Глава 5 — Глава 5. Дорога домой и настроение — хоть каждой встречной собаке лещей раздавай

**Глава 5. Дорога домой и настроение — хоть каждой встречной собаке лещей раздавай** Такахаши Ю, словно оживший кошмар, опутанный щупальцами, тащил на себе всю команду, но очень скоро врезался в оцепление шиноби Камня. Впрочем, задерживаться, как он это делал раньше с арьергардом, Ю не собирался. Деревня Скрытого Камня славилась своей численностью — это был настоящий людской муравейник. Один только Ооноки привёл в Страну Дождя более десяти тысяч шиноби. И Такахаши Ю совершенно не горел желанием повторить судьбу Третьего Райкаге из оригинальной истории, которого эти каменные полчища просто задавили массой, истощив до смерти. После череды жестоких битв и безумного марш-броска, запасы выносливости Ю ополовинились. Если он сейчас застрянет в бою, то рискует остаться здесь навсегда, став частью местного ландшафта. Поэтому сейчас Такахаши Ю напоминал разогнавшийся бульдозер, у которого отказали тормоза. Ему было плевать на плотные ряды шиноби Камня, преграждающие путь. Оружие, ниндзюцу, человеческая плоть — всё это разлеталось вдребезги при столкновении с его телом. — Проклятье! Остановите этого демона Конохи! — вопил кто-то в панике. — А-а-а! Спасите!! Ю пронёсся сквозь строй врага, словно ураган. Шиноби, стоявшие в авангарде, даже не успели понять, что произошло, как превратились в кровавый туман. Оторванные конечности и обломки снаряжения взлетали в воздух, отмечая его путь жутким салютом. Войска Камня, лишившись своего стержня — Ооноки, — действовали разрозненно. Кольцо окружения не успело сомкнуться, а действительно сильных мастеров, способных хоть на секунду задержать этот живой таран, поблизости не наблюдалось. Скорость Ю всё возрастала. Он даже не стал петлять, лишь слегка скорректировал курс, устремляясь прямиком к границе Страны Травы. «Страна Травы ближе всего к дому. Но где джинчурики Камня? Почему их нет? Если бы они явились, всё стало бы куда сложнее», — пронеслось у него в голове. Его ноги работали как поршни, не зная усталости. Члены отряда, привязанные к нему, болтались сзади, словно воздушные змеи в шторм. Чудовищный напор встречного воздуха не давал им даже открыть глаза, а кожа на лицах шла волнами, делая их похожими на шарпеев. — Да сделайте же хоть что-нибудь! Остановите его! — истерично кричали с земли. — Где джонины?! Мы не можем его удержать! Помогите! В этом и заключался главный порок централизованной власти. В Деревне Скрытого Камня слово Ооноки было законом, а власть — абсолютной. Стоило Цучикаге пасть, как огромная армия обезглавленным драконом рухнула в хаос, неспособная организовать хоть сколько-нибудь эффективную оборону. На мелкие ниндзюцу Ю даже не обращал внимания — он просто проходил сквозь них. Пожалуй, во всём мире шиноби лишь Стихия Пыли заставила бы его напрячься и увернуться. Единственной его заботой было следить, чтобы болтающиеся сзади «кайты» не зацепили что-нибудь. На такой запредельной скорости попасть по нему можно было только в лоб, а фланговые атаки безнадёжно опаздывали. Этот бег в режиме «бульдозера» пробудил в душе Ю дикий восторг. В памяти всплыли воспоминания о битвах в пустынях Страны Ветра, где он так же гонял неповоротливых кукольников Суны. Ах, это была его ушедшая юность! В оригинальной истории Третий Райкаге погиб в Третьей мировой войне шиноби лишь потому, что обязан был выиграть время. Ему нужно было дать своим людям возможность уйти и перегруппироваться, иначе десятки тысяч каменных шиноби хлынули бы в Страну Молнии, и даже победа в такой войне стоила бы Кумо руин и пепла. Воевать на своей территории — табу для великих держав. Именно поэтому между ними существовал буфер из мелких стран, которые и принимали на себя основной удар. Не будь этого отягчающего обстоятельства, никто не смог бы удержать Третьего Райкаге. На данный момент он был, пожалуй, сильнейшим Каге своего поколения. И Такахаши Ю был его духовным близнецом в этом мире. Та