Бум! Бум! Бум!
Железные ворота виллы задрожали от сильных ударов, разбудив Чэн Фэнлиня и Мэн Сян от послеобеденного сна.
Они выбежали на улицу как раз в тот момент, когда одетый в белый костюмом Чжан Кун вошел во двор с волчьей ухмылкой, поправляя рыжевато-каштановые кудри. Семь телохранителей в черной одежде и солнцезащитных очках окружали его, а кованый замок ворот виллы валялся вдребезги разбитый на земле.
«Чэн Фэнлинь, ты хорошо умеешь прятаться! Почему, увидев, что я пришел, ты не вышел поприветствовать меня?»
Ранее, до отъезда из Дунчэна, Чэн Цининь уже предупреждал их, что Чжан Кун придет, чтобы доставить неприятности. И вот он явился.
Видимо, не сумев отыскать их в прошлый раз, он настиг их здесь, в Ханчэне.
Чэн Фэнлинь инстинктивно заслонил жену, сурово заявив: «Взлом частного дома — это незаконно!»
Чжан Кун лишь усмехнулся. Одним движением руки он дал знак телохранителям, и те в мгновение ока окружили Чэн Фэнлина и его жену, которые не смогли оказать им сопротивление.
Чжан Кун, не спеша, опустился в поданное телохранителями кресло, закинул ногу на ногу, закурил и, выпуская кольца дыма, произнёс: «Раз уж вы так ловко бегаете, видимо, мне придётся преподать вам урок хороших манер!»
Едва эти слова сорвались с его губ, как телохранитель, державший Чэн Фэнлиня, со всей силы врезал кулаком ему в живот.
«Муж!»
«Помогите!»
Крик Мэн Сян был прерван пощечиной и рукой, зажавшей ей рот.
Сейчас было очень жарко и солнце палило вовсю, поэтому на дороге, ведущей в жилой комплекс, вообще никого не было. Но даже если бы кто-то и был, соседи вряд ли захотят лезть в мутную воду, помогая незнакомцам.
В это время наверху, в спальне три телохранителя-призрака — Чжоу Юньтао, Хуан Ланьчжэнь и Ли Сяосяо — были в панике.
Поскольку Чэн Цининь попросила родителей носить амулеты, только когда они выходят из дома, то они обычно оставляли обереги на тумбочке при возвращении.
В конце концов, объемные нефритовые кулоны мешали им, когда они хотели вздремнуть днем.
Но у амулетов было ограничение – радиус действия призраков был всего десять метров. Они видели нападение, но не могли дотянуться до подзащитных и даже не имели возможности выйти из спальни.
«Что делать? Они причиняют вред родителям мастера, а мы даже не можем выйти за дверь!»
У Чжоу Юньтао было больше всех мозгов, и он быстро придумал способ: «Окно. Бросайте вещи в окно и привлеките их внимание», — решил он.
Украшения, кремы, духи — все стало боеприпасами, так как это были единственные вещи, которые они нашли в спальне. Сила призраков превратила тубусы с тушью в снаряды и охранники внизу вскрикнули, когда бутылка с тонером взорвалась при ударе.
«Наверху есть еще кто-то! Поднимитесь и посмотрите!» — рявкнул Чжан Кун.
Ли Сяосяо заметила это и сказала: «Тот, что в белом костюме - босс, цельтесь в него!»
Чжоу Юньтао немедленно швырнул баночку с кремом для век, но, неожиданно она изменила траекторию в воздухе и упала на землю. В то же время ответный удар духовного огня пронзил призрачную форму Чжоу Юньтао, пробив дымящееся отверстие.
«На Чжан Куне защитный талисман — нельзя нападать на него напрямую!» — предупредила Хуан Ланьчжэнь.
Чжоу Юньтао становился все бледнее и прозрачнее, но, сопротивляясь сильной боли, сказал хриплым голосом: «Принесите телефон и позвони Мастеру. Ли Сяосяо, найди способ перенести наши нефриты вниз, мы должны защитить родителей мастера до ее прихода».
