Прошел еще один месяц в стенах Академии Киригакуре. Утренний туман, цеплявшийся за крыши деревни, едва начал таять, когда в класс вошел Фуджимото-сенсей. Его суровый взгляд медленно прошелся по рядам учеников, заставив стихнуть последние шепотки.
«Сегодня, — голос сенсея был ровным, но не предвещал ничего хорошего, — мы проверим ваш прогресс в Хенге но Дзюцу». Он выдержал паузу, словно давая каждому ощутить вес его слов. «Вызывать буду выборочно. Посмотрим, кто действительно оттачивал навыки, а кто лишь просиживал штаны».
Воздух в классе словно загустел от напряжения. Джун'ко инстинктивно выпрямила спину, ее пальцы нервно теребили край формы. Аой едва слышно забормотал последовательность печатей, проверяя себя. Даже Шинджи, обычно невозмутимый, встрепенулся, пытаясь скрыть предательский отпечаток тетради на щеке – свидетельство недавнего сна.
«Хозуки Хироши».
Мальчик поднялся с места с самодовольной уверенностью. Несколько быстрых, отточенных движений рук – и перед классом стояла точная копия Фуджимото-сенсея, вплоть до строго сведенных бровей.
«Приемлемо, — кивнул сенсей. — Цуки Джун'ко».
Джун'ко вскочила с готовностью. Мгновение концентрации – и она превратилась в Хироши. Особым штрихом стала идеально скопированная высокомерная ухмылка, что вызвало волну сдержанных смешков.
«Мизутани Рен».
Ну конечно. Моя фирменная удача, — мелькнула у Рена раздраженная мысль.
Он поднялся, стараясь придать лицу самое невозмутимое выражение. Так, главное – не перестараться. Технику превращения я освоил почти идеально, скоро возьмусь за подмену, как отец показывал. Но сейчас... нужно выглядеть убедительно средним. Рен намеренно сложил печати чуть медленнее, чем мог бы, вкладывая в движения легкую неуверенность.
Его копия Фуджимото-сенсея получилась узнаваемой, но с изъянами: волосы топорщились чуть сильнее, чем у оригинала, рост отличался на пару сантиметров.
«Нужно поработать над точностью деталей, Мизутани», — буднично бросил Фуджимото, переходя к следующему имени. Но Рен успел поймать на себе пристальный, цепкий взгляд Юкико. В ее глазах не было насмешки или сочувствия. Там мелькнуло что-то иное... Подозрение? Что она увидела? Легкость, с которой я на самом деле сложил печати? Или несоответствие моего уровня и этой небрежности?
«Как вы знаете, — продолжил Фуджимото, закончив проверку, — Хенге но Дзюцу — одна из трех базовых техник, необходимых для итогового годового экзамена. Но ее значение выходит за рамки простого маскарада. Она — показатель вашего контроля чакры и способности к точной визуализации. Фундамент для более сложных дзюцу».
Обеденный перерыв застал привычную компанию на их излюбленном месте под старым деревом во дворе Академии.
«Мое превращение было безупречным!» — хвасталась Джун'ко, оживленно жестикулируя. — «Видели, как я скопировала эту дурацкую ухмылку Хироши?»
«Технически, — тут же вставил Аой, поправляя очки, — распределение твоей чакры было слегка несбалансированным с левой стороны. Я заметил едва уловимую асимметрию в контуре плеча и…»
«Ой, да замолчи ты, ходячая энциклопедия ниндзюцу!» — рассмеялась Джун'ко, легонько пихнув его в бок.
«Если хочешь, Рен, — неожиданно вмешалась Юкико, и ее голос, ровный и тихий, привлек всеобщее внимание, — я могу помочь тебе с Хенге. У тебя, кажется, возникли некоторые... трудности».
Ее предложение прозвучало как обычная любезность, но взгляд, которым она смотрела на Рена, был слишком пристальным, изучающим. Это заставило его внутренне напрячься. Почему она так смотрит? Словно пытается заглянуть под маску... Словно знает, что я скрываю свой настоящий уровень.
«Кстати, — Аой вовремя сменил тему, спасая Рена от необходимости отвечать, — не хотите заглянуть в госпиталь после занятий? Мой отец сегодня дежурит. Может, будет интересно посмотреть... ну, как там все устроено».
Центральный госпиталь Киригакуре оказался внушительным многоэтажным зданием из серого камня. Но поразило ребят не столько архитектура, сколько царившая вокруг атмосфера. Постоянный поток шиноби – одних вносили на носилках, другие брели сами, поддерживая раненых товарищей или опираясь на костыли. Лица медперсонала были сосредоточенными и усталыми.
«Так уже несколько недель», — тихо пояснил Аой, ведя их по гулким коридорам, пахнущим антисептиками и чем-то еще, неуловимо-тревожным. — «Война... она совсем рядом».
Они остановились у входа в большое приемное отделение. Зал был переполнен. Шиноби с окровавленными повязками, с тусклой кожей после потери крови, со следами ожогов и обморожений тихо сидели или лежали, ожидая помощи. Воздух был тяжелым от боли и тихого напряжения.
«Аой!» — низкий, усталый голос заставил их обернуться.
Доктор Кайто, отец Аоя, был высоким мужчиной с такими же очками в тонкой оправе, как у сына. Но если глаза Аоя горели любознательностью, то во взгляде его отца застыла глубокая, почти неизбывная усталость. Морщины вокруг глаз казались резче, чем должны быть у человека его возраста.
«Не лучшее время для экскурсий, сынок, — он устало вздохнул. — Только что привезли новую группу с передовой, и у нас тут...»
«Отец, — быстро прервал его Аой, шагнув вперед. — Помнишь, я рассказывал тебе про мальчика из нашей группы? Тот, что с первой попытки смог проявить исцеляющую чакру? Это он». Аой указал на Рена.
Усталые глаза доктора Кайто на мгновение ожили, в них вспыхнул профессиональный интерес. Он внимательно, почти сканирующе, оглядел Рена с головы до ног. «Так, значит... Покажи».
Рен замялся. Показывать свой контроль чакры здесь, перед опытным ирьенином... Рискованно. Но это же и шанс! Шанс получить доступ к настоящим медицинским знаниям.
Сделав глубокий вдох, он сосредоточился, направляя внутренний поток. Теплая энергия потекла к ладоням. Мягкое, но уверенное зеленое свечение окутало его руки – ровное, стабильное, без единого колебания.
Доктор Кайто непроизвольно подался вперед, его дыхание стало прерывистым. «Невероятно... Какой чистый контроль. Стабильность потока... И это... Аой, ты сказал, он добился этого...»
«С первой попытки, отец», — подтвердил Аой, в его голосе слышалась гордость за друга.
Доктор задумчиво потер подбородок, его взгляд снова изучал Рена, но теперь в нем читалось не только любопытство, но и уважение. «С таким врожденным талантом... грех его не развивать. Аой, — он перевел взгляд на сына, — начни обучать его Шосен Дзюцу. Техника базового уровня, ранг Е, но это фундамент, без которого немыслим ни один ирьенин. Судя по его контролю, он освоит ее быстро».
Когда они вышли из госпиталя на свежий вечерний воздух, Рен все еще чувствовал запах лекарств и видел перед глазами лица раненых шиноби. Война – это не строки в отчетах и не сводки новостей, — думал он, глядя на мирно светящиеся окна домов Киригакуре. Это кровь, боль и усталые глаза доктора Кайто. Читать об этом в книгах и видеть реальность... это два совершенно разных мира. Холодная дрожь пробежала по его спине, несмотря на теплую погоду.
Обновлено: 19.01.2026