Глава 59 — Глава 59

**Глава 59. Этот дар слишком ценен, я не могу его принять** Придя в себя после минутной заминки, Майто Дай решительно кивнул. Лицо его приобрело торжественное, почти монументальное выражение, а в глазах зажегся тот самый неугасимый огонь. — Прошу, верьте мне! — воскликнул он, прижав кулак к груди. — Моя Юность никогда, слышите, никогда не позволит мне стать человеком, который нарушает данное слово! Он перевел дыхание, словно собираясь с мыслями, и его взгляд обратился к Учиха Хун. В этой паре детей именно девочка казалась ему ведущей, той, кто жаждет силы. Что до мальчишки... тот был совсем крохой. Ну что может такой карапуз? Разве что носом хлюпать да мамку звать. — Раз уж вы были со мной честны и раскрыли причины, — продолжил Дай, обращаясь к Хун, — то позволь, юная леди, уточнить. Ты хочешь постичь секреты контроля Врат Начала и Врат Исцеления, чтобы снять ограничения с мозга и избавиться от физической усталости? И всё это ради того, чтобы получить энергию для подпитки твоего Шарингана? Хун не стала юлить. В её взгляде читалась твердая решимость. — Да, именно так! — она почтительно склонила голову. — Прошу вас, семпай, научите меня! — Хорошо! — Дай широко улыбнулся, сверкнув безупречно белыми зубами, и махнул рукой, призывая следовать за ним. — Идемте. Я прямо сейчас передам вам всё, что понял об этих двух Вратах. Однако должен предупредить: мой метод груб, это силовой прорыв барьеров тела. Боюсь, он может оказаться не слишком полезным для такой тонкой материи, как додзюцу. — Это не имеет значения, — покачала головой Хун, следуя за ним. — Мне важно понять сам принцип влияния этих Врат на Шаринган. Спасибо вам огромное, семпай! — Хай! — Майто Дай снова принял свою фирменную позу «отличного парня», выставив большой палец вверх. — Брось эти формальности! Мы все — шиноби Конохи. Юность не позволяет мне отказывать тем, кто стремится к совершенству через упорный труд! Он отряхнул с зеленого комбинезона пыль и дорожную грязь. Мирай и Хун тоже поднялись с земли. Глядя на этих двоих, Вечный Генин вдруг почувствовал укол ностальгии и уважения. — Честно говоря, не буду скрывать, — проговорил он задумчиво, — я ведь тоже когда-то бросал вызов членам клана Учиха. И скажу я вам... Учиха действительно сильны! Потрясающе сильны! Вчерашним вечером он, как обычно, тренировался вместе с сыном. Жизнь Майто Дая была не сахар: жена умерла при родах, оставив его с младенцем на руках. Он, здоровый мужик, не владел ни ниндзюцу, ни гендзюцу. Всё, что у него было — это тайдзюцу и несгибаемая воля. Но заказчики миссий, видя его скудное резюме, лишь морщили носы и отказывали. Приходилось браться за самую черную работу внутри деревни: прополка огородов, поиск сбежавших кошек, уборка мусора. Копейки, которых едва хватало на еду, не говоря уж о няне. А тайдзюцу — дама капризная: пропустишь день тренировок, и откатишься на два назад, словно лодка, плывущая против течения. Поэтому маленький Гай всегда был с ним. Раньше лежал в кустах, пока отец наматывал круги, теперь же, научившись ходить и лепетать «папа», начал постигать азы тренировок. И вот вчера он случайно наткнулся на пару Учиха. Сердце воина взыграло, Юность потребовала действия, и он вызвал их на бой. Итог был предсказуем: он проиграл. Очнувшись от гендзюцу, он обнаружил, что его сын тоже пускает слюни, погруженный в иллюзию. Благо, тот Учиха просто счел Дая назойливой мухой и "выключил" их меньше чем на минуту, просто чтобы уйти без лишнего шума. Хун поднялась, отряхнула одежду Мирая и аккуратно сложила её у себя на руке. — Дай-семпай, — спросила она, и в её голосе звучало искреннее недоумение. — Почему в бою вы не открываете Хачимон Тонко? Теоретически, снятие каждого ограничителя дарует колоссальный всплеск силы. С такой мощью вы легко могли бы выполнять миссии ранга B и выше! Мир шиноби жесток: здесь уважают только силу. Если бы Дай показал, на что способны Восемь Врат, заказчики выстроились бы к нему в очередь. S, A, B, C, D, E — лестница риска и наград. Даже за одну миссию ранга B платят столько, сколько Дай зарабатывает за месяц на ловле кошек. Пока они шли сюда, Мирай, используя свой Шаринган, ещё издали заметил их жилище — покосившуюся лачугу в горах. Дом был сложен из грубых бревен, явно руками дилетанта. О красоте или долговечности там и речи не шло. На ветру перед входом сиротливо полоскалось лоскутное одеяло, сшитое из сотен заплаток. Нищета. Беспросветная и гордая. Услышав вопрос, Майто Дай лишь шире улыбнулся и снова показал большой палец. — Мы все жители одной деревни! Каждый их отказ, каждая насмешка для меня — это топливо! Это поддержка, которая заставляет меня стараться ещё усерднее! — Его глаза горели фанатичным огнем. — К тому же, у низкоранговых миссий есть свои плюсы. У меня остается уйма времени, чтобы быть с моим сыном! Мирай: «...» Хун: «...» Логика, конечно, железная, но