Две призрачные женщины переглянулись и начали действовать по отдельности.
Вскоре, привлеченный действиями Ли Сяосяо, в комнату зашел круглолицый охранник.
Ли Сяосяо часто пугала людей и пока есть подпитка энергией Инь, она могла создавать вполне реалистичные иллюзии.
Круглолицый охранник, привлеченный «активностью», вошел в спальню и его глаза внезапно загорелись жадным огоньком. Под иллюзией Ли Сяосяо три нефритовых кулона превратились в бесценные изумруды и, оглянувшись, охранник тайно сунул их в карман.
В это время Хуан Ланьчжэнь уже забрала телефон у очарованного охранника и набрала номер Чэн Цининь, прося о помощи: «Мастер! Сюда пришел Чжан Кун и начал доставлять неприятности! У него есть защитный талисман — он ранил Чжоу. Приезжайте скорее!»
Призраки могли позвонить только Чэн Цининь, так как другие люди, в отличие от нее, не могли слышать их голос.
Девушка, находившаяся на строительной площадке, нахмурилась и немедленно поехала домой.
Она ожидала, что Чжан Кун, рано или поздно, придет к ним, но все равно совершила ошибку. Чэн Цининь не ожидала, что он напрямую прорвется через систему защиты жилого комплекса и ворвется к ним домой.
Теперь девушка надеялась, что родители будут несильно травмированы к ее приезду, но понятия не имела, что, вбежав в ворота, увидит такую сцену: семь телохранителей в черных одеждах лежали в ряд на земле с окровавленными лицами и прикрывали животы или нижнюю часть тела. Они полностью потеряли способность двигаться и могли только стонать и причитать.
Хотя у пары Чэн были легкие ушибы, они казались бодрыми и полными сил — совсем не измученными, как девушка себе представляла
Ли Сяосяо и Хуан Ланьчжэнь стояли в пяти шагах от Чжан Куна с булыжниками в руках.
«Сиди смирно, собачье дерьмо, или твоё лицо станет как у них», — прорычала Хуан Ланьчжэнь, яростно угрожая камнем, взятым с клумбы.
«Тск! Какой преданный телохранитель! Погоди у меня!» - Чжан Кун стиснул зубы от гнева, но не осмелился пошевелиться. Он сидел на месте, ярко освещенном солнцем, и его лицо уже успело обгореть. Мужчина весь пропитался потом настолько, что каштановые волосы казались мокрыми и прилипли к его лицу. От былого обаяния не осталось и следа — ни тени того ветреного щёголя, что вызывал когда-то вздохи женщин.
«Мастер вернулась!» — воскликнула Ли Сяосяо и обе призрачные женщины вздохнули с облегчением. Родители тоже поспешно подошли к ней.
«Иньинь, они сказали, что являются телохранителями, которых ты наняла. Это правда ниндзя? Из Японии?» - шокировано спросила Мэн Сян.
Чэн Цининь удивленно посмотрела на призраков и через полсекунды заметила преувеличенное подмигивание призрака. Ли Сяосяо явно была любительницей аниме при жизни, раз придумала назваться ниндзя.
Увидев, что ее родители пострадали не слишком серьезно, девушка заметно расслабилась и не смогла сдержать улыбки: «Да, это те самый нидзя-охранники. Я потратила много денег, чтобы пригласить их».
«Я думал, что японские ниндзя - это легенда, а оказывается, они действительно существуют. Иньинь, сегодня, если бы не эти две женщины-ниндзя, нам с твоей матерью пришлось бы несладко в руках этого ублюдка, Чжан Куна. Мы обязаны как следует отблагодарить их!»
Естественно, Чэн Циньинь, знала, что все это было полностью заслугой трех призраков, но она действительно не ожидала, что три обычных призрака способны на такое!
Даже самые могущественные злобные духи едва ли способны достигнуть подобного результата.
