, вновь появилась эта сумасшедшая парочка и, как ни в чем ни бывало, пропела на ухо дворецкому: – Все по высшему разряду! Генри решил не уточнять, что именно было сделано на отлично. То, что он чуть не повернул обратно или то, что он теперь не сможет спокойно отдавать приказы слугам, зная, что они могут. Повар и горничная подошли к дворецкому, что-то шепнули ему на ухо и остались стоять, не делая больше лишних движений. Через некоторое время к ним присоединилась служанка и молодой парень, подмастерье старого дворецкого. Первым начал говорить дворецкий. – Приветствую вас, молодой господин. Позвольте представиться. Меня зовут Альберт. Моя должность – дворецкий. Я руковожу прислугой в ваше отсутствие, а также – приглядываю за домом в ваше отсутствие. Это повар Роберт, – протянул дворецкий с еле заметным акцентом и важно указал на паренька в колпаке c пухлым и добрым лицом, обрамляющими всклокоченными светлыми волосами, – думаю, вы уже успели познакомиться. – Еще раз прошу прощение произошедшее, – краснея и вздыхая, произнес Роберт, вновь поклонившись вместе с горничной Грандой. – Кхм… – продолжил разговор Альберт – позвольте также представить вашу служанку Маргариту и моего юного ученика Эдварда, – он указал на красивую девушку, лет двадцати, с каштановыми волосами, собранными на затылке в хвост и сверкающими, словно изумруды, зелеными глазами. А затем и на молодого юношу, стоящего рядом со служанкой. На вид ему было лет семнадцать, он был немного бледен, о его скулы запросто можно было порезаться, но это все лишь добавляло ему красоты, – и наконец, еще одна служащая – Гранда. Это была девушка довольно симпатичной наружности. Никто и не догадывался, что ей тридцать лет. Она была среднего роста, стройная, с прямой осанкой и гордо вздернутым маленьким курносым носиком. Строгая форма горничной придавала ей статности. Темно-рыжие волосы, собранные в хвост, падали на плечи пышными волнами. Бледноватая кожа и длинные пальцы, изящные брови и серые глаза. Она с легкостью могла стать фотомоделью, но выбрала такую неприметную профессию. Господин Альпари, быстро придя в себя от недавнего шока, поторопился было сам представиться: – Очень приятно. Что ж, я Генри Альпари, молодой хозяин этого поместья, но вы можете меня звать просто Генри – сделал приветливое лицо юный отрок семейства Альпари. ¬ – Мы не ожидали, что вы приедете так быстро, потому не совсем успели подготовиться, за что я приношу извинения. Сейчас мой помощник занесет все ваши вещи в дом. Коротко кивнув, Эдвард поспешно покинул второй этаж. – Господин, извольте отужинать, вы ведь так устали после столь трудной и утомительной дороги,– склонил голову в поклоне дворецкий. – Пройдемте в столовую, Генри? –¬¬ улыбнувшись, сказал пожилой дворецкий. Дверь в столовую находилась на первом этаже, слева от лестницы. Альберт открыл дверь, пропуская молодого хозяина. Генри прошел вперед. Это был большой зал, в центре которого располагался роскошный дубовый стол. Под потолком, украшенная старинными росписями, была подвешена золотая люстра, когда-то освещавшая столовую свечами. Теперь же освещение было заменено на электрическое. Справа находилось три больших окна, которые освещали всю огромную столовую с лихвой. Генри заметил, что один из столов уже был накрыт на одного человек, на нем были аккуратно расставлены серебренные столовые приборы и другие обеденные принадлежности. В воздухе витал приятный запах. Дворецкий отодвинул стул и, сделав приглашающий жест рукой, произнес: – Прошу, садитесь, а я схожу наверх и зажгу свечи. Скоро стемнеет. А в особняке на данный момент проблемы с электричеством. Приятного аппетита! – А за что та служащая избила повара? – спросил Генри, не отрывая взгляда от окна. – Этот недоумок умудрился пролить суп на мой только что выстиранный и выглаженный белоснежный фартук, – сказала появившаяся из ниоткуда Гранда. Роберт лишь развел рукам в стороны и, вздохнув, ушел помогать Рите на кухне. Через некоторое время принесли блюдо. Рита аккуратно поставила поднос перед Генри, после открыв и убрав крышку в сторону. Голова молодого Альпари закружилась от изумительного запаха. Это была телятина, запеченная в рукаве. В детстве ее часто готовила его мать. От великолепного аромата желудок протестующее заурчал. Генри принялся за еду. На некоторое время он выпал из реальности, а когда очнулся, увидел перед собой юного помощника дворецкого Эдварда. – Давно вы тут стоите? – Только подошел. Ваши вещи уже отнесены в комнату, сир, – ответил ему Эдвард, сделав самую добродушную улыбку, обнажив при этом ряд идеально ровных, сверкающих белизной зубов. – Спасибо. Принеси-ка мне бутылку Рислинга. Вернулся Эдвард через несколько минут, неся на серебряном подносе бутылку белого вина и бокал. Откупорив горлышко и, налив в бокал вина, удалился, вновь оставив хозяина одного. Генри взял бокал и, состроив умное лицо, посмотрел на вино через свет, после чего усмехнулся. Допив вино, он аккуратно промокнул губы салфеткой, подозвал служанку, приказал ей прибрать все и удалился осматривать свое поместье. А на улице уже вовсю хозяйничала госпожа Ночь. А так как в поместье были перебои с электричеством, изучение своих владений пришлось отложить до утра. Генри на ощупь попытался добраться до своей комнаты, но споткнулся о ступеньку лестницы и совсем не аристократически выругался. К счастью на помощь пришел дворецкий с подсвечником в руке и немного насмешливой улыбкой. – Завтра все починят. Я провожу вас в вашу комнату, – сказал дворецкий. До комнаты они дошли в немом молчании, Генри было не до разговоров, а Альберт не хотел тревожить господина. В коридоре промелькнула чья-то тень. Генри решил, что это все разыгравшиеся нервы. – Света нет во всем особняке? – с беспокойством спросил Альпари, когда добравшись до комнаты, он пару раз щелкнул выключателем. – Да, – сухо ответил ему Альберт. – Я сейчас зажгу свечи. Не беспокойтесь. Дворецкий медленно вошел в комнату и тьма полностью его поглотила. Альпари нервно сглотнул: он еще ребенком безумно боялся темноты и с возрастом этот страх не прошел, а лишь немного притупился. Глаза Генри медленно привыкали к темноте, с трудом еще удавалось уловить какое либо движение в комнате. Юному Альпари ничего не оставалось, как напряженно следить за танцующим огоньком свечи, которую держал дворецкий, чтобы окончательно не потерять его из вида. Но вот приготовления были окончены. Свечи зажжены. Генри осмотрелся. Эта была отнюдь не его старая детская. Посреди комнаты на деревянном массивном столе стоял канделябр с тремя горящими свечами. У стены – огромная двуспальная кровать… «Спасибо хоть без балдахина, – со смешком подумал Альпари». На этом изучение местности было завершено, поблагодарив дворецкого и пожелав ему спокойной ночи, Генри закрыл дверь изнутри и после, устало махнув рукой, без сил упал на кровать. Через минуту было слышно мирное сопение молодого господина. Дворецкий улыбнулся, прислушиваясь к тишине. Но вдруг краем уха уловил чьи-то шаги. Он повернулся к источнику звука. – Как поживаешь, темный? – донесся голос из темноты коридора. Старик улыбнулся еще шире. Маленькая черная фигурка сидела у противоположной стены.