Глава 124 — Глава 124

**Глава 124. Просто вырвиглазное зрелище** На этот раз троица Саннинов решила не обращать внимания на стенания своих подчиненных. Надо признать, в прошлый раз они допустили промашку, не учтя, насколько плачевна физическая подготовка рядовых шиноби. Поэтому сейчас, махнув рукой на условности, они позволили отряду рухнуть там, где стояли, и перевести дух. Пожалуй, это было их последнее проявление милосердия. В конце концов, ответственность лежала и на их плечах: будучи командирами, они обязаны были знать пределы выносливости своих людей. Что ж, опыт — сын ошибок трудных, и этот урок они усвоили сполна. Сделав пару глотков из фляги, Орочимару запустил руку за пазуху и извлек на свет небольшую пятнистую змею. Уголки его губ дрогнули в едва заметной, но довольной ухмылке. Цунаде и Джирайя давно привыкли к тому, что их бледнолицый товарищ использует собственное тело как террариум, храня рептилий ближе к сердцу, чем иных друзей. — Случилось что-то забавное? — с любопытством спросил Джирайя, заметив это странное выражение на лице друга. Орочимару не удостоил его словесным ответом. Он лишь тихо хмыкнул и протянул руку, предлагая товарищам коснуться его. В следующее мгновение, стоило их пальцам соприкоснуться, Цунаде и Джирайя через чакру Орочимару увидели то, что передала змея-разведчик. Однако, в отличие от змеиного саннина, их лица вытянулись, выражая крайнюю степень недоумения. — Твой ученик… он просто… — Цунаде запнулась, не в силах подобрать в своем богатом лексиконе слово, способное описать увиденное. Этот мальчишка всерьез вознамерился использовать свой резерв чакры — объемом с наперсток! — чтобы поглотить и упаковать с собой целую лабораторию. Целиком! Какой уникальный экземпляр! Подобная идея могла родиться только в голове, пережившей десятилетие кислородного голодания, не иначе. Джирайя, не сдержавшись, хлопнул Орочимару по плечу и рассмеялся: — Орочимару, дружище, твой подопечный напомнил мне старую поговорку: «Человеческая алчность — что змея, пытающаяся проглотить слона»! Этот малец явно не знает границ, не слишком ли он самонадеян для своих лет? Его слова заставили Орочимару стереть ухмылку. Лицо его стало серьезным, взгляд потяжелел. — Я тоже заметил, что с психикой у парня не все гладко, — протянул он своим характерным шипящим голосом. — Иногда он рассуждает так зрело, словно прожил жизнь, равную нашей, а порой ведет себя как капризное дитя. Но это мелочи. Куда важнее то, что я чувствую опасный крен в его сознании. Он страдает от избыточной самоуверенности. Сказав это, Орочимару впился пронзительным взглядом в Джирайю. Тот даже поежился, ощутив холодок, пробежавший по спине. — Ты чего уставился? Думаешь, это я слишком самоуверен?! Орочимару медленно покачал головой и перевел взгляд на Цунаде. — Нет-нет-нет, я не про тебя лично. Я говорю о нас троих. У каждого из нас есть свои демоны и проблемы с восприятием реальности! Цунаде: «!!!» Джирайя: «???» --- **Академия Ниндзя.** Намиказе Минато с растерянным видом смотрел на пустующую парту рядом с собой. Его друг, этот вечный нарушитель спокойствия, сегодня просто не явился на занятия! — Мирай… — едва слышно прошептал он, и в голосе его сквозила неподдельная тревога. Учиха Мирай был известен на всю Академию как заноза в известном месте. Он мог избить любого, кто косо на него посмотрит, причем присутствие учителя его нисколько не смущало — он продолжал махать кулаками с невозмутимостью удава. Лекции он презирал всей душой: либо спал, пуская слюни на учебник, либо уходил в астрал с открытыми глазами. Но при всем этом ворохе недостатков у него была одна, но железная добродетель: он посещал занятия с пунктуальностью, которой позавидовали бы часы на башне Хокаге. Его самодисциплина в вопросе посещаемости была абсолютной. И вот сегодня его нет. «Мирай, куда же ты пропал?» Лицо Минато омрачилось