Том 1 Глава 28 — Глава 18. Хирузен слишком жесток: он платит Учихам!
Глава 18. Хирузен слишком жесток: он платит Учихам!
Департамент Полиции Конохи.
Хатаке Сакумо, неспешно потягивая чай, осматривал интерьер полицейского участка.
«Неплохо…»
Эта структура, созданная Вторым Хокаге специально для клана Учиха, отвечала за порядок и безопасность внутри деревни, имея право арестовывать преступников-шиноби. Рядом с департаментом располагалась Тюрьма Конохи. Обычный генин или чунин, если не натворит дел, может за всю жизнь ни разу сюда не заглянуть…
Учиха Фугаку сидел напротив Сакумо. В руках он держал документ, внимательно вчитываясь в каждое слово. Это был план создания Патрульного Отряда Конохи, составленный Сакумо по указанию Хирузена.
— Ну как, интересно? — спросил Сакумо, отхлебывая чай и одновременно тянясь к тарелке с закусками на столе Фугаку. — Это съедобно? Какаши утром пожарил сайру, но порция была маленькой, я не наелся.
Фугаку мысленно закатил глаза.
«Это Департамент Полиции, а не столовая! Ты сюда есть пришел? И вообще, что ты за отец такой, если заставляешь сына готовить?»
— Угощайтесь, чувствуйте себя как дома, — вслух Фугаку, конечно, проявил гостеприимство. — Попробуйте, это моя жена готовила.
Это был жест доброй воли. Фугаку действительно не знал, чего ждать от Белого Клыка. На днях, выпивая с друзьями, он жаловался, что Сакумо с виду серьезный, а на деле — тот еще шутник с извращенным чувством юмора. Яширо тогда поддакнул:
«Белый Клык хитер. Всем говорит, что мастер меча, а сам использует "Тысячелетие Боли" с Райтоном!»
Узнав, что это за техника, Фугаку протрезвел наполовину. Какой нормальный человек будет такое разрабатывать? Да еще и с Райтоном?
— Данго отличные, у тебя чудесная жена, Фугаку, — Сакумо расправился с угощением идеально чисто.
— Рад, что вам понравилось, — улыбнулся Фугаку. Он как-то шутил с Микото, что их будущий сын тоже будет любить эти данго.
— Этот план… инициатива Третьего? — Фугаку кашлянул, переходя к делу.
— Конечно. Кто еще, кроме Третьего, может менять систему безопасности деревни? — удивился Сакумо. — Разве в начале документа это не написано? Ты невнимательно читал?
Фугаку почувствовал тяжесть в груди. Конечно, он знал, что это идея Хирузена, и видел вступление… Это же просто вежливая фраза для перехода к делу! Оказывается, Белый Клык — ужасный зануда! И эти намеки про «только Хокаге может менять»…
Фугаку казалось, что Сакумо на что-то намекает, но не мог этого доказать.
— В целом, это хорошо и для Полиции, и для Учиха… — Фугаку тщательно подбирал слова.
Он не видел в плане подвоха. Суть проста: предложить ветеранам клана, получившим ранения, или тем, кто сидит в Полиции без дела, подработку в новой структуре. При этом:
Полномочия Полиции не урезаются.
Финансирование не сокращается.
Разве так бывает? В документе лишь сказано о нехватке сил безопасности, упомянут инцидент с Кушиной, но ни слова обвинения в адрес Полиции. Это вообще стиль верхушки Конохи? С каких пор с неба падают пироги?
Он обсуждал это с главой клана, Иссином. Старик считал, что публичные заявления Хирузена о проблемах с безопасностью — это прелюдия к атаке на Учиха. Нужно быть начеку и готовиться перекладывать вину на другие ведомства.
— Отлично, значит, согласен? — улыбнулся Сакумо. — Замглавы Фугаку, обсуди это с соклановцами. Вступление добровольное. Учиха — важная часть деревни, у вас богатый опыт. Лично я надеюсь, что вы присоединитесь. Третий-сама особо подчеркнул вашу значимость. Финансирование Патрульного Отряда — личное пожертвование Третьего. Он надеется, что это поддержит и клан Учиха.
