Минато и Кушина покинули базу Акацуки и направились в центральную безлюдную зону мира шиноби.
Будучи телами, воскрешёнными техникой Эдо Тенсей, они не знали усталости, не нуждались в пище и сне, лишь беспрестанно продолжали путь – днём и ночью.
На второй день Минато остановился на вершине горы и легко нахмурил брови, едва заметно, почти неуловимо.
— Что случилось, Минато? — Догнала его Кушина, с любопытством глядя на мужа.
— Что-то не так, – Минато поднял руку и посмотрел на кожу, сложенную из пыли и бумажных хлопьев. — Я чувствую… что моя чакра не восстанавливается.
Главная особенность Эдо Тенсей – почти бесконечный запас чакры: сколько бы её ни тратил, она вскоре восполнялась сама собой.
Это и делало технику одной из самых опасных и потому запрещённых.
— Хм. — Минато кивнул и попытался собрать чакру в ладони. Из неё медленно сформировался миниатюрный Расенган – и тут же рассеялся.
Он ясно ощутил, как огромный запас чакры внутри него убывает – медленно, но неумолимо, без малейших признаков восстановления.
— И ещё… — Минато взглянул на грудь и странно усмехнулся. — Похоже, я… чувствую биение сердца.
— Сердце?! — Кушина распахнула глаза и метнула ладонь к груди, точно повторяя его движение.
Под пальцами действительно ощущалась слабая, но несомненно живая пульсация.
Провела рукой по щеке: кожа из пыли словно обрела лёгкое… тепло и упругость?
— Я… я тоже чувствую… — В глазах Кушины вспыхнуло невообразимое ликование. — Минато! Неужели… мы снова становимся живыми?!
Они встретились взглядами и увидели в глазах друг друга одно и то же – изумление и неуверенную надежду.
Эдо Тенсей, применённый Наруто, оказался иной, чем техника, созданная Вторым Хокагэ. Он не просто вернул им тела – он, кажется, медленно вытаскивал их из мира мёртвых обратно в мир живых.
— Если это правда… — Минато посмотрел в даль, и в голубых глазах вспыхнул отблеск решимости. — Тогда времени у нас совсем немного.
— Именно! Ради нашего сына, ради Страны Света – вперёд!
Кушина, вновь полная энергии, ухватила мужа за руку, и двое вспыхнули двумя сияющими полосами, растворяясь в направлении, отмеченном на карте.
…
А в то же время, на базе Акацуки…
Наруто снова бездумно раскинулся на диване, переживая очередное «время мудреца» – состояние полного безделья.
Стартовый капитал для основания государства собран, родители отправлены в рейд под видом «прорабов», но вскоре выяснилось, что строительство страны требует куда больше средств, чем он думал.
Одни только строительные материалы, ниндзя-инструменты и запасы для будущих жителей стоили баснословных денег.
То немногое наследство, что он «унаследовал» от старика Третьего, оказалось каплей в море.
— Эх, бедность и правда ограничивает воображение…
Наруто поднялся, вытащил из сумки чёрную, пропахшую медью тетрадку.
Это был список разыскиваемых с наградами из пункта обмена на чёрном рынке – трофей, доставшийся ему после схватки с Какузу.
Листая страницы, он читал знакомые и незнакомые имена, мелькавшие рядом с оценками крови и портретами.
— Фудо, бывший из Двенадцати ниндзя-защитников. Тридцать один миллион рё… Хм, неплохо.
— Чирику, настоятель Храма Огня, тоже из Двенадцати. Тридцать миллионов… но его уже обменяли Какузу и Хидан.
— Югито Нии, джинчурики Двухвостой… вот это куш! Пятьдесят миллионов рё!
Глаза Наруто засияли – будто у голодного волка, учуявшего добычу.
В голове загорелась идея: новая, устойчивая и крайне прибыльная дорога к богатству!
В ближайший месяц база Акацуки обрела новую достопримечательность: Наруто, новичок, от которого болела голова даже у лидера, будто превзошёл по трудолюбию самого Какузу.
Он часто исчезал без предупреждения на дни, а потом под покровом ночи возвращался, весело насвистывая и волоча несколько сундуков, набитых деньгами.
Сначала Какузу решил, что парень шляется по борделям и растрачивает добычу на удовольствия.
Но однажды, получив свежий список разыскиваемых и радостно принеся головы своих мишеней в пункт обмена, он услышал от хозяина, что неделю назад тот же нукенин уже сдан – каким-то золотоволосым юношой в маске лисы.
Тогда Какузу оцепенел.
Следующие несколько раз обернулись тем же самым: кого бы он ни выбрал, этот юноша всегда опережал его на шаг.
У Какузу кровью обливалось сердце – ведь это были его серебряные, нет, золотые рё!
Он поклялся: найду ублюдка, что отнимает у меня хлеб, и зашью его в собственное тело!
Однако однажды он собственными глазами увидел, как Наруто заносит в пункт обмена труп нукенина S-ранга, запечатанного в свитке, а выходит уже с сундуком денег. Мир Какузу в тот миг рухнул.
Тот самый золотоволосый охотник оказался… Наруто?!
С тех пор взгляд Какузу, обращённый к нему, изменился: теперь он смотрел не на новичка, а на ходячую, сияющую золотую гору.
