Глава 17 — Глава 17. Искусство — это взрыв (Часть 5)

**Глава 17. Искусство — это взрыв (Часть 5)** Если бы Сарутоби Хирузен просто плохо обращался с Наруто, Сенджу Тобирама мог бы это понять — ради безопасности деревни иногда нужны жесткие меры. Если бы Хирузен переписал историю, присвоив себе славу победы над Кинкаку и Гинкаку, Тобирама тоже закрыл бы на это глаза. У Обезьяны не было своих великих побед, а для укрепления власти правителю нужен авторитет. Это политика. Но одно Тобирама простить не мог: Хирузен позволил молодому Хокаге умереть, а сам остался жить, прячась за его спиной. В голове Второго не укладывалось: почему старик позволил юноше, будущему деревни, пожертвовать собой? [**Намиказе Минато:** Я не требую смещения Третьего. Я просто хочу справедливости для своего сына.] [**Узумаки Кушина:** Прости меня, Наруто…] [**Намиказе Минато:** Если бы всё можно было вернуть… Я бы не стал героем. Я бы просто был отцом для Наруто.] [**Лин Шэнь:** У тебя ещё есть шанс!] [**Учиха Мадара:** Ты о чём?] [**Сенджу Тобирама:** Что ты несёшь?] Лин Шэнь проигнорировал вопросы легенд прошлого. Вместо этого он отправил личное сообщение Минато. Как создатель этой проекции, он мог писать кому угодно без ограничений, но не хотел раскрывать свою исключительность раньше времени. [**Лин Шэнь:** Приветствую, Намиказе Минато. Я Лин Шэнь из Акацуки. Прочти внимательно. У меня есть способ воскресить тебя и Кушину. Вы сможете снова обнять Наруто. Но есть цена: Девятихвостый и твоё вступление в Акацуки! Не волнуйся, я знаю, как извлечь Лиса, не убив Наруто. От тебя требуется лишь верность организации. О Лисе я договорюсь с Наруто сам.] Минато замер, перечитывая сообщение. Эмоции на его лице сменяли друг друга, как облака в ветреный день. Наконец, он набрал ответ: [**Намиказе Минато:** Я подумаю.] [**Лин Шэнь:** Жду твоего решения.] Минато хотел было написать ещё что-то, но понял, что лимит исчерпан. И тут его осенило: у каждого есть право всего на одно сообщение в личку. А этот «Лин Шэнь» написал дважды! Даже он, Жёлтая Молния, не мог нарушить правила, а этот парень смог. Неужели он… сильнее богов шиноби? Лин Шэнь намеренно отправил второе сообщение. Он знал, что Минато не болтун, но этот маленький трюк заставит Четвёртого уважать и бояться таинственного собеседника. Что касается Девятихвостого, Лин Шэнь планировал забрать его себе. С чакрой Лиса он сможет использовать «Смертоносные Пепельные Кости» без ограничений. А план «Глаз Луны»? Пф-ф. Его «Котоамацуками» — это его язык. Он заболтает Пейна до смерти, убедив, что мир можно спасти и без Десятихвостого. С такой командой монстров Акацуки смогут принудить мир к миру и без хвостатых зверей. Но сейчас это были лишь мечты. Главная проблема Лин Шэня — собственная слабость. Бессмертие — это круто, но быть вечной боксёрской грушей унизительно. А его ультимативная техника высасывала все соки после одного выстрела. ... [**Четвертый Райкаге:** Твою ж… Казекаге опять помер?] Реплика Эя вернула внимание зрителей к экрану. Дейдара только что закончил ритуал извлечения. Гаара безжизненной куклой лежал на холодном камне. Все знали: извлечение хвостатого зверя — это смертный приговор для джинчурики. Спасательный отряд из Конохи опоздал. В кадре Наруто смотрел на тело друга. Гнев, чистый и яростный, закипал в нём, окутывая фигуру зловещей красной чакрой. [**Намиказе Минато:** Ох… Это предвестник пробуждения