- Саске, - Гарри посмотрел на меня с таким видом, что я сразу понял – он хочет что-то попросить, и думает, будто мне это не понравится.
Хотя я вроде бы никогда ему ничего не запрещал, ну кроме того, чтобы рассказывать окружающим, кто я такой.
Гарри даже научился технике «глазки-как-у-кота-из-Шрека», точнее он ее слегка доработал, и теперь она могла называться «взгляд олененка». Смотришь в эти печальные зеленые глазищи и чувствуешь себя так, словно вот-вот Бемби обидишь.
- Можно я на завтрашнюю тренировку друзей приведу?
- Похвастаться хочешь? – хмыкнул я.
- Нет, - Гарри слегка покраснел, похоже, похвастаться ему все-таки хотелось. Но должен сказать, у него на это есть полное право. – Просто у меня спрашивали, зачем я каждый день в такую рань встаю, я рассказал, что ты меня тренируешь, и всем стало интересно.
- Ладно, - я усмехнулся и взъерошил ему волосы, на что тот только закатил глаза. Привык уже, даже не смущается. – Но только Рона и Гермиону.
- Гермиону? – с сомнением спросил Гарри.
С девочкой он пока толком и не подружился, уж слишком Грейнджер отпугивала детей своей заумностью, хотя на самом деле просто не знала, как общаться со сверстниками.
- Поверь мне, такие надежные друзья, как она, только раз в жизни встречаются.
- Ну ладно, - с неким сомнением ответил Гарри.
- И передай им, что если захотят, то я и их могу потренировать.
На следующий день в шесть утра все трое стояли передо мной. Рон зябко ежился и зевал, а Гермионе ранние побудки были явно не в новинку. Гарри же за последний год совсем привык и сейчас выглядел бодрым и свежим.
«Приглашенные» гости уселись на поваленное дерево, а мы с Гарри приступили к разминке. Рон чуть не заснул прямо там, где сидел, а Гермиона даже что-то записывала. Для тренировок я специально выбрал такое место, чтобы не отходить далеко от замка, но при этом не быть особо на виду. И то для подстраховки иногда прикрывал нас с Гарри иллюзиями, дабы у возможных соглядатаев не возникало лишних вопросов.
Наконец, разминка закончилась, и Гарри перешел к основной части тренировок. Сегодня мы слегка изменили план занятий, чтобы получилось более зрелищно.
Для начала Гарри почти два метра пробежал по каменной стене, оттолкнулся от нее, сделал в воздухе сальто и эффектно приземлился на ноги. У Рона и Гермионы челюсти отпали совершенно одинаково.
- Офигеть! Это было супер, как круто! Что это за колдовство такое?! – Уизли отмер первым и теперь от возбуждения едва ли не подпрыгивал, тыкая пальцем то в Гарри, то в стену.
- Это не колдовство, это просто результат тренировок, - ответил я.
И в самом деле, источника чакры у Гарри не было, а магию для беганья по вертикальным стенам приспособить так и не удалось. В том смысле, что приклеиваться подошвами с ее помощью не получалось, но иногда она как бы слегка «подталкивала» позволяя подняться выше, чем было возможно по всем законам физики.
- А вот это уже магия, - я взбежал на пять метров, решив не показывать свои истинные способности, и тоже сделав сальто, приземлился на ноги.
- Это физически невозможно! – воскликнула Гермиона и даже потрогала стену рукой, чтобы убедиться, настоящая ли она.
- Мы ведь маги, - улыбнулся я, - законы физики нам не писаны.
Девочка недоверчиво покачала головой, но спорить не стала.
- Теперь давай с кунаями, - обратился я к Гарри, и тот понятливо кивнул.
Он повторил предыдущий трюк, но теперь во время сальто еще и метнул шесть кунаев, каждый из которых вонзился точно в центр мишени. Я уже говорил, что я гениальный преподаватель? Впрочем, надо признать, этот фокус так чисто получился у Гарри в первый раз, должно быть, присутствие зрителей его подхлестнуло.
Гермиона приглушенно охнула, прижав ладони ко рту, а Рон разразился еще более восторженными восклицаниями. Гарри польщено заулыбался, и даже раскланялся. И где только нахвататься успел?
- Это же опасно! – с возмущением закричала Гермиона, справившись с первоначальным испугом. – Вы же оба могли пораниться этими ножами! Вы с ума сошли!
- Это специальный тренировочный кунай, он такой тупой, что надо здорово постараться, чтобы им всерьез пораниться, - я продемонстрировал девочке метательное оружие.
- И все равно! Это опасно! Куда только директор смотрит! Это совершенно недопустимо!
- Гермиона, ты прочла учебник истории до конца?
Девочка сбилась с мысли от неожиданного вопроса, но быстро взяла себя в руки.
