Глава 2 — Глава 2

**Глава 2. Случайная встреча: Ирука и Мизуки** Убедившись, что Узумаки Наруто успешно добыл себе пропитание и голодная смерть ему в ближайшее время не грозит, наблюдатели в тенях пришли в движение. Глубоко в кронах деревьев, где солнечный свет разбивался о густую листву, один из бойцов АНБУ едва заметно кивнул своему напарнику. Безмолвный сигнал был принят мгновенно — фигура в маске растворилась в воздухе, оставив после себя лишь легкое колебание ветки. Остальные же остались на своих постах, продолжая бдительно следить за каждым шагом джинчурики. Наруто, сидя у ручья, внезапно замер. Он почувствовал странную перемену в окружающем пространстве: ощущение чужого липкого взгляда, сверлившего спину, стало чуть слабее. С того самого момента, как он осознал себя в этом мире, это чувство преследовало его неотступно. За ним следили. И это были вовсе не простые жители деревни, бросающие косые взгляды. Нет, это была профессиональная, холодная слежка. Оказавшись в лесу, вдали от людных улиц, он надеялся на уединение, но ощущение присутствия лишь усилилось. Теперь сомнений не оставалось: это работа АНБУ. Вопрос был лишь в том, чьи это псы — Третьего Хокаге, Сарутоби Хирузена, или же бойцы «Корня», подчиняющиеся Шимуре Данзо? А может, в тенях скрывались и те и другие, соблюдая шаткий баланс сил в своей бесконечной политической игре? --- Тем временем в самом сердце деревни, в кабинете Хокаге, воздух был пропитан запахом старой бумаги и табачного дыма. Сарутоби Хирузен, Третий Хокаге, сидел за своим широким столом, погребенный под горами документов. Быть правителем Конохи означало не только отдавать приказы, но и ежедневно разгребать бесконечный поток бюрократии. Внезапно посреди кабинета возник силуэт. Боец АНБУ в фарфоровой маске зверя преклонил колено. — Докладывай, — не отрываясь от свитков, произнес Хирузен. — Хокаге-сама, — голос шиноби звучал глухо и безэмоционально. — Узумаки Наруто проявил самостоятельность. В лесу у ручья он сумел поймать рыбу, используя самодельный гарпун. На данный момент угрозы его жизни нет. Старик лишь слегка кивнул, продолжая водить кистью по бумаге. — Понял. Продолжайте наблюдение. Помните: ваша главная задача — не допустить его гибели. Что касается остального... — Хирузен на мгновение замер, а затем макнул кисть в чернильницу. — На остальное можете закрыть глаза. — Есть! — АНБУ коротко поклонился и исчез так же бесшумно, как и появился, возвращаясь к своему посту в лесу. Оставшись один, Сарутоби отложил кисть и тяжело вздохнул. Он повернулся к окну, за которым раскинулась деревня, и его взгляд затуманился. — Минато... Прости меня, — прошептал он, обращаясь к пустоте. — Происхождение Наруто слишком опасно. Мы не можем позволить ему раскрыть себя, это поставит под удар его же безопасность. Всё, что я делаю — ради его блага. Надеюсь, ты и Кушина сможете меня понять... Его сентиментальный монолог был грубо прерван. Тяжелые дубовые двери кабинета распахнулись с грохотом, ударившись о стены. На пороге стоял человек, чья аура была мрачнее самой темной ночи Конохи — Шимура Данзо. — Хе-хе, Хирузен, — скрипучий голос Данзо был полон яда. — Эти сказки ты можешь рассказывать кому угодно, но только не мне. Или ты уже начал верить в собственную ложь? Кого ты пытаешься обмануть? Ты просто хочешь присвоить наследие Четвертого Хокаге себе. Данзо прошел в кабинет, стуча тростью по полу, словно вбивая гвозди в крышку гроба их дружбы. — «Ради его блага»... Какое лицемерие! — фыркнул глава «Корня». — Ты хочешь держать силу джинчурики в своем кулаке. Для тебя он — всего лишь оружие, инструмент сдерживания. И всё твое «воспитание» направлено лишь на то, чтобы превратить его в послушный клинок, который будет служить лично тебе! Шимура Данзо бил без промаха. Они с Хирузеном выросли вместе, сражались бок о бок, и никто в этом мире не знал душу Третьего Хокаге лучше, чем этот старик с перебинтованным глазом. Если бы Сарутоби только подумал солгать, Данзо уже знал бы вкус этой лжи. — Довольно, Данзо! — голос