Рыцари переглянулись. Они не ожидали увидеть здесь наследника Нюрнбергов, а потому были сбиты с толку.
— Постойте, молодой господин! Мадам приказала мне никого не впускать сюда… — тихо пытался усмирить Роберт Нору.
Конечно, дворецкий не мог насильно его остановить, поэтому всеми силами пытался избежать моего укоризненного взгляда, печально свесив голову.
Но в любом случае какого черта они тут делают?
Почему Нора пришел раньше времени?
Волчонок из рода Нюрнбергов держал в одной руке стакан сока, а в другой — огромное печенье, которое, должно быть, дали ему горничные. Он одновременно кушал и кричал:
— Ты! Разве в прошлый раз я тебя не предупреждал?! Черт возьми, подожди минутку, дай мне доесть…
Каким-то удивительным образом Нора разом проглотил гигантское печенье и, подойдя еще ближе, продолжил орать:
— Разве я не говорил тебе не приближаться к ней?!
Пока я была в смятении, Лукас пришел в себя и вскочил на ноги. Он посмотрел на мальчика с особым чувством превосходства, но… Говоря откровенно, несмотря на разницу в возрасте, они были практически одинакового роста и телосложения, так что гордиться было нечем.
— Хах, мелочь, чье молоко на губах не обсохло, пытается влезть в дела взрослых?! Она моя сестра!
— Взрослые дела? В наши дни говна стало слишком много. Неужели забыл предупреждение? Даже думать о ней не смей!
— Эй, мелочь, как ты смеешь…
— Тебя в детстве роняли или ты от рождения такой идиот?
Нора осторожно поставил стакан с соком на стол, где недавно был пролит чай, а затем резко пнул Лукаса в живот. Это было сделано с такой силой, что мой брат не удержался на ногах и упал на пол, застонав от боли.
— С тобой все в порядке? — издевательски спросил Нора. — Ты не заболел? Почему у тебя такой странный голос?
Брат жалко охнул, и тогда мама не выдержала и воскликнула:
— Лукас!
Она кинулась к своему сыну и пристально уставилась на меня. Кто бы мог подумать, при том, что у нас одинаковые глаза, её казались столь омерзительными, что вызывали мурашки.
— Да… Ты докатилась до того, что приводишь в дом молоденьких парнишек? Не самая хорошая идея, учитывая твой непостоянный статус маркизы…
Услышав слова моей матери, Нора тут же сказал:
— Какая ужасная женщина. Почему рыцари ничего не предпринимают?
И в этот же момент выразительные взгляды всех рыцарей скрестились на нем. Как опрометчиво… Чтобы не усугублять ситуацию, я поймала руку молодого Нюрнберга и негромко обратилась:
— Ваша светлость?
Мальчик посмотрел на мое лицо своими темно-синими глазами, а затем после недолгой паузы сказал:
— Просто Нора.
Я: «…»
Даже сказать нечего. Мне до сих пор стыдно за прошлый раз, но вот мы снова в идентичной ситуации…
Я горестно вздохнула, и в этот момент Роберт выпрямился как по струнке и подал знак рыцарям. Те в свою очередь тут же принялись выпроваживать моих притихших родственников.
В любом случае сейчас ни мама, ни брат больше ничего не могли сделать, даже если бы захотели.
— Эй! Если я снова увижу тебя рядом — кожу заживо сдеру. Вбей это в свою тупую башку! — угрожающе рычал Нора.
Рыцари свирепо посмотрели на него, что мне не очень понравилось, но, кажется, ему было все равно, так как он простодушно продолжил:
— В наши дни взрослые не понимают, что творят.
— Мне очень жаль, — усталый вздох сорвался с моих губ. — Тебе не нужно было это видеть.
— Что же… С вами все в порядке?
— Я в порядке… Ты пришел пораньше? Извини за эту сцену.
— Почему вы все время извиняетесь? Я же преподал им урок.
Чем питаются эти дети? Откуда это умение лишить других дара речи?
Я отчетливо ощущала, как горят мои щеки, и пыталась успокоиться. Подняв голову, я увидела, как на меня смотрят голубые, словно чистое осеннее небо, глаза, и вспомнила нашу первую встречу.
— Те люди… действительно ваша семья?
Горько улыбнувшись и покачав головой, я ответила:
— Уже нет.
— Вот как… Я рад, что вы приняли такое решение.
— Ваша светлость, я очень сожалею о том, что произошло в первую нашу встречу и сегодня. Не могли бы вы просто проигнорировать это?
Молодой Нюрнберг почесал в затылке и жестко ответил:
— Я — Нора. Не волнуйтесь. Да и кому мне рассказывать?
Сейчас он немного отличался от того бунтарского образа, который я видела в доме Нюрнбергов.
Какой же он на самом деле?
— Кстати, почему моя матушка хочет, чтобы я познакомился с вами? Она говорила что-то об ораторском искусстве.
Так вот какое оправдание придумала герцогиня, чтобы уговорить его. Мне бы и самой поучиться этому…
— Я знаю, о чем думает моя мама, и мне не хочется, чтобы вы пытались помочь мне только из-за того, что это ее просьба. Мне это не надо.
Действительно? Не то чтобы я не могла понять такую точку зрения, однако…
— Я согласилась на это не только из-за ее просьбы. Мы с герцогиней не слишком близки, но я хотела отблагодарить вашу светлость за то, что помогли в прошлый раз и никому не рассказали об этом.
Я невольно улыбнулась, видя, как голубые глаза с подозрением смотрели в мои. Тем не менее мои слова не были ложью.
— Сколько раз я должен говорить, чтобы вы звали меня Норой?
— Хорошо… В таком случае, Нора, если ты не хочешь заниматься этим сейчас, я не могу с этим ничего поделать. Но если позже тебе захочется поговорить со мной, то ты можешь прийти ко мне в любое время.
На комнату опустилась тишина. Я думала о его будущем, о том, которое знаю, пока голубые глаза пронзительно смотрели мне в душу.
Я знала, что они с Джереми станут рыцарями в одно время, но… Джереми поступит в императорскую дворцовую стражу, а куда же пойдет он?
Тихо вздохнув, я сказала:
— Тебе необязательно говорить со мной так официально. Это не очень удобно.
— В любом случае я подумаю об этом предложении и приму решение. Ты выглядишь уставшей, тебе следует хорошенько отдохнуть. Но если они снова будут беспокоить, не стесняйтесь обращаться ко мне…
— Ты любишь шоколад?
— М-м-м? А у тебя есть немного?
Нора покинул поместье Нойванштайн, съев весь шоколад с юга. К счастью, у детей осталось много других сладостей.
Когда молодой Нюрнберг уходил, он был в приподнятом настроении, в то время как рыцари продолжали пялиться на него. Это выглядело так, словно они смотрели на волчонка, забравшегося в логово льва, пока того не было.
Обновлено: 02.02.2026