- Конечно, прочла! Но какое это имеет отношение…
- Тогда ты должна знать, что всевозможные военные конфликты вспыхивают в магическом мире с периодичностью раз в тридцать-тридцать пять лет, будь то восстание гоблинов или пришествие очередного Темного Лорда. А средняя продолжительность жизни мага около ста лет, и следовательно, на жизнь одного волшебника приходится две-три войны. И здесь возникает закономерный вопрос…
Я специально сделал паузу, и девочка, забыв о прежнем возмущении, нетерпеливо спросила:
- Какой?
- Почему нас не учат самообороне? В Хогвартсе нет даже Дуэльного кружка! И на ЗОТИ нас будут учить только тому, как справиться с каким-нибудь боггартом или гриндилоу. О том, как справиться с темным магом упомянут лишь на последнем курсе, да и то мельком!
- Но мы же дети, понимаешь? Мы в школе, нам не надо сражаться!
- Ты говоришь так, словно кроме школы жизни нет. А родители и Гарри, и Рона сразу после окончания Хогвартса начали сражаться против Волдеморта. Думаешь, специально для них проводили курс молодого бойца, а Пожиратели стояли в сторонке и ждали, пока детки чему-нибудь научатся?
- Но!... – девочка хотела еще поспорить, однако ее перебил вдруг посерьезневший Рон.
- Он прав. Ты из маггловского мира, поэтому просто не понимаешь. Волшебники до сих пор боятся произносить имя Того-кого-нельзя-называть, хотя уже десять лет прошло. Я тогда совсем маленький был, и толком ничего не помню, но мама до сих пор плачет, если натолкнется на фотографию своих братьев-близнецов, которые погибли во время войны. Тогда очень многих убили или запытали до смерти, и ты себе даже представить не можешь, какой это был ужас. Поэтому, если есть шанс чему-то научиться, то я только за.
- И все равно… - Гермиона не желала так просто сдаваться, и снова обратилась ко мне. – Ты же сам говорил, что мы маги. Зачем тогда нам учиться кидать ножи? В таком случае нам надо заклинания учить, а не боевые искусства!
- А боевых заклинаний я пока почти не знаю, - пожал плечами я и улыбнулся. – Зато уже сейчас могу научить от них уворачиваться. Готов, Гарри?
Обратился я уже к своему подопечному, и тот уверенно кивнул в ответ. Я метнул в него кунай, который до этого держал в руке, и мальчик с легкостью увернулся. Гермиона снова испуганно охнула, и даже Рон слегка побледнел. Все новые и новые кунаи словно бы из воздуха возникали в моих руках, и все больше их летело в Гарри. Тот уворачивался, а если не успевал, то отбивал зажатым в руке оружием. Все-таки на публику Гарри действительно работает лучше, заключил я, вскидывая вверх пустую ладонь в знак того, что упражнение закончилось.
- Пятьдесят из пятидесяти, новый рекорд, - похвалил я, и мальчик обрадовано заулыбался.
Рон, кажется, подрастерял свой энтузиазм, все-таки это даже со стороны смотрится страшновато – когда в кого-то кидают ножами.
- Не бойтесь, Гарри уже давно тренируется, поэтому мы перешли на кунаи, а начинали-то с теннисных мячиков.
Уизли поежился, но все же повеселел и начал задавать вопросы:
- А почему ты только нас двоих позвал, да еще и тренировать предложил?
- Потому что я вижу в вас потенциал.
Рон озадачился ответом, а Гермиона удивленно переспросила:
- Даже во мне? Но я ведь и в маггловской школе физкультуру терпеть не могла.
- Особенно в тебе, - ответил я. – Сила воли и решительность у тебя есть, а это главное.
Гермиона моих убеждений явно не разделяла, поэтому я решил подбодрить ее историей из жизни.
- Я серьезно. Вот, например, когда мой брат учился в академии шиноби, это что-то вроде магической школы, только с военным уклоном, у него была одна одноклассница. Она едва получила проходные оценки по физподготовке, зато все теоретические предметы сдала на высший балл. Но потом она начала упорно тренироваться и уже в тринадцать запросто могла пробить кирпичную стену кулаком. А в шестнадцать валуны в три метра диаметром одним ударом дробила.
- Да врешь ведь! – возмутился Рон. – Быть такого не может!
- Так я же не говорю, что она просто силой рук камни ломала. Она научилась выпускать магию в момент удара безо всякой палочки, поэтому скалы и рушились.
- И все равно как-то не верится.
Пришлось продемонстрировать ему, как Гарри ломает деревянные доски, а я – тонкую каменную плиту. Вообще-то, я мог сломать что угодно, но не стоит слишком выделяться. Плита детей явно впечатлила, и больше вопросов они не задавали.
Пока Гарри отрабатывал удары по макиваре, я объяснил детям, как будут проходить наши тренировки. Рон возмутился тем, что ему пока не предстоит ничего интереснее, чем пробежка, да еще и вставать надо будет в такую рань. Утешил мальчика тем, что даже обычная пробежка и небольшой комплекс упражнений сделают его таким выносливым, что на следующий год он запросто сможет вступить в квиддичную команду. А притихшей Гермионе посулил красивую спортивную фигуру, которая еще ни одной девушке не помешала.
Обновлено: 15.02.2026