настолько, что даже присутствие любимой Кушины рядом перестало приносить радость. Красноволосая девочка заметила его состояние. Она понимала, что это лишь дружеское беспокойство, но ее бурная фантазия, начитавшаяся странных романов, предательски подсовывала образы, далекие от платонической дружбы. «Ох, неужели и я начинаю превращаться в извращенку?» — с ужасом подумала она. Учитель, разумеется, тоже сразу заметил зияющую пустоту на месте главного хулигана класса. Он нахмурился, потирая переносицу. «Куда этот паршивец делся?» — Минато, где твой сосед по парте? — строго спросил сенсей. Минато, услышав свое имя, подскочил как ужаленный и виновато покачал головой: — Учитель, я не знаю. Сегодня утром мы не тренировались вместе! — Даже ты не знаешь?! — искренне изумился преподаватель. Изумился не только он. Весь класс уставился на будущего Желтую Молнию так, словно увидел летящую корову. Всем было известно: Учиха Мирай и Намиказе Минато — это сиамские близнецы Конохи. Они были неразлучны. Казалось, они даже в туалет ходили, держась за руки. Эгами Джиро клялся всем богам, что однажды видел, как Минато помогал Мираю справлять нужду. Ну, в смысле, держал… кхм… чтобы штаны не намокли. Если бы не тот факт, что оба они были парнями, по школе уже давно гуляли бы легенды о величайшей любви века. И теперь Минато говорит, что не знает… М-да… Ситуация выходила за рамки понимания. Учитель обвел класс взглядом и понял, что никто не в курсе. «Неужели этот бунтарь наконец-то решил скатиться на самое дно?» — подумал педагог. — «Сегодня он прогуливает урок, завтра сбежит из деревни! Нет, я обязан вернуть его на путь истинный! И начну я с визита к нему домой!» Приняв это волевое решение, учитель расплылся в довольной улыбке и раскрыл журнал. — Итак, класс, открываем учебники математики на странице 79! Раз Учиха Мирай отсутствует, зачем ждать? Самое время провести урок, о котором он так долго мечтал. Урок без вечных комментариев, храпа и драк на задней парте. ヾ(✿ﾟ▽ﾟ)ノ Какой чудесный будет день! --- **На небольшом холме.** Хьюга Рейка продолжала лежать на траве, подперев щеку рукой, и с нескрываемым любопытством смотрела на своего спутника. — Теперь-то ты можешь сказать мне, что задумал? Мирай, скопировав ее позу, с наслаждением растянулся на земле. В конце концов, зачем стоять, если можно лежать? Лень — двигатель прогресса и комфорта. Благодаря установленному барьеру он мог не опасаться лишних ушей. Его губы растянулись в зловещей, почти карикатурной ухмылке: — Как ты думаешь, какой тип людей вызывает наибольшее отвращение? — Эм… Те, кто мешает мне жульничать? Или те, кого я не могу победить, даже сжульничав? — она похлопала большими глазами, выдавая первое, что пришло в голову. Это была шутка, конечно. Откуда ей знать, кого ненавидит остальной мир? Люди странные существа. Мирай: (￣ー￣) «Вот же лицемерка!» — подумал он. — «Впрочем, котелок у нее варит, раз она понимает концепцию "читов"». — Забудь, я зря надеялся, что ты поймешь ход моих мыслей, — махнул он рукой. Все-таки Минато — лучший. Они с ним на одной волне: стоит Мираю только почесать нос, как Минато уже протягивает платок. Прошло всего три часа и семь минут разлуки, а он уже скучает. — Говори прямо, ненавижу этих загадочных умников! — огрызнулась Хьюга Рейка, не оценив его театральной паузы. Ее тон едва не заставил Мирая вспылить, но он сдержался. Лишь метнул на нее косой взгляд, мысленно посылая проклятие: «Чтоб тебе век в девках ходить, а если и выйдешь замуж, чтоб муж твой в первую же ночь дуба дал, оставив тебя безутешной вдовой!» Хьюга Рейка внезапно вздрогнула, словно от ледяного ветра, и подозрительно уставилась на Мирая, нахмурив брови. (｡