совершенно безумная. Ему нечем кормить ребенка, а он благодарит тех, кто плюет ему в спину. Мирай подумал, что на месте Дая давно бы открыл все восемь Врат, ворвался в резиденцию Хокаге и вежливо объяснил, что ядерное оружие нужно кормить и уважать. — Но если вы не покажете силу, как люди узнают, что вам можно доверять серьезные задачи? — не выдержал Мирай. Майто Дай остановился. Он присел на корточки перед мальчиком, глядя ему прямо в глаза, и улыбка его стала мягче, человечнее. — Мой Хачимон Тонко ещё сырой, малыш. Каждый раз, когда я силой распахиваю Врата, я рискую потерять контроль. Если я сорвусь, то могу навредить жителям деревни, своим товарищам. Это недопустимо. Он ласково потрепал Мирая по голове. — К тому же... я доволен своей жизнью. Правда. Дай посмотрел на окна своей хижины. Сквозь мутноватое стекло было видно маленького мальчика, спящего в причудливой позе. — Этот парень спит как убитый, даже если рядом гром гремит. Весь в отца! — Дай тихо рассмеялся. — Каждый день я делаю работу, получаю честную плату, а все свободное время посвящаю сыну и тренировкам. Это очень наполненная жизнь! Глядя на его умиротворенное лицо, брат и сестра замолчали. Иногда счастье бывает простым, как кусок хлеба после долгого голода. Хун вздохнула и достала из рукава заранее приготовленный свиток. — Дядя, — обращение само собой сменилось с официального «семпай» на более теплое. — Когда я училась в Академии, я нашла в библиотеке этот документ и переписала его. Это свиток о восьми основных точках чакры, составленный на основе заметок Второго Хокаге. Там исследования только по Вратам Начала и Исцеления. Пожалуйста, примите это как извинение за наше вторжение и благодарность за урок. Майто Дай замер. Улыбка застыла на его лице, превращаясь в маску шока. Он резко выпрямился, словно его ударило током. — Заметки... Второго Хокаге-сама?! Второй Хокаге, Тобирама Сенджу. Бог шиноби, создатель половины техник, которыми сейчас гордится Коноха. Если это действительно его записи о Вратах, то для Дая это не просто подарок. Это Святой Грааль. Дай знал, что не блещет умом. Он не мог проводить сложные расчеты потоков чакры. Всё, что у него было — это метод проб и ошибок, боль и пот, годы истязания плоти, чтобы тело само запомнило, как выдерживать нагрузку. Он и подумать не мог, что Тобирама тоже изучал эту тему. — Да, прошу, возьмите, — Хун протянула свиток. Дыхание Дая стало хриплым. Глаза, круглые, как чайные блюдца, приковались к бумаге. В груди бухало сердце. Там ответы. Там способ сделать технику безопаснее. Там знания, которые могут сэкономить годы... Глотка пересохла. Он судорожно сглотнул. *Глык.* Мирай наблюдал за ним с понимающей улыбкой. Он помнил, как сам смотрел на клинок Сюэинь — с таким же жадным, почти животным вожделением. То, что Дай не выхватил свиток сразу, уже говорило о его невероятной выдержке. *Хлесть!* Звонкая пощечина разорвала тишину леса. Мирай и Хун вздрогнули. Майто Дай ударил не их. Он со всего размаху влепил пощечину самому себе. Удар был такой силы, что на его грубой щеке мгновенно вспух багровый отпечаток ладони. — Дядя, вы чего?! — испуганно пискнула Хун. Глаза Дая прояснились. Он сделал шаг назад, выставив руки в защитном жесте. — Этот подарок... он слишком дорогой! Я не могу его принять! — выпалил он, отталкивая протянутую руку Хун. Мирай почувствовал, как у него заклинило мозг. Логика происходящего отказывалась укладываться в голове. — Но мы же сказали! — воскликнул мальчик. — Это плата за обучение! Подарок! Дай замотал головой, его лицо стало серьезным, даже суровым. — Я бы учил вас и без всяких подарков! Знания не должны быть товаром, когда речь идет о товарищах по деревне! А этот свиток... это наследие Нидайме! Это национальное достояние! После смерти Второго Хокаге все его личные записи были изъяты Анбу и засекречены. — То, что вы нашли его копию и переписали — это ваша удача, ваша карма! Я не имею права забирать это! Хун быстро оправилась от удивления. Она шагнула вперед, настойчиво протягивая свиток. — Но, дядя, послушайте! Этот свиток поможет вашему Хачимон Тонко стать совершенным! Мы с братом уже выбрали свой путь: я пойду по дороге ниндзюцу и гендзюцу, а Мирай станет мастером меча. У нас этот свиток будет просто пылиться на полке! Вы — единственный в мире человек, кто сможет раскрыть его истинную ценность! — Да! — подхватил Мирай. — Может быть, судьба специально подкинула этот свиток моей сестре, чтобы она передала его вам? Берите же! — Это... Майто Дай снова заколебался. Взгляд его метался от детей к заветному бумажному цилиндру. Исследования великого Тобирамы... Если он поймет, как правильно открывать Врата, он сможет избежать перегрузок. Он сможет защитить сына. Он сможет сделать технику безопасной для передачи следующему поколению. Это куда лучше, чем брести вслепую во тьме, на ощупь перебирая смертельные риски.