— Так вы говорите, что привели с собой ученика Ооноки?
В Конохе Сарутоби Хирузен смотрел на измученного Какаши, беспечного Джирайю и Китагаву Гена с выражением полного смирения на лице. Хокаге невольно потер переносицу.
Эта миссия была срочной, и он был морально готов к трудностям, особенно в Стране Земли, на территории Ооноки. Хирузен лишь надеялся, что они не натворят дел и добудут ценные сведения. Целый месяц он ждал новостей, время от времени пытаясь выудить хоть что-то у Данзо, но тщетно. А несколько дней назад его огорошили известием: «На границе земель Ивы произошел мощный взрыв. Предположительно, это дело рук Третьего Цучикаге Ооноки. Территория оцеплена».
Хирузен тогда похолодел. Он боялся, что его шиноби попали в окружение или же их столкновение с таинственной организацией заметил Ооноки. После нескольких дней мучительного ожидания они наконец вернулись, но… с пополнением.
— Мы не виноваты, — с досадой произнес Джирайя, почесывая голову. — Этот малец сам за нами увязался, отцепиться не могли.
— Не знаю, что на него нашло, но он твердил, что у него с Геном одинаковые взгляды на искусство. Вцепился мертвой хваткой. Зато его техника оказалась весьма кстати – он доставил нас по воздуху, так что…
При этих словах и Джирайя, и Китагава Ген посмотрели на Какаши, отчего тот широко раскрыл глаза.
— Но я мог бы…
— Хватит об этом, — остановил его Хирузен, со знанием дела взглянув на Какаши.
Он уже понял, что тот, скорее всего, снова отправится в больницу на восстановление, и так дальше продолжаться не может. Хокаге даже задумался, не пора ли вернуть Цунаде, чтобы она занялась состоянием Какаши.
— Впрочем, задание можно считать выполненным, — покачав головой, серьезно произнес он. — К тому же вы добыли немало ценных сведений.
— В этой организации состоят не только Учиха Обито, Учиха Итачи и Хошигаки Кисаме, но и какой-то таинственный охотник за головами, и даже фанатик из Секты Джашина вроде Хидана. А теперь мы еще знаем, что один из них расправился с Третьим Казекаге, а другой способен противостоять Высвобождению Пыли Ооноки… Это пугает.
— Действительно, нечто из ряда вон, — серьезно кивнул Джирайя.
— Столько опасных личностей в одной группе. К тому же Учиха Обито как-то говорил, что хочет изменить этот мир. Боюсь, они замышляют…
— Да, это слишком опасно, — нахмурился Хирузен.
Справиться с этим будет непросто. Поймать членов такой организации, пока они скрываются, – задача почти невыполнимая. Каждый из них невероятно силен. Если они разделятся и начнут нападать, пострадает любая деревня.
Особенно с такими обладателями мангекё, как Учиха Обито и Учиха Итачи. Одним гендзюцу они могут подчинить кого угодно – и трагедия Кири повторится!
— Оповестите Сунагакуре, — медленно произнес Хирузен, затягиваясь трубкой.
— Скажите, что мы нашли предполагаемого убийцу Третьего Казекаге. Кроме того, Ооноки прислал сообщение. Похоже, прощупывает почву. Думаю, стоит пойти на контакт. Что скажете?
— Ты ведь уже все решил, старик, — скривился Джирайя и тихо пробормотал:
— Ученик Ооноки здесь, у нас. Какой еще контакт? Или ты предлагаешь его прикончить?
— А почему бы и нет? — вдруг подал голос Китагава Ген.
— Этот парень – сумасшедший. К тому же на его счету немало терактов. Убьем, и дело с концом.
— Нельзя! — почти одновременно воскликнули Джирайя, Какаши и Хирузен, уставившись на него.
— Этого мальца убивать категорически запрещено! Ген, даже не думай! Он может стать связующим звеном между нами и Ооноки, понимаешь?
— Я просто пошутил… — пожал плечами Китагава Ген.
Он не был дураком и прекрасно понимал ценность Дейдары, просто подыграл Джирайе. К тому же этот Блондинчик показался ему довольно забавным…
— Ген, можешь идти, — потер переносицу Хирузен, с трудом сдерживая раздражение.
— Этот парень, Дейдара, пришел за тобой, так что присмотри за ним. И еще… Я знаю, что ты пошутил, но впредь воздержись от таких шуток. Не бери пример с Джирайи. Каждое слово и действие должны быть взвешенными.
— Ох… — с загадочным выражением лица кивнул Китагава Ген.
— Я понял. Тогда я пойду.
— Ступай.
Хирузен выдавил улыбку. Он дождался, пока за Геном закроется дверь, выдержал паузу и с силой ударил кулаком по столу.
— Джирайя! Какаши! Ваше воспитание никуда не годится!
Двое шиноби молчали.
— Я же просил вас в прошлый раз уделить внимание его образованию, развивать в нем чувство ответственности! Что вы сделали?
Джирайя ковырял в ухе, а Какаши выглядел крайне смущенным. Не мог же он сказать Третьему, что Джирайя оказывает на Гена огромное влияние.
— Я буду стараться, — только и смог выдавить Какаши, поклонившись.
— Ладно, ладно, я помогу Какаши его наставлять, насколько смогу, — беззаботно отмахнулся Джирайя.
— Кстати, старик, есть еще кое-какая информация, — вдруг посерьезнел он. — Думаю, тебе стоит о ней знать, но пока лучше держать в секрете.
Увидев его лицо, Хирузен понял, что дело серьезное.
— Говори.
