— Ты рано начал тренироваться, правда же? Мой брат был таким же, когда был в твоем возрасте. Ты, должно быть, голоден, так что поторопись и иди завтракать, — Джереми послушно принял приветствие тети, взглянул на меня и пошел вперед.
Я осталась с Лукрецией, которая лучезарно улыбалась:
— Мадам, вы не собираетесь завтракать?
— Нет, не собираюсь...
После смерти мужа я обычно ела отдельно. Как только я садилась за стол, дети начинали драться, так что только представьте себе трапезу в окружении близнецов, которые не переставали жаловаться на странный запах и не давали мне спокойно поесть. Трудно было сказать, куда попадет еда — в нос или в рот при таком раскладе.
...Эх, такая судьба. Не лучше ли отказаться от всего и попытаться жить комфортно?
— Мне просто нужно вам кое-что сказать. Это касается детей.
***
— Репетитор?
Когда мы с ней завтракали, она сказала нечто такое, что заставило меня сильно удивиться.
Лукреция слащаво улыбалась, как будто ожидала такой реакции.
— Да, для близнецов.
— У близнецов уже есть репетитор, который преподает им все предметы...
— Я знаю это. То, о чем я говорю, это специальный учитель для дебютантов. Особенно это важно для Рейчел, ей ведь уже десять.
Ах, понятно, она говорила об этом.
Большинство людей нанимают учителя, чтобы подготовить детей к дебюту в обществе, когда им исполняется двенадцать лет.
В некоторых случаях это происходит раньше. Но в прошлом я пригласила такого учителя после того, как Рейчел исполнилось двенадцать. Рейчел еще слишком мала, ей всего десять – она еще ребенок!
— Это чрезвычайно рано.
— Обычно дети начинают в возрасте двенадцати лет. Но как их тетя, я беспокоюсь, что чем больше времени пройдет, тем труднее будет исправить их. Рейчел прекрасна и прелестна в моих глазах, но она не будет выглядеть такой же милов в глазах постороннего человека, — Лукреция, которая тихо произносила свои слова, под конец моргнула, прикрыв ресницами свои круглые навыкате глаза.
Мне нечего было сказать. То, что, как только близнецы начнут играть и веселится, все вокруг перевернется вверх дном, было фактом, который невозможно отрицать...
Честно говоря, инициатива среди близнецов принадлежала Рейчел. Если говорить о Леоне, то он просто следовал за тем, что делала его сестра-близнец, а не принимал решения.
К счастью, Леон перестал вести себя как ребенок после достижения определенного возраста, но Рейчел не добилась никаких успехов в этом плане вплоть до своего дебюта в обществе.
Если бы у страны не было врага народа, Рейчел была бы заклеймена в обществе как самый ненавистный ребенок.
Да, я играла злодейку для своей дочери!.. И скажем так, у меня это получилось.
— Что ж, в этом есть смысл. Вы можете кого-нибудь порекомендовать?
— Конечно, я рекомендую мадам Луазель, которая известна в этой области. К счастью, мы с ней довольно близки, поэтому я уверена, что она с радостью откликнется.
Глядя на Лукрецию, которая, казалось, ждала моего ответа, я на время погрузилась в раздумья.
Особой учительницей Рэйчел, которую я приглашала в прошлом, была жена лучшего друга моего мужа, графиня Баварская. Я помню, что она была довольно мягким человеком.
Мадам Луазель, я слышала ее имя, но не знаю, что она за человек.
Имеет ли значение, если я все оставлю ей? Ну, учительница того стоит, если она так знаменита. Кроме того, то, что сказала Лукреция, имеет смысл. В любом случае, я могу сдаться рано или поздно, так что что плохого в том, чтобы взять одного учителя раньше?
В худшем случае, она просто сговорится с Лукрецией и вобьет клин между мной и детьми.
Я согласилась с равнодушным и холодным выражением лица, и уже со следующего дня мадам Луазель регулярно посещала нас.
Обновлено: 02.02.2026