Он даже набрался смелости предложить партнёрство – однако Наруто одним махом поставил крест на переговорах.
— Мои деньги предназначены для строительства государства. Не собираюсь превращать их в твои похоронные сбережения.
Какузу ушёл, утирая воображаемые слёзы. Он видел, как богатства Наруто растут день ото дня, а сам довольствовался мелкой рыбёшкой, что оставалась после него. Боль от этого была хуже смерти.
Вскоре состояние Наруто превзошло личные активы Какузу, а потом и финансы всей организации вместе взятые.
Однажды Конан застала Наруто за рыбалкой – сдёргивавшего с воды золотой крючок.
— Наруто.
— Йо, сестрёнка Конан! Что-то случилось? — Не поворачивая головы, спросил он.
— У организации… нехватка средств. — Конан с трудом сдержала раздражение, глядя на роскошные снасти. — Может, одолжишь часть, чтобы перекрыть временные расходы?
— Финансовые трудности? — Наруто удивился. — У вас такая мощная транснациональная структура! Как можно остаться без денег?
Он убрал удочку и глубоко вздохнул:
— Поверь, я бы рад помочь, сестрёнка Конан, но Сам видишь, как идёт великое дело основания государства. Деньги текут рекой, я уже почти в долгах по пояс… Смотри – даже похудел.
Конан посмотрела на его лицо, округлившееся куда больше прежнего, и едва сдержала порыв врезать.
— На самом деле… — Наруто понизил голос и, смущённо улыбнувшись, потер ладони. — Я хотел попросить организацию выдать мне беспроцентный кредит… для строительства Страны Света.
Несколько секунд Конан молчала. Потом бесцеремонно развернулась и, обернувшись вихрем бумажных листов, исчезла.
Она знала: останься хоть на мгновение дольше – и швырнёт в этого наглеца все свои шестьсот миллиардов взрывных печатей.
…
В каменной комнате Пейна.
Выслушав полный негодования отчёт Конан, даже железный Пейн почувствовал, как в висках начинает пульсировать.
Этот Наруто окончательно превратил Акацуки в свой дом престарелых… и банкомат?
Нет. Так продолжаться не может. Надо дать ему понять, кто здесь хозяин!
Пейн немедленно собрал всех членов организации и активировал Технику Магического Фонаря.
Одно за другим вокруг Гедо Мазо вспыхнули призрачные силуэты.
— Я собрал вас, чтобы объявить важное. — Равнодушный голос Пейна эхом прокатился по залу. — С этого мгновения начинается охота на хвостатых.
Он даже не стал ждать обсуждения – сразу перешёл к распределению заданий.
— Однохвостый – Дейдаре и Сасори.
— Двухвостая – Какузу и Хидану.
— Трёххвостый – Кисаме и Итачи.
Он помолчал и перевёл взгляд на Наруто, растянувшегося на полу и лениво ковырявшего пальцем в камне.
— А вот Четырёххвостого поручаю тебе, Наруто.
Все взгляды устремились на него, ожидая ответа.
Но Наруто лишь лениво зевнул и перевернулся на бок.
— Не пойду.
Голос его был негромким, но каждый услышал его отчётливо.
— У меня совсем нет времени. Какая там охота на хвостатых… Мне надо зарабатывать.
В риннегане Пейна впервые вспыхнула настоящая ярость.
— Наруто, ты ел за наш счёт, пил за наш счёт, живёшь на базе Акацуки… И теперь, когда пришло время выполнить задание, ты отказываешься?!
— Ты что, приехал сюда на пенсию?!
— Ничего не поделаешь, босс. — Наруто поднялся и развёл руками, изображая наивность. — Вы сами меня пригласили, я ведь не навязывался. Формально это не контракт, так что никаких обязательств у меня нет.
Пейн опешил. Слова у него застряли в горле, будто глоток крови.
Что за кошмар? Потратил кучу сил и ресурсов, чтобы заполучить живого бога, а тот теперь рассуждает с ним о трудовом праве?!
От Пейна повеяло жаждой убийства: воздух в комнате стал холоднее, словно понизилась температура.
Но Наруто даже бровью не повёл – напротив, лениво изогнул уголки губ и слегка шевельнул пальцами, складывая печать Техники Летящего Бога Грома.
Послание было очевидным: хочешь подраться? Валяй, попробуй.
Пейн долго смотрел на него, потом, собрав остатки самообладания, с трудом подавил вспышку ярости. Он понимал: с техникой пространства-времени, какой владеет Наруто, победить его без потерь почти невозможно. А если дойдёт до сражения, база будет уничтожена.
Стоит ли всё это одного упрямца? Определённо нет.
— Хм. — Пейн хладнокровно отвёл взгляд и убрал убийственное давление. — Делай что хочешь.
Он повернулся к остальным:
— Начинаем с Однохвостого, Двухвостой и Трёххвостого. Свободны.
Один за другим призрачные силуэты растворились в пустоте.
Пейн остался один на холодном троне, вглядываясь в пустой зал. Впервые за долгое время он усомнился в собственной вере – в том, что путь через боль действительно приведёт к миру.
Обновлено: 23.01.2026