«Вы справились блестяще! Огромное спасибо!» — от всей души сказала Чэн Циньинь.
«Миссия выполнена!» — прощебетала Ли Сяосяо, игриво отдав честь.
Хуан Ланьчжэнь тоже растянула губы в искренней, застенчивой улыбке.
Оба призрака сияли от радости и удовлетворения, даже их обычная мрачная бледность, присущая всем духам, смягчилась.
Чэн Цининь с удивлением заметила, что простая похвала после честного труда может развеять часть обиды призрака, но пока времени поразмышлять об этом не было. У нее было еще слишком много вещей, с которыми следовало разобраться.
Пройдя мимо родителей и двух духов, она остановившись перед креслом Чжан Куна.
Мужчина злобно посмотрел на стройную девушку, которая, по его информации, причинила столько вреда Цяньцянь, а так же была виновата в том, что сегодня он попал в ловушку.
«Чэн Циньинь! — прорычал он, - кажется, ты уже знала, что я приду к тебе!»
Конечно же она знала. Чжан Кун хотел использовать видео с унижением ее родителей в качестве подарка на день рождения Тан Цаньцань, Как он мог не появиться тут».
Однако девушка не стала отвечать ему, а яростно вонзила каблук в его голень.
Призраки не могли его тронуть, а она могла.
В детстве учитель обучал ее как различным даосским техникам, так и боевым искусствам. Он всегда говорил, что в дополнении к борьбе с призраками, каждый даос сталкивается с угрозами другого рода, а изучив боевые искусства, она сможет легко победить, как призраков, так и людей.
Чжан Кун был застигнут в врасплох и упал назад вместе с креслом, но быстро поднялся и рыча, бросился вперед: «Чэн Циньинь, ты ищешь смерти!»
Он не придерживался принципов, что бить женщин – это плохо, поэтому прямо напал на девушку и думал, что поймать ее, с его-то навыками, будет легко. Однако он никак не ожидал, что Чэн Циньинь внезапно схватит его за руку, быстро завернет ее назад и тут же схватит за другую руку - еще один поворот.
Жгучая боль пронзила его плечи и, прежде чем он успел отреагировать, быстрый удар ногой сбил его с ног, отчего мужчина упал на колени, вскрикнув от боли.
Чжан Кун попытался подняться, но с изумлением обнаружил, что у этой девушки поистине чудовищная сила. Её толчок отправил его вперёд, и он беспомощно рухнул на землю, после чего Чэн Цининь поставила ногу ему на спину, крепко прижав его к земле, и холодно произнесла: «Тебе хватила смелости вломиться в мой дом и избить моих родителей. Не хочешь объясниться?»
Чжан Кун инстинктивно рванулся, но словно был намертво пригвождён к земле ногой Чэн Циньинь. Сколько бы он ни барахтался, отчаянно дрыгая ногами, вырваться из её железной хватки оказалось невозможно.
«Ха-ха-ха — он действительно похож на гребущую черепаху!» — хихикнула Ли Сяосяо.
«Очень похоже», — согласилась Чэн Цининь, - «Стоит заснять на видео».
И бросила свой телефон Ли Сяосяо: «Запиши все».
«Уже делаю!»
Человек и призрак беседовали меж собой, будто забыв о его существовании, и Чжан Кун наконец осознал весь позор своего положения. Жилы на его лбу вздулись от яростных попыток высвободиться, но нога Чэн Циньинь по-прежнему пригвождала его к землею
«Чэн Циньинь, я убью тебя!
Но рев Чжан Куна быстро превратился в вой, когда девушка наступила ему на колени и быстро вывихнула ему оба плеча и коленные чашечки.
Перевернув его, она снисходительно окинула мужчину взглядом и сказала ледяным тоном: «Пустая бравада только смешит людей. Прежде чем мечтать об убийстве, подумай о том, как сбежать от меня».
Чжан Кун побагровел от ярости, несколько секунд сверля её взглядом, полным смертельной ненависти, прежде чем прошипел сквозь стиснутые зубы: «Чего ты хочешь?»