же запредельная скорость, то же неразрушимое тело, даже габариты схожи. Жаль, не довелось с ним сцепиться, иначе спор о том, что сильнее — «абсолютное копьё» или «абсолютный щит» — был бы решён раз и навсегда. Ю позволил мыслям блуждать, пока ноги механически пожирали километры. Внезапно он очнулся от того, что осознал: он уже давно ни во что не врезался. Сфокусировав взгляд, он увидел забавную картину: шиноби Камня словно по команде расступались перед ним, образуя живой коридор. Они стояли по обочинам и для вида складывали печати, выпуская ниндзюцу в пустоту. Уголки губ Ю поползли вверх. «А я-то думал, что камнелобые — ребята упёртые и простоватые. Оказывается, не такие уж они и дураки». — Семпай, мы просто дадим им уйти? — донёсся обрывок разговора. — А ты что предлагаешь? Хочешь сам под него лечь? Не видел, что ли? Все наши капитаны рванули к лорду Ооноки! — Спокойно, главное — руками шевели, типа работаем! Стихия Земли: Стена из Грязи! Слушая это перешёптывание, Ю с хохотом проломил очередную хлипкую земляную стену, возникшую прямо по курсу. Как только Ооноки выбыл из игры, остальные перестали представлять угрозу. «А что им ещё остаётся? Остановить меня они не могут, Цучикаге в отключке, командиры в панике спасают начальство. Кто ж захочет умирать просто так?» Боевой дух флангов был сломлен окончательно. Теперь Ю чувствовал себя как на скоростном шоссе, где враги любезно изображали дорожное ограждение. Заметив, что живой коридор редеет, Ю решил, что пора заканчивать этот цирк. Он резко оттолкнулся от земли, взмывая в небеса гигантским прыжком. — А-а-а-а! — наконец не выдержала и закричала болтающаяся сзади Яманака Аяно. — Ха-ха-ха! — раскатисто расхохотался Ю. Путешествие по Стране Земли подходило к концу. И не нужно было тянуть три дня, как в каноне. После того удара, который он прописал Ооноки, старику и трёх месяцев не хватит, чтобы встать с постели. С тяжелым гулом приземлившись, Ю огляделся — вокруг не было ни души. Грудь распирало от пьянящего чувства свободы. Словно дикий мустанг, сбросивший узду, он рванул в сторону Страны Травы. --- Лунный свет серебрил фигуры бойцов отряда «Бессмертные», словно укрывая их легкой вуалью, пока они ловко перепрыгивали с ветки на ветку. Да, они наконец-то покинули негостеприимную Страну Земли. Путь оказался подозрительно гладким. Ни засад, ни погони, ни сюрпризов. — Давненько я не косплеил Тарзана, даже ностальгия пробила, — заметил Ю. Ему было лень тратить чакру, поэтому он периодически хватался за свисающие лианы, раскачиваясь и перелетая на соседние деревья. Так он передвигался в детстве, когда охотился в лесах, ещё до того, как его тело стало стальным. — Капитан опять несёт какую-то околесицу, которую никто не понимает, — весело отозвалась сзади Яманака Аяно. Как только они пересекли границу Страны Травы, команда единодушно взмолилась, чтобы Ю спустил их с небес на землю. Быть «воздушными змеями» оказалось развлечением не для слабонервных. — Давно я тебя не подкалывал, расслабилась, Свинка? — не оборачиваясь, лениво бросил Ю. В отряде царила атмосфера расслабленности. Дорога домой — самая приятная из всех дорог. И пусть многие так и не вернулись из этого пекла, год войны приучил их к мысли, что смерть ходит рядом. Прощание с товарищами стало рутиной. Может быть, позже, в мирной жизни, какая-нибудь мелочь напомнит им о павших друзьях, и сердце кольнёт тоска. Но суровый мир шиноби не даёт права на долгую скорбь. Максимум — тихая минута памяти, а затем снова в бой, навстречу новой резне. — Ладно, привал. Переночуем здесь, гнать больше некуда. Ю затормозил на поляне, где деревья росли не так густо. — А то наш стратег скоро лопнет от мыслей, верно, Юма? — ехидно подмигнул он Нара Юме. Нара Юма остановился, уставившись на командира фирменным взглядом дохлой рыбы, и устало протянул: — Капитан, вы подложили нам свинью… то есть, огромный подарок. Вживление упрощённых Семян Волны в сердца восьмерых выживших означало одно: они все стали носителями