Хирузена прогремел на весь кабинет, заставив пламя свечей дрогнуть. — Ты находишься в кабинете Хокаге. Выбирай выражения! Хотя все АНБУ, охранявшие периметр, были верны Сарутоби, соблюдать приличия всё же стоило. Но Данзо это не волновало. Он по-хозяйски уселся в кресло напротив стола Хокаге. — Хирузен, я слышал, джинчурики Кьюби чуть не умер от голода в собственной квартире? — холодно бросил он. — Твоя осведомленность, как всегда, поражает, — с сарказмом ответил Сарутоби, сузив глаза. — Но зачем этот спектакль? Уверен, твои шпионы из «Корня» уже доложили тебе каждую деталь. С Наруто всё в порядке. Не утруждай себя лишним беспокойством. — Ты должен послушать меня, Хирузен! — Данзо подался вперед, его единственный глаз сверкнул фанатичным блеском. — Отдай джинчурики мне. Только в «Корне» я смогу выковать из него идеальное оружие, лишенное эмоций и сомнений, бесконечно преданное Конохе! — Я сказал — довольно! — Хирузен ударил ладонью по столу. — Наруто — сын Минато и Кушины! Он не бездушный инструмент, как ты смеешь утверждать. Я воспитаю его как достойного шиноби Деревни Скрытого Листа. «Там, где танцуют листья, пламя разгорится вновь...» — процитировал он свою любимую мантру. — Огонь осветит деревню, и новые листья взойдут. Я научу Наруто истинному значению Воли Огня. И не вздумай плести интриги за моей спиной, Данзо. Помни, кто здесь Хокаге! — Пф-ф... Ты пожалеешь об этом, Хирузен! — выплюнул Данзо. Смерив старого друга презрительным взглядом, он резко поднялся и вышел, хлопнув дверью так, что штукатурка посыпалась с потолка. В наступившей тишине Сарутоби Хирузен вновь остался наедине со своими мыслями. Где заканчивалась правда и начиналась ложь в его словах? Пожалуй, он и сам уже не знал. Всё смешалось в единый клубок интриг, целью которых было лишь одно — сохранение его власти и стабильности в Конохе. --- Вернемся же к нашему герою. Поймав удачу за хвост в первый раз, Наруто быстро приноровился к процессу охоты. Опыт накапливался с каждой минутой, и вскоре на берегу лежала уже целая связка серебристой рыбы. Нанизав улов на ветку, мальчик решил, что на сегодня достаточно. Пока он брел обратно к деревне, знакомое липкое чувство чужого взгляда вернулось с удвоенной силой. «Видимо, смена караула закончилась, и те, кто уходил, вернулись», — меланхолично подумал Наруто. Эти взрослые не знали жалости. Он был всего лишь ребенком, в чьем теле, по иронии судьбы, был запечатан Кьюби. У него не было ни силы, ни техник, чтобы защититься, но они всё равно пасли его, как опасного зверя. Сколько усилий тратилось впустую! «Ничего... — мысленно усмехнулся Наруто, крепче сжимая древко с рыбой. — Рано или поздно я "отблагодарю" вас всех за эту заботу. Обязательно отблагодарю». Стоило ему войти в жилые кварталы, как атмосфера изменилась. Воздух стал тяжелым от ненависти. Прохожие не стеснялись тыкать в него пальцами, их лица искажались гримасами отвращения. Наруто привык к этому. Он шел, глядя перед собой, словно не замечая шепотков. Но дети... Дети были жестоки той искренней жестокостью, которой их научили родители. — Эй, смотрите, это он! Бей его! Подстрекаемые молчаливым одобрением взрослых, стайка мальчишек похватала с земли камни. Град булыжников полетел в сторону Наруто. Он пытался увернуться, петляя из стороны в сторону, но один камень, пущенный особо меткой рукой, нашел свою цель. Острая боль пронзила голову. По лбу потекло что-то горячее и липкое, заливая глаз. Кровь. Наруто остановился. Он медленно провел рукой по лбу, взглянул на алые пальцы, а затем поднял взгляд. В его голубых глазах не было слез. Там была холодная, звериная ярость. Он посмотрел на детей, а затем перевел взгляд на стоящих за их спинами взрослых. — Ах ты, демон! — взвизгнула какая-то женщина, но тут же осеклась. — Он смеет так на нас смотреть?! А ну, дайте ему урок! Толпа заволновалась, готовая броситься вперед, но в этот момент что-то их остановило. В глазах мальчика, в его позе было что-то жуткое, первобытное. Словно сквозь человеческую оболочку на них