Глава 8 — Глава 8

Глава 8.   Практика метания сюрикенов – дело не одного дня, требующее длительного совершенствования. И хотя атакующая сила сюрикенов невелика, они могут иметь неожиданный эффект. Но что ещё важнее, тренировка с сюрикенами помогает улучшить гибкость пальцев и запястий. А гибкость пальцев играет решающую роль для формирования печатей. Чем быстрее складываются печати, тем быстрее активируется ниндзюцу. Бокутон, которым пользовался Мохуко, хоть и требовал всего одной печати, но для быстрого рисования также необходимо развивать гибкость пальцев и запястий. Поэтому практика техники сюрикенов была во всех отношениях полезной. Первая тренировка Мохуко с сюрикенами явно не удалась. Впрочем, он и не рассчитывал на моментальный успех. Иначе это было бы не тренировкой, а жульничеством. — Пф, как и ожидалось — бесполезный мусор, — фыркнул Инаби, не скрывая презрения к Мохуко. — Что ты сказал?! — Мохуко ещё не успел разозлиться, а Шиноске уже вспыхнул от гнева. Мохуко быстро схватил друга за руку. — А? Мохуко! Зачем ты меня держишь? Я должен проучить его, я уже достаточно терпел! Оскорбление Инаби явно задело Шиноске за живое. Видя такую реакцию Шиноске, Мохуко был тронут. Всего пара дней знакомства, а Шиноске уже так дорожил их дружбой – это было приятно. В этот момент учитель Иноуэ вытащил сюрикен из внутренней стороны бедра – даже не пролив ни капли крови – и поспешил вмешаться: — Ладно, ладно, вы одноклассники, и не должны ссориться. Разойдитесь и займитесь тренировкой. Иноуэ повидал множество конфликтов между учениками младшей школы. И быстро разделить их было лучшим решением. Вдеь у детей редко бывают долгие обиды.  Инаби холодно фыркнул и ушёл тренироваться в одиночестве. — Мохуко, зачем ты меня удержал? Он же просто невыносим, — недовольно сказал Шиноске, когда Мохуко отвёл его в сторону. — Шиноске, мы одноклассники, не стоит так серьёзно это воспринимать. Со мной всё в порядке. С сознанием двадцатилетнего парня Мохуко, конечно, не собирался реагировать на насмешки Инаби. В таком возрасте это было бы просто глупо. — Но он оскорбил тебя! — Его рот — его слова, пусть говорит, что хочет. К тому же, моя техника метания сюрикенов действительно ужасна, — сказал Мохуко с самоиронией. — Это потому, что ты никогда раньше не практиковался! Я знаю, что клан Учиха начинает тренировать детей с трёх лет, так что неудивительно, что он попадет точно в цель.       Шиноске выглядел таким возмущённым, что это было даже мило. — Это его умение, и вместо того, чтобы сейчас выяснять с ним отношения, лучше я потренируюсь в метании сюрикенов. — Ладно. Стоп, Мохуко, я придумал!!! Я научу тебя технике сюрикенов, и вскоре ты превзойдёшь этого самодовольного типа! — с уверенностью заявил Шиноске. — Хорошо. Мохуко, естественно, не стал отказываться от доброго предложения друга. Ведь разница между обучением с наставником и самостоятельной практикой была огромной.  Так, к концу урока Мохуко уже мог попадать сюрикеном в край мишени. Хотя, конечно, чаще всего он всё же промахивался. Вечером, в доме Кумои. Мохуко массировал свои руки, разрабатывая каждый сустав пальцев. — Постоянное метание сюрикенов — серьёзная нагрузка на руки. Он вздохнул, понимая, что недооценил сложность становления шиноби. Лишь первый день, а он уже ощутил всю трудность пути ниндзя.  По сравнению с разнообразием ниндзюцу, тренировка тайдзюцу явно больше испытывала силу воли. И даже с волей взрослого человека он едва выдерживал. Возможно, именно благодаря таким тренировкам шиноби становились сильнее обычных людей. Рядом с ним туда сюда ходил чёрный щенок, проявляя почти человеческие эмоции во взгляде. — Расписание занятий в академии довольно свободное. Видимо, оно рассчитано на маленьких детей с не полностью развитым мышлением. Но для меня... эффективность слишком низкая! В оригинальной истории и Какаши, и Итачи провели в академии меньше года, прежде чем выпуститься. Это показывает, что для настоящих гениев то, чему можно научиться в академии, крайне ограничено. Но Мохуко отличался от них – у него не было сильного отца, который мог бы обучить его пути ниндзя. Соответственно, у него было меньше возможностей для обучения. И хотя возможно, когда-то такая возможность и была, но теперь её не стало. А значит, если что-то не придумать, то придётся проходить полный курс академии. Подумав об этом, он нахмурился. — Нужно что-то придумать, быстрее освоить теоретические знания академии и покинуть её. Пробормотав это, он направился в домашнюю мастерскую. Кумои Гаро всё-таки был главой клана Кумои и владел библиотекой клана. Раньше Мохуко не обращал на это внимания, но теперь понял, что упустил важную деталь.  В мастерской стояло несколько книжных полок, где, вероятно, хранились книги о шиноби. Он наугад взял несколько томов и, как и ожидал, обнаружил много материалов по основам обучения шиноби. Так, он уселся на пол и начал внимательно читать. Благо, у него была хорошая память – достаточно было прочитать что-то дважды, чтобы запомнить и осмыслить содержание. Чёрный пёс всё время оставался рядом с Мохуко, пока тот не уснул от усталости. Несколько месяцев подряд Мохуко делил своё время на части, постоянно пополняя запас знаний о шиноби. И даже находясь на уроках он не прекращал читать книги о ниндзя. Сначала он боялся, что учитель это заметит, но когда он стал постоянно занимать первое место по теории, учителям уже нечего было ему предьявить. Уроки тайдзюцу было тем, чему Мохуко уделял наибольшее внимание. Он знал, что его тело слабо и нуждается в научном подходе к тренировкам. Поэтому, каждый день после школы он чередовал извлечение чакры и тренировку тайдзюцу, занимаясь до глубокой ночи, и засыпая лишь под утро. Так продолжалось целый год. Ранним утром на небе светило яркое солнце. Мохуко медленно открыл глаза. Чёрно-белые цвета в его глазах стали ярче, чем раньше. — За год я освоил все знания, которые мне могла дать академия, развил основы тайдзюцу, значительно продвинулся в работе с чакрой. Всё это не прошло даром. Мохуко осмотрел своё тело, которое сильно изменилось с момента его перерождения. Хотя у него не было впечатляющих мышц, в нём скрывалась немалая сила. Он встал и надел короткую чёрную одежду. На левом поясе висели кисть Шиго Фудэ и маленький флакон со специальной жидкостью. В набедренной сумке для инструментов шиноби лежали белые свитки. В течение этого года, когда у Мохуко было свободное время, он постоянно практиковался в скорости рисования и достиг значительного прогресса. Раньше ему требовалось около пяти минут, чтобы нарисовать зверя, теперь же это занимало всего тридцать секунд. Хотя конечно, он понимал, что этого всё ещё недостаточно, а время рисования должно сократиться до трёх секунд. И только тогда это можно будет считать боевой техникой. В противном случае, кто будет ждать, пока он закончит рисунок, прежде чем атаковать?