Кеккей Генкай. А некоторые — даже двойного. Для выходцев из кланов это была палка о двух концах. Особенно учитывая, что никто из них не принадлежал к главной ветви семьи. — Да чего ты дрейфишь? Если в деревне кто-то вякнет — бей сразу в челюсть, — Ю прекрасно понял намёк и хлопнул Юму по плечу так, что тот чуть не присел. — Мы Третьего Цучикаге чуть на тот свет не отправили, а ты боишься старых пердунов из клана? Кто бы вас ни обидел, идите ко мне. Я ваша крыша. Обняв Юму за плечи, Ю громко рассмеялся. Нара Юма состроил гримасу «как же это всё хлопотно», но затем тяжело вздохнул, всем своим видом показывая, что смирился и плывёт по течению. Тем временем Хьюга Рюхей, уже пришедший в себя, с детским восторгом изучал сгустки Воли Убийственного Намерения на своих руках, совершенно игнорируя бледность собственного лица. А вот Хьюга Такеши стоял в стороне, погружённый в глубокую задумчивость. Он был старше и опытнее, поэтому в его глазах читалась тревога за будущее. — Эй, ты оглох? Я к тебе обращаюсь, Такеши! Берите пример с Трио Учиха! Ты посмотри на них, они хоть раз выглядели обеспокоенными? Ю уловил тяжёлые мысли Такеши. Положение побочной ветви Хьюга действительно было незавидным, но сейчас Ю чувствовал в себе силы решить любую проблему. — Точно-точно! Забейте! С Кэпом нам никто не страшен, если только они не полные идиоты! — Учиха Шунджи, так же как и девятилетний Рюхей, завороженно рассматривал красное свечение вокруг своих ладоней. — Это просто фантастика, Капитан! Как только Волна вошла в тело, у меня в голове словно инструкция всплыла. И чакру почти не жрёт, а тело стало крепче камня! Ещё и материализовать можно… Капитан, твой Кеккей Генкай просто имба! Возбуждение Шунджи было написано на лице. Остальные двое Учиха тоже сияли. В их клане сила всегда была единственным законом и истиной. Лежащая на траве Яманака Аяно фыркнула: — Шунджи, ты не о том думаешь. Самая жуть Волны в том, что она постоянно давит на психику врага. Ю расхохотался. Кеккей Генкай? Ну, пусть считают так. Главное, что теперь он чувствовал местоположение всех восьми носителей семян, где бы они ни находились. Удобно для сбора пати в следующий раз. Тьфу! Какой следующий раз? Ю твёрдо решил: как только вернётся, запрётся в деревне, откроет лавочку на военные премиальные и будет деградировать в своё удовольствие. Свой долг перед Конохой он выполнил сполна. Они в расчёте. Привалившись спиной к мощному стволу дерева, Ю запрокинул голову, вглядываясь в россыпь звёзд в ночном небе. — Где носит Гекко Юму с добычей? Я сейчас с голоду помру! — крикнул он, с улыбкой оглядывая своих людей. «Как же здорово, что я могу вернуть вас всех домой». Незаметно для себя Такахаши Ю, душа из современного мира, пустил в этом мире глубокие корни привязанности. Ночь накрыла лес тишиной. --- Выспавшийся как медведь в берлоге, Такахаши Ю открыл глаза и уставился в густую крону дерева. Сердце наполнилось теплом. После ночевок в Стране Земли, где крышей было небо, а постелью — голые камни, этот лес казался раем. Он вскочил, пружинисто потянулся до хруста в костях и заорал: — Подъём, братва! Домой пора! Яманака Аяно, которая уже перебирала свою сумку с ниндзюцу, смерила его уничтожающим взглядом: — Капитан, единственный, кто тут дрых до обеда — это ты. Мы уже давно готовы. «Ну извините, неуязвимое тело позволяет спать где угодно и как угодно, не боясь, что тебя сожрут», — мысленно усмехнулся Ю, а вслух лишь рассмеялся, умываясь водой из фляги. — Мой косяк, признаю! Где Такеши? Карту смотрел? Куда топаем? Не успел он договорить, как из кустов вынырнул Хьюга Такеши, держа в руках шампур с аппетитно зажаренным кроликом. — В Стране Травы я и с закрытыми глазами до Конохи дойду, Капитан. Карты не нужны. На вот, червячка замори, — он с улыбкой протянул мясо. Ю вгрызся в кролика, одним укусом уничтожив половину тушки, и с набитым ртом прошамкал: — Тогда вперёд! Я душу продам за барбекю в Конохе! Он оттолкнулся от земли, зацепился за толстую ветку