смотрел сам запечатанный зверь, предупреждая: «Не подходите». — Эй! Что здесь происходит?! Громкий окрик разорвал напряжение. Двое шиноби в жилетах чунинов, случайно проходившие мимо, заметили назревающую расправу. Умино Ирука, не раздумывая ни секунды, бросился вперед и закрыл собой окровавленного мальчика. Наруто сквозь кровавую пелену узнал его. Это был Ирука. А рядом с ним... кажется, Мизуки? Наруто еще не поступил в Академию Ниндзя, поэтому официально не мог знать их имен, тем более под прицелом АНБУ. Сейчас ему нужно было играть роль напуганного, обычного ребенка. — Это же Ирука! — воскликнул один из мужчин в толпе. — Ирука, ты чего? Зачем ты защищаешь этого лиса? Твои родители погибли в ту ночь! Неужели ты не ненавидишь его?! Эти слова ударили Ируку сильнее, чем любой кунай. Да, его родители погибли во время нападения Девятихвостого. Ненавидит ли он? Он обернулся и посмотрел на Наруто. Маленький, грязный, с рассеченной головой, по которой текла кровь. Мальчик молчал, стиснув зубы, привыкший терпеть боль в одиночестве. В этом взгляде Ирука увидел не монстра. Он увидел себя — того маленького мальчика, который плакал на похоронах родителей. Сердце Ируки сжалось. Демон ли этот ребенок или нет — сейчас перед ним стоял лишь пострадавший малыш. — А ну разошлись! — рявкнул Ирука, в его голосе зазвенела сталь. — Он ранен, ему нужна помощь! А вы... Если Хокаге-сама узнает, что вы устроили самосуд над ребенком, наказания не избежать! Упоминание Хокаге подействовало как ушат ледяной воды. Жители, ворча и злобно зыркая, начали расходиться. В своей слепой ненависти они не могли понять простой вещи: если бы Третий Хокаге считал мальчика монстром, разве позволил бы ему жить среди них? Мизуки, стоявший в стороне, явно не горел желанием вмешиваться, но видя решимость друга, был вынужден подойти и помочь. Вдвоем они подхватили Наруто и поспешили в сторону больницы Конохи. Однако даже в стенах лечебницы кошмар не закончился. Врачи, медсестры, пациенты — все смотрели на Наруто с тем же холодным презрением. Никто не спешил помочь. Именно поэтому Наруто из прошлого, даже умирая от жара, предпочитал отлеживаться дома, чем идти сюда. Даже люди, давшие клятву спасать жизни, желали ему смерти. Ситуацию спас невидимый кукловод. В кабинете одного из дежурных врачей из тени возник АНБУ. Пара тихих слов на ухо — и вот уже доктор, бледный и трясущийся, с натянутой улыбкой выбежал в приемный покой. Наруто обработали рану, наложили повязку. Всё это время Ирука не отходил от него ни на шаг. Узнав, что у мальчика нет денег (откуда им взяться?), Ирука молча достал свой кошелек и, выгребая последние гроши с зарплаты учителя, оплатил счет. --- На выходе из больницы закатное солнце окрасило небо в багряные тона. — Ну что ж, — Ирука тепло улыбнулся, присев на корточки перед Наруто. — Нам пора. Береги себя, малыш. До встречи! Наруто смотрел на него широко раскрытыми глазами. В любом из миров, в любой временной линии Умино Ирука оставался неизменно добрым. Человек, который однажды станет названым отцом и будет присутствовать на его свадьбе как самый родной человек. — Постойте... — голос Наруто дрогнул. — Как... как вас зовут? Даже зная канон наизусть, Наруто не мог сдержать эмоций. Знать о доброте из аниме и ощутить её на себе, когда весь мир против тебя — это совершенно разные вещи. Слезы, которые он сдерживал во время ударов камнями, теперь предательски покатились по щекам. — Я Умино Ирука, — ответил чунин, почесав нос. — А это Мизуки. Мы преподаем в Академии Ниндзя. Когда подрастешь, приходи учиться, и мы обязательно встретимся снова. Джа-не! Двое шиноби развернулись и пошли прочь, растворяясь в золотых лучах заката. Но для Наруто существовала лишь одна спина. Вторая фигура — этот Мизуки — была для него пустым местом. — Спасибо вам, Ирука-сенсей! — закричал Наруто вслед, не обращая внимания на прохожих. — Вы — хороший человек! Ирука, услышав этот крик, невольно улыбнулся. Тепло разлилось в его груди. «Наруто... нет, он точно не лис-демон», — подумал он.