Лиса. Ярость разрушает печати.] [**Узумаки Кушина:** На этом уровне он ещё не вырвется, правда?] [**Намиказе Минато:** Да. И даже на самый крайний случай у меня припасён козырь.] [**Курама:** Вы вообще в курсе, что я всё слышу?] [**Намиказе Минато:** Ха-ха, прости, но я же правду говорю.] [**Курама:** (Рычит от ярости) Ждите! Настанет день, я захвачу это тело и сотру Коноху в порошок!] [**Сенджу Хаширама:** Стереть Коноху? (Удивленно поднимает бровь)] [**Учиха Мадара:** Стереть Коноху? (Удивленно поднимает бровь)] [**Курама:** Хех, двое мертвецов решили подать голос?] [**Сенджу Хаширама:** Эх, лисёнок… Не стоит бросаться такими словами в моём присутствии.] [**Учиха Мадара:** Коноху построили мы с Хаширамой. Хоть она мне и противна, но уничтожать её какому-то блохастому коврику я не позволю.] [**Курама:** ...] [**Шукаку:** Хе-хе-хе! Курама, и на твоей улице настал праздник унижения! Умираю со смеху!] [**Курама:** Заткнись, енот! Я стою против Бога Шиноби и Призрака Учиха. А тебя отпинал сопливый пацан, играющий в ниндзя.] [**Шукаку:** Это всё потому, что мой джинчурики был слабаком!] [**Курама:** Не смеши мои хвосты! Ты, идиот, сам не даёшь своему носителю спать, сводишь его с ума. Конечно, он будет слабым, если не спит годами! Ты сам себе злобный буратино.] [**Шукаку:** ...] ... — Ты разобрался с Однохвостым, значит, Девятихвостый — мой! — заявил Сасори. — Без проблем, хм! Дейдара создал глиняную птицу, подхватил тело Гаары, сунул его в клюв творению и, запрыгнув сверху, вылетел из пещеры. Наруто, ослеплённый яростью, рванул следом. Какаши, понимая, что дело пахнет жареным, поспешил за учеником. В пещере остались Сасори, Сакура и Чиё. Камера переключилась на Дейдару. Он летел на своей птице и хохотал, глядя вниз: — Ха-ха-ха! Оставили девчонку и старуху против мастера Сасори? Да они их просто на фарш пустят! Вы их на убой послали, да? Дейдара не унимался, сыпля насмешками. [**Сарутоби Хирузен:** Я же говорил! Коноха не могла отправить всего один отряд!] [**Орочимару:** Ку-ку-ку… Три отряда ненамного лучше одного.] Орочимару, который только что пытался заманить Хирузена в ловушку барьера Четырех Фиолетовых Огней, был вынужден отступить. Едва они вышли с трибун, как наткнулись на толпу АНБУ, сверлящих их подозрительными взглядами. — Что вы хотели мне сказать? — Хирузен с подозрением покосился на «Казекаге». — Хе-хе-хе… Хотел предложить сходить в туалет вместе, — не моргнув глазом, соврал Орочимару. ... [**Куроцучи:** Погодите-ка… Сначала Хидан помер, потом Сасори. Ты что, следующий?] [**Хидан:** Я не помер! Я жив!] [**Какузу:** Заткнись, идиот. Тебя похоронили заживо, это почти то же самое.] [**Дейдара:** Куроцучи, не наводи панику! Я парю в небесах, как бог, а эти двое внизу — жалкие пешеходы. Они меня даже не коснутся, буду их кайтить до посинения, хм!] Дейдара был прав. Песок, который Гаара использовал раньше, был медленным, но сейчас за ним гнался не обычный шиноби. Это был Хатаке Какаши. Человек, который даже с пустым баком чакры найдёт силы вылепить собачью морду на каменной стене. Разве он позволит какому-то подрывнику водить себя за нос, как щенка? Какаши сдвинул протектор с левого глаза. В глазнице полыхнул багровый свет. Шаринган закрутился, наливаясь силой, и узор трёх томоэ начал меняться, сливаясь в сложную фигуру, похожую на сюрикен… [**Учиха Изуна:** Что?! Какого чёрта у чужака Шаринган?! И он… он пробудил Мангекё?!] ...