— Я не хотел говорить при Гене. Это слишком жестоко, хотя однажды он все равно узнает, — с горькой усмешкой произнес Джирайя и, тяжело вздохнув, продолжил:
— Помнишь тех двоих, что упоминались в донесении Четвертого Мизукаге?
— Помню. Рыжеволосый Мужчина и Синеволосая Женщина.
— Да… Если я не ошибаюсь… это могут быть мои бывшие ученики.
Возле Здания Хокаге Дейдара, до этого сидевший на каменной скамье и чертивший что-то палочкой на земле, увидел выходящего Гена, и его глаза тут же загорелись.
— Эй, ты вышел! — крикнул он, отбрасывая ветку и подбегая к нему. — Ну как? Моя глина ведь потрясающая, да? Мигом вас доставила, столько времени сэкономили! А теперь… теперь расскажи мне о своем искусстве!
Китагава Ген посмотрел на нового блондина, и у него дернулся уголок рта. Он что, в осиное гнездо блондинов угодил? Сосед – блондин, ушел на задание – встретил еще одного. «И вдобавок к Белому Клыку Конохи и Золотой Молнии теперь появился еще и "родственная душа в искусстве"?» — недоумевал Ген. Он-то считал себя приверженцем долговечного, так с чего вдруг его записали в любители «мгновенного»?
— Искусство Техники Летящего Бога Грома заключается в том, чтобы решить все проблемы в одно мгновение, — хоть и с некоторой досадой, но все же ответил он.
— Словно взрыв: мгновение – это вечность. Или, скажем так, мое мгновение – это твоя вечность.
— Угу! — серьезно закивал Дейдара. — Хоть и есть различия, но это совпадает с моей концепцией искусства! Я обожаю взрывы! Взрыв – это искусство! Ведь именно в это мгновение и проявляется вся его суть!
— Да, да, да… — для вида согласился Ген.
Этот парень был просто одержим своим искусством. Отказаться от поста Каге, чтобы стать ниндзя-отступником... Судьба подарила ему выигрышный билет, а он закончил тем, что разнес себя на куски. Впрочем, нельзя не признать: он до самого конца остался верен своему так называемому искусству.
— Эй, эй! Давай сразимся! — внезапно загорелся Дейдара.
— Мы должны проверить искусство друг друга, как тебе идея?
— Никак, — тут же покачал головой Ген. — У меня сейчас нет на это времени.
В Конохе он на такое не пойдет. Вот если бы они были в Иве, тогда, может, и согласился бы.
— Пойдем, я тебя сперва покормлю. Хокаге-сама собирается связаться с твоим учителем, так что скоро вернешься домой.
— Эй, постой! Зачем мне возвращаться? — возмутился Дейдара.
— Этот старик меня достал! Он не признает мое искусство! Ну же, скажи хоть что-нибудь!
Китагава Ген сделал вид, что не слышит. Он обнаружил, что Дейдара – тот еще болтун. Упоминание Ооноки вернуло его мыслями к недавней миссии, особенно к тому моменту, когда с неба обрушился столб Высвобождения Пыли.
«Это было нечто запредельно жуткое», — мысленно содрогнулся Ген, в полной мере ощутивший убийственную мощь Высвобождения Пыли. Защита из магнетизма, созданная Сасори с помощью марионетки Третьего Казекаге, была пробита в одно мгновение. Он вспомнил, как в оригинальной истории Ооноки одним ударом смел «Рождение девственного леса» Учихи Мадары, а потом уничтожил двадцать пять Деревянных людей в доспехах Сусаноо. Невероятная, чудовищная сила.
«Жаль только, не удалось точнее уловить пропорции этой техники, — размышлял он. — Пришлось слишком быстро уворачиваться. Но это не значит, что я не могу поэкспериментировать!»
Он посмотрел на не умолкающего ни на секунду Дейдару. «Высвобождение Земли, Огня и Ветра… Идеальное слияние. Я уловил примерные пропорции, а значит…» — Мысли Гена переключились на глину Дейдары. Он до сих пор не был уверен, что это – тайная техника или улучшенный геном, но это тоже было сочетание земли и огня. Возможно, здесь он сможет найти вдохновение. И раз уж этот парень считает, что у них одинаковый взгляд на искусство, то…
— Хватит, замолчи, — прервал его Ген, хотя и не слушал.
— Ты когда-нибудь задумывался вот о чем?
— А? О чем?
— Тот старик, о котором ты говоришь… Разве его Высвобождение Пыли не соответствует твоим взглядам на искусство?
— Что? Да как такое возможно? Он…
— В одно мгновение – белый свет, в другое – мертвая тишина. Огромная мощь, взрыв, уничтожающий всех врагов. Разве это не наше с тобой искусство? — не дал ему договорить Ген.
Дейдара опешил. Он хотел было возразить, но, вспомнив ту технику, замолчал. А ведь и правда… Но этот упрямый старик…
— Неважно, что он думает. Важно, какую технику он использует. Вот что главное, — продолжил Ген, видя, что Дейдара задумался. — К тому же, я помню, ты проиграл Учихе Итачи. С такой техникой ты бы мог взорвать его издалека и показать ему свое искусство.
— Пожалуй…
— Вот именно. Так что учись как следует. Когда научишься, тогда и сразимся. А сейчас в этом нет смысла, я в мгновение ока приставлю меч к твоему горлу. Не собираешься же ты взрывать себя, чтобы доказать величие своего искусства?
— Наверное, ты прав… — кивнул Дейдара.
О чем он думал в этот момент – о доказательстве своего искусства или об изучении Высвобождения Пыли, – осталось загадкой.
Обновлено: 18.02.2026