«Верни деньги».
«Что ты имеешь в виду?» - нахмурился Чжан Кун.
Чэн Циньинь схватила мужчину за волосы, приподняла его лицо и холодно сказала: «Ты думаешь, я не знаю, что те 600 миллионов, которые были украдены из компании моего отца, попали в твои руки».
По сюжету романа, Чжан Кун подкупил старого одноклассника Чэн Фэнлинь, чтобы тот предложил основать совместную компанию и каждая сторона вложила по шестьсот миллионов. Но через несколько дней партнер исчез вместе с деньгами. После этого инцидента курс их акций резко упал, а после распространился слух о том, что кто-то отравился едой из их супермаркета, что и привело к краху семьи Чэн, под чутким руководством Чжан Куна.
Поставщики один за другим подходили к двери, требуя оплаты, и банк немедленно прекратил кредитование, попросив семью Чэн немедленно погасить основную сумму долга и проценты. Под различными ударами семья Чэн могла только объявить о банкротстве.
Эти шестьсот миллионов оказались в кармане Чжан Куна, а образовавшийся гигантский долг в размере пятисот тридцати миллионов впоследствии довел Чэн Фэнлина до самоубийства.
Раз уж представился случай захватить Чжан Куна, она непременно должна была найти способ погасить этот долг.
В шоке мужчина спросил: «Откуда ты об этом знаешь?!»
На его лице было написано подозрение: кто его предал?
«Неважно. Либо ты сегодня вернешь деньги и уйдешь отсюда сам, либо тебя унесут на носилках».
Чжан Кун методично разрушал семью Чэн — его интриги и подлые уловки превратили их сто-миллиардное состояние в прах, оставив после себя лишь руины и смерть. Но она определенно вернет все утраченное вместе с процентами.
Эти 600 миллионов – только начало, но в нынешней ситуации она не может вернуть все. Ведь девушка не могла удерживать Чжан Куна слишком долго, а за этот краткий срок даже могущественная семья Чжан, при всех своих ресурсах, вряд ли смогла бы собрать больше 600 миллионов наличными — это был их предел.
«Ха! Ну и аппетиты! Шестьсот миллионов? Боюсь, тебе не хватит жизни, чтобы их потратить!» - провокационно усмехнулся Чжан Кун, - «Что ты мне сделаешь, если я не дам денег?»
Он был уверен, что девушка из обычной семьи не осмелится убить его, какой бы могущественной она не была. А пока он жив, ему нечего бояться. Если с ним не будет связи более трех часов, семья обязательно пошлет кого-нибудь на его поиски.
И это будет смертельным приговором для Чэн Циньинь и ее родителей.
Девушка снова приподняла Чжан Куна с земли и посмотрела на него так, как будто он был клопом, которого можно было раздавить в любой момент: «Раз ты сам попросил…»
Как только она закончила говорить, последовало несколько увесистых пощечин такой силы, что каждый удар заставлял лицо мужчины онеметь.
Чжан Кун был избит почти до потери сознания, его красивое лицо в мгновение ока опухло и стало похоже на красную паровую булочку, а его белый костюм, который изначально бывший чистым и без единой складочки, стал грязным и пыльным после того, как Чэн Циньинь поиздевалась над ним. Он выглядел очень жалко.
«Все сняла?» - спросила девушка призрака.
Ли Сяосяо ошеломленно кивнула, и Чэн Цинъин продолжила: «Дай мне телефон, сделаю еще несколько снимков крупным планов».
Она бросила Чжан Куна на землю, сделала несколько снимков вдали и крупным планом, и, с удовлетворением полюбовавшись на свое творение, бросила телефон в сумочку, а после с безразличной улыбкой посмотрела на мужчину, который пытался встать.
«Теперь, имея фотографии наследника семьи Чжан, избитого до полусмерти, я смогу получить 600 миллионов?»
Обновлено: 20.01.2026