----
Скрип двери нарушил тишину квартиры. Желтоватый свет из коридора резким лучом ворвался в прихожую, отбрасывая на шкаф удлинённую тень Наруто — искажённую и пугающую, как очертания демона.
Призрачный свет коридора врезался в прихожую, вытягивая тень Наруто на шкафу — чудовищный силуэт с когтистыми очертаниями.
Он молча сменил тапочки.
На балконе легкий ветерок обдувал лицо, пока за спиной остывала миска рамена. Продавец прогнал его сегодня с пустыми руками: «Уже закрываюсь!» — брезгливо буркнул старик. Наверное, приди Наруто пораньше или будь там толпа покупателей, тот не скривился бы так, словно увидел похоронный венок.
Он не был уверен, следят ли за ним АНБУ. Вчерашние слова могли долететь до Третьего. Ведь Джинчурики — это мощнейшее оружие деревни. Если его отношение к деревне изменится, последствия могут быть страшными.
Но Наруто плевать. Он не жаждет мести, в нём даже нет привычной горечи. Он хотел бы просто расслабиться и вести спокойную жизнь.
А что плохого в спокойной жизни? У него есть система, он является реинкарнацией Асуры. Если сила системы превосходит силу Девятихвостого и, возможно, даже любую силу в этом мире, почему бы не выбрать легкий путь?
Раньше он рвался к признанию: он стремился стать Хокаге, защищая тех, кто когда-либо высмеивал или обижал его, только чтобы заслужить их одобрение... Смешно. Человек существует не для того, чтобы выпрашивать ценность у других, а чтобы создавать её самому.
Когда он шёл по улице, на него смотрели с неприязнью, он чувствовал себя неуверенно, тоскуя и переживая. Это типичный синдром угодливой личности — желать признания и принятия от окружающих. Но этот Наруто умер.
Он хорошо понимал, что бесконечное стремление к тому, чтобы быть хорошим парнем, только вызывает презрение. Ему не нужно чье-то одобрение; ему нужно научиться мириться с собой.
Он ни в чем не виноват. Его родители — герои, спасшие деревню. Его рождение не было ошибкой, оно было необходимо, чтобы деревня была спасена.
Виноваты они — те, кто хотел извлечь выгоду из Девятихвостого, но не желал за это платить. Все это называлось защитой, на деле же было лишь манипуляцией.
Мечта о Хокаге — не его. Это фантом Третьего Хокаге, игра старейшин. Они хотят слепить из него нового Намиказе Минато — послушный меч в ножнах Конохи.
Летняя луна мягко светила, окутывая Коноху. Ночной ветерок, проносясь по балкону, раздувал волосы Наруто, и его глаза постепенно прояснялись.
Он не хотел становиться Хокаге, не хотел, чтобы его признавали. Он просто хотел счастливо жить, становиться сильнее, жить так, как хочет, наслаждаясь короткой жизнью.
Рамен остыл, но Наруто доел все до последнего. Перед сном он долго смотрел в потолок, где трепетала тень от уличного фонаря.
***
На следующее утро.
На улице Наруто столкнулся с мальчишкой в серой шапке и синим плащом свисающий с шеи — Конохамару, внуком Третьего. Тот, скрываясь под плащом невидимости нагло крикнул:
— Чего уставился? Не видишь, я тренируюсь? Мой дед — Хокаге! Проваливай!
Он смотрел на Наруто, который остолбенел от его слов, и почувствовал легкое разочарование — он думал, что этот парень отличается от остальных.
Разве не все должны повиноваться ему после того, как узнают, что он внук Хокаге?
Тем не менее, Наруто усмехнулся и полез в карман, медленно доставая 100 рё.
— Держи.
— Мне не нужны твои... — начал было Конохамару, но следующий удар в солнечное сплетение прервал фразу.
— Это тебе на лечение.
— Внучек Хокаге, говоришь? — Наруто методично лупил скрючившегося мальчишку. — У меня тоже родня знатная была!!
***
В классе Академии Наруто зевал, развалившись на задней парте. Взгляды скользили по нему, как по пятну плесени, но сегодня никто не подходил.
— Завтра выпускной экзамен, — Ирука закрыл учебник. — Утром повторение техники превращения, днём — практические занятия.
Класс взорвался шепотом:
— Мне бы вытянуть превращение.
— Шанс один к трём. Удачи, если попадётся клонирование...
— Лучшим, конечно же опять будет Саске. Он во всём идеален.
— А худшим... — кто-то начал, смотря на Наруто. — Два года тупит, третий не поможет.
— Это точно, от него одни провалы. Он уже два года фигней страдает, в этом году, скорее всего, он не сможет выпуститься.
— Даже если сдаст экзамен — из него выйдет дерьмовый ниндзя.
— Жалкое зрелище...
Ирука услышал несколько сплетен. Но он не мог ничего сделать, лишь постучал по столу, призывая всех успокоиться.
— Построиться в аудитории, будете заходить по одному!
В ожидании в скучном строю Наруто снова зевнул, и Шикамару заметил это: — Опять ночью где-то шастал?
— Просроченный рамен подействовал...
— Научился бы сам готовить, в таком возрасте приготовить обычную еду не должно быть проблемой.
— Попробуй сам купить продукты, когда на тебя смотрят, как на прокажённого, по крайней мере хотя бы в Ичираку меня не прогоняют.
Шикамару замер. Он никогда не задумывался, что поход в магазин для кого-то может быть испытанием.
— Прости...
— Чего извиняешься? — Наруто махнул рукой, глядя на розовую макушку у доски. — Сакура-тян... живее, чем в манге. Не зря этот парень сходил по ней с ума.
*Чоп-чоп-чоп* — Чоджи методично уничтожал пачку чипсов за спиной. Тем временем Ино, обернувшись к Саске, поймала взгляд Наруто.
— Ого, — её губы изогнулись в хищной улыбке. — Наруто, ты чего засматриваешься?
— Саске не по девочкам, хыы.
— ЧТО?! — вопль Ино оглушил коридор. — Что ты только что сказал?!
— Держи её — Чоджи вцепился в подругу, не успев доесть последний чипс. — Успокойся Ино.
— Отпусти меня, я хочу прибить этого урода. — Ино была в ярости, пытаясь напасть на Наруто.
Шикамару попытался встать между ними, как вдруг в классе раздался голос Ируки:
— Следующий, - Учиха Саске.
Обновлено: 01.02.2026