ŏ_ŏ) — О чем ты сейчас подумал? — Что? Ни о чем я не думал! Ты больная, что ли? Вечно тебе что-то мерещится! — возмутился Мирай, поспешно отворачиваясь. В его глазах промелькнул испуг. «Твою ж дивизию, откуда у нее такая интуиция?! Ведьма!» — Ладно, проехали. Мне нужно, чтобы ты нашла возможность для меня пересечься с ним. Совсем ненадолго, минуты хватит за глаза! — Мирай резко сменил тему, желая увести разговор из опасного русла. Увидев его серьезный настрой, Хьюга Рейка тоже перестала паясничать. Она задумалась на мгновение, но затем отрицательно покачала головой: — Без шансов. Люди из Главной Ветви до дрожи боятся смерти. Их трусость легендарна, они пекутся о своей шкуре больше, чем о чем-либо в мире. Мирай посмотрел на нее с недоверием. — Да ладно тебе. Не хочешь ли ты сказать, что за ними даже в туалет ходят люди из Побочной Ветви? — Именно! — И Главную Ветвь это не смущает? — А чего им смущаться? Это правило они сами и придумали. К тому же, их судьба определена с рождения. Главная Ветвь рождена для наслаждений и раздачи приказов, а умирать и рисковать должны мы, «второй сорт». Из-за этого многие из них превратились в беспомощных ленивцев. Я знала одного парня из «главных», ему восемнадцать стукнуло, а он сам себе задницу вытереть не мог! Каждый раз после туалета звал слугу. Так что справлять нужду под присмотром для них так же естественно, как дышать. Мирай надолго замолчал, глядя на Рейку расширенными от шока глазами. Наконец, он выдавил: — Ну и семейка у вас… просто цирк уродов! Бояться смерти до такой степени… Если бы Наруто в будущем не влился в их генетический фонд, клан Хьюга, вероятно, вымер бы сам по себе, исчезнув со страниц истории вслед за Учиха и Сенджу. — Так ты скажешь мне, наконец, что задумал? — настойчиво повторила вопрос Рейка. На этот раз Мирай не стал увиливать. — Ты ненавидишь женоподобных парней? Ну, таких, манерных? — Что за глупый вопрос? Конечно, ненавижу! — закатила свои настоящие, без кавычек, глаза Хьюга Рейка. Кто ж их любит? Этих, которые ни то ни се, говорят с придыханием, жеманятся, руками машут как ветряные мельницы. Парни смотрят на них с презрением, девушки — с недоумением. А они вьются вокруг, как назойливые мухи. Просто вырвиглазное зрелище. Внезапно ее осенило. Она резко повернулась к Мираю. — Ты хочешь… — Именно, — кивнул он. — Именно то, о чем ты подумала. Мирай продолжил, и голос его стал вкрадчивым, искушающим: — Ребенок — это будущее семьи. Умный, сильный наследник — гордость родителей, источник бесконечной славы и похвалы. Будучи отпрыском Главной Ветви, он, безусловно, избалован донельзя, вознесен на пьедестал. — Но есть и обратная сторона медали. Если ребенок — хулиган, бездарь, воришка, он вызывает лишь раздражение. — Губы Мирая растянулись в хищной улыбке, он медленно облизнулся. — А теперь представь: их драгоценный мальчик, надежда клана, вдруг начинает вести себя как капризная девица, жеманится, красится… Добавь к этому его отвратительный характер, взращенный вседозволенностью. Скажи мне, будут ли родители гордиться таким сыном? Хьюга Рейка уже не обращала внимания на странные движения его языка. Ее глаза загорелись фанатичным огнем. — Нет… О нет, не будут! — ее голос задрожал от предвкушения. — Он станет их позором. Пятном на репутации, которое не смыть. В лицо им, может, и не скажут, но за спиной… О, как будут шептаться за спиной! А убить его они не смогут — своя кровь, как-никак. Им придется терпеть, глотать эту горечь день за днем, год за годом! — Этот план… он ядовит. Это невероятно жестоко! Ты хочешь заставить их ходить с опущенной головой до конца дней! — Поправка, — быстро перебил ее Мирай, подняв палец. — Не я, а ты. Это сделаешь ты. Я тут вообще ни при чем, я просто мимо проходил. Услышав, как он спешно открещивается от авторства, Рейка заскрипела зубами от злости. — Ты что, хочешь соскочить? Нарушить договор? Мирай подпер подбородок рукой, всем своим видом излучая безмятежность: — Хочешь — делай, не хочешь — не делай. Мне-то что? — Ты!.. ＜(￣﹌￣)＞ — Ладно! Я сделаю это!