Фугаку выпрямился:
— Благодарим Третьего-сама за заботу!
— Жду ответа в ближайшее время. Я зарезервирую по одному месту для Учиха в каждом отряде, — Сакумо встал и протянул руку. — Рассчитываю на помощь Полиции.
Они пожали руки.
Как только Сакумо ушел, Фугаку помчался к Учиха Иссину. Этот старик был опорой Фугаку и всего клана, живой историей Учиха.
Выслушав рассказ Фугаку, Иссин надолго замолчал. Достал трубку. Клубы дыма поплыли по комнате.
— Иссин-сама, не молчите! — взмолился Фугаку.
— Я не ожидал, что Хирузен окажется таким коварным… Почти как тот ублюдок Тобирама… — прохрипел Иссин. — Дать нашим людям работу и деньги… Кто бы мог подумать!
На лице Фугаку отразилось недоумение.
Видя это, Иссин помрачнел еще больше:
— Я же говорил: не забывай историю клана! Когда создавали Полицию, все тоже радовались. А что теперь? Ты видишь лишь подачки Хирузена, но не видишь яда внутри… — Иссин затянулся поглубже, разгоняя мысли. — Этот так называемый Патрульный Отряд… Да, сейчас он не трогает Полицию. А в будущем? Наши люди получат новую работу, деньги, будут контактировать с лояльными Хокаге силами. Со временем они забудут, что Учиха должны претендовать на пост Хокаге!
Фугаку нахмурился. Звучало как паранойя, но логика в этом была.
— В Патруль пойдут те, кто слаб и не имеет веса в клане. Их легко купить. Но у них есть родственники, друзья. Один такой человек может повлиять на десятерых. И ведь деньги дает лично Хирузен! — тяжело вздохнул Иссин.
— Тогда откажемся! Скажем, что Полиция перегружена… — предложил Фугаку.
— Отказаться? — горько усмехнулся Иссин. — Как? Соклановцы нас не поймут. Нам протянули оливковую ветвь, а мы ее сожжем? Если откажемся сейчас, то в будущем, когда в деревне будут перераспределять власть, нас даже слушать не станут! Как можно претендовать на роль в управлении, если отказываешься участвовать в проектах на благо деревни, да еще и с выгодой для себя?
Фугаку растерялся: — И что делать?
— А я откуда знаю?! — В этот момент Иссин, казалось, постарел на десяток лет. Морщины на его лице стали глубже.
— Я никчемный глава, Фугаку. Когда я думаю о предках… У Великого Главы была сила, у Изуны — мудрость. Даже у моего брата Сетсуны была отвага. А у меня? Ничего. Я могу лишь следовать завету Изуны-сама — «Не верь Тобираме Сенджу!»
Голос Иссина звучал безнадежно:
— Часто я мечтаю… Если бы Мадара-сама или Изуна-сама могли переродиться в клане и указать нам путь… Хоть бы во сне явились и дали совет!
Иногда мужчины ломаются мгновенно. Фугаку остро прочувствовал этот момент.
— Иссин-сама, прошу, держитесь! Вы нам нужны! — осторожно утешал его Фугаку. — Так что же нам ответить?
— Соглашайся. Делай, как сказал Хирузен. — Иссин устало махнул рукой. — Впредь будем чаще проводить собрания клана. Нужно вдалбливать людям, что мы — основатели Конохи! Нельзя продаваться за мелочь… Придется аккуратно напоминать о грехах Тобирамы. Я подумаю над формулировками. Разжигать открытую вражду сейчас нам невыгодно. Это все, что мы можем. Будем ждать своего часа… — Иссин покачал головой. — Фугаку, когда у тебя родится ребенок, воспитай его достойно. Вдруг он станет гением, равным Изуне-сама.
— Ваши слова да богу в уши… — почтительно ответил Фугаку.
Глядя на сломленного Иссина, Фугаку вдруг почувствовал страх перед постом главы клана… Тяжелая это ноша.
А в это время.
Тот самый «коварный и жестокий» Хокаге Сарутоби Хирузен, заложивший руки за спину, направлялся с инспекцией на стройплощадку Первой Фармацевтической Фабрики Конохи!