и привычным движением полетел к следующему дереву. Вдохновленные мыслью о доме и отдыхе, бойцы с румянцем на щеках последовали за ним. Но их расслабленная прогулка продлилась недолго. Не прошло и получаса, как Хьюга Рюхей подал знак остановиться. — Капитан, впереди чей-то лагерь. Чакры мало, сигнатуры слабые. Ю отвесил ему щелбан. — И ради этого ты нас тормознул? Забыл, что мы уже не на войне? Рюхей обиженно потер лоб: — Бдительность же… Хьюга Такеши активировал Бьякуган, всматриваясь вдаль. — Кажется, нас заметили. Капитан, они пытаются бежать. Стоп… Там ещё одна группа. Похоже на погоню. Охотники и жертвы. Такеши докладывал, не поворачивая головы, продолжая сканировать местность. Ю, только что вышедший из режима смертельной битвы с целой армией, чувствовал себя прекрасно. Но услышав о заварушке, у него зачесались кулаки. Вчера он месил тысячи врагов, а тут — какая-то мелкая стычка десяти человек. Отличный способ размяться и поднять настроение! — Идём глянем. У меня сегодня настроение такое хорошее, что даже проходящая мимо собака должна получить пару ласковых лещей. Сказав это, Ю рванул вперёд. Члены отряда переглянулись. Нара Юма скривил губы в усмешке и вздохнул: — М-да, эта фраза идеально описывает нашего Капитана. Ю больше не сдерживался. Жажда зрелищ и желание побыть «судьей Дреддом» гнали его вперед, ломая ветки под ногами. Вскоре он увидел три фигуры, спотыкаясь бегущие прямо на него. За ними по ветвям, словно обезьяны, скакали преследователи, осыпая беглецов градом сюрикенов. — Хе-хе. Ю ухмыльнулся и мысленным усилием высвободил волну багрового Убийственного Намерения. Аура накрыла обе группы, не дав им и шанса опомниться. Шиноби на деревьях потеряли контроль над телом и, как перезрелые груши, посыпались вниз. Беглецы на земле сбились в кучу, дрожа от ужаса. Два гигантских шага — и Ю оказался прямо перед ними. Быстрый взгляд на упавших преследователей: протекторы с символом, напоминающим схематичную траву. Ожидаемо. Шиноби Кусагакуре. Затем взгляд на дрожащее трио: старая женщина, закутанная в лохмотья, крепко прижимающая к себе двух таких же замотанных в тряпье детей. Грязные, изможденные, типичные беженцы. На первый взгляд — ничего особенного. Но Рюхей говорил о чакре. — Куса, вы совсем скатились, — прорычал Ю. — Охотиться на стариков и детей? Тьфу. Он всегда презирал этих флюгеров. Кусагакуре в каждой войне металась между сильными, как кусок дерьма в проруби. Ю сам натерпелся от них: то они подмахивали Конохе, то ложились под Камень. Если бы не их предательство, Ооноки не прорвался бы так быстро в Страну Дождя, и Ю не пришлось бы тащить свой отряд в это безумное турне по Стране Земли. Даже если бы они открыто переметнулись к Камню, это было бы честнее, чем нынешнее положение, когда их презирали обе стороны. Лежащий на земле шиноби Травы трясся, его губы шевелились, пытаясь выдавить слова оправдания, но страх сковал горло. Он узнал Такахаши Ю. После бойни в Стране Ветра портрет «демона» знали в каждом уголке мира шиноби. Шиноби молчал. Ю сплюнул и перевел взгляд на беженцев. Старуха с морщинистым лицом, несмотря на страх, закрывала детей своим хилым телом, словно наседка цыплят. — Кто такие? Чем насолили этим ублюдкам? Видя, что старуха зажмурилась, а дети тихо плачут, Ю отвел от них давление своей ауры, обрушив всю тяжесть Ки на лежащих кусанинов. *Вжих, вжих, вжих.* Бойцы «Бессмертных» приземлились на ветки вокруг, мгновенно взяв поляну в кольцо. Лес становился всё более похожим на родные чащи Страны Огня, и они чувствовали себя здесь как дома. Старуха, ощутив, что давление исчезло, открыла глаза. Она вытерла пот со лба, посмотрела на возвышающегося над ней гиганта, затем на окруживших их бойцов в экипировке Конохи. — Шиноби Конохи? Уходите! Нам не нужна помощь Конохи! Внезапная вспышка гнева старой женщины сбила с толку и Ю, и его команду. Из-под сбившегося платка старухи выбилась прядь седых волос, в которых всё ещё угадывался огненно-красный оттенок. — Узумаки?!