Глава 6 — Глава 6

**Глава 6. Мадара, я тебя вылечу** — Я вовсе не хотел тебя злить… Сестрёнка вечно твердит, что я, сам того не желая, раню людей своей наивной простотой, — Сенджу Хаширама выглядел донельзя удручённым. Он судорожно всхлипнул и, словно вынося себе приговор, с нажимом произнёс: — В качестве искупления я уже морально готов к тому, что меня швырнут в реку. Ну же… бросай. Лицо Учихи Мадары перекосило судорогой, а на лбу вздулись пульсирующие вены. — Твоя сестра чертовски права! Ты, идиот, хоть представляешь, насколько твои закидоны бесят окружающих?! Но Хаширама лишь расплылся в безобразной, кривой ухмылке: — Надеюсь… у тебя хватит сил добросить мою тушку до противоположного берега. Эта уродливая, самодовольная улыбка. Эти слова, отравляющие воздух, словно ядовитые миазмы. Внутри Мадары вскипела ярость, и он взревел: — Кретин! Проваливай отсюда! — …Ладно-ладно, я ухожу, — Хаширама картинно развернулся, всем своим видом показывая готовность удалиться. Учиха Мадара: «…» Твою ж мать! Глядя, как этот несносный тип действительно собирается уйти, Мадара почувствовал странное, необъяснимое раздражение. — Постой! А ну стоять! Казалось бы, всего лишь незнакомец. Ушёл и ушёл, скатертью дорога, верно? Но Мадара, сам не понимая почему, вдруг ощутил укол досады. Чему именно он противился? Сейчас он и сам не смог бы внятно ответить на этот вопрос. Сенджу Хаширама же мысленно ликовал. «Как и ожидалось! Янь Бай постоянно проворачивал этот трюк с Тобирамой, и мелкий ничего не мог с этим поделать. А теперь, когда я использовал тот же приём, этот незнакомый парень повёл себя точь-в-точь как мой брат…» Храня эти мысли при себе, Хаширама обернулся с выражением ленивой скуки на лице: — Ну что ещё? Разве не ты сам велел мне проваливать? А теперь не даёшь уйти. Ты уж определись как-нибудь, а потом говори. Эти слова загнали Учиху Мадару в тупик. Он лишь беспомощно открывал и закрывал рот: «Я… я…», так и не сумев выдавить ни одной законченной фразы. Сенджу Хаширама, сдерживая победную улыбку, уже собирался что-то добавить, как вдруг в поле его зрения попало нечто чужеродное, заставившее веселье мгновенно исчезнуть с его лица. Мадара, почуяв перемену в атмосфере, проследил за взглядом нового знакомого. Там, в кристально чистых водах реки, течение медленно несло какой-то предмет, покачивающийся на поверхности. Хаширама тут же сорвался с места. Используя чакру, он побежал прямо по водной глади, чтобы приблизиться и осмотреть тело. Однако это резкое, профессиональное движение мгновенно пробудило в Мадаре настороженность. Он заколебался лишь на секунду, прежде чем спросить: — Ты ниндзя? — Это место скоро станет полем битвы. Возвращайся домой, скорее, — бросил Хаширама, не оборачиваясь. Его ладонь легла на промокший нагрудник мертвеца. Подтвердилось… Это герб клана Хагоромо. Клан Хагоромо в союзе с кланом Учиха — заклятые враги клана Сенджу. — Прости, мне пора, — в одно мгновение в голове Хаширамы пронеслись тысячи мыслей. Так и не обернувшись, он в несколько мощных прыжков покинул водную гладь и приземлился на противоположном берегу. Лишь там он встал вполоборота и тихо произнёс: — Прощай… Но уже сделав шаг, Сенджу Хаширама вдруг резко оглянулся: — Кстати, ты… — Меня зовут Мадара, — Учиха Мадара стоял неподвижно, пристально глядя на странного парня. На лице Хаширамы мелькнула тень беспомощности: — Мадара… не называть свою фамилию незнакомцу… — Это правило шиноби. Я знаю, — закончил за него Мадара. — Значит, ты тоже ниндзя… — с тоской в голосе выдохнул Хаширама. Несмотря на кардинально разные характеры, Сенджу Хаширама непостижимым образом почувствовал в Учихе Мадаре что-то родное. Более того, ему казалось, он понимает, зачем этот парень вообще пришёл к реке. Впервые встретившись и обменявшись лишь именами, они поспешно расстались. --- Янь Бай, находясь выше по течению, только что видел труп, который уносило водой. Это было тело шиноби из клана Хагоромо. Увидев его, Янь Бай сразу всё понял: сегодня тот самый день — день первой встречи Хаширамы и Мадары. Именно из-за этого мертвеца их знакомство вышло таким скомканным. Добравшись до того места на берегу, что сохранилось в его памяти, он издали увидел, как Сенджу Хаширама и Учиха Мадара машут друг другу на прощание. Фигура Хаширамы скрылась в тени леса на том берегу. Мадара тоже развернулся, собираясь уходить. Но вдруг… Учиха Мадара резко наклонился, подхватил с земли камень и с силой метнул его в сторону кустов, где прятался Янь Бай. В этом броске не было ни капли той игривости, с которой пускают «блинчики» по воде. Это был боевой бросок, словно в руке у него был не булыжник, а сюрикен. Инстинкты сработали мгновенно. Янь Бай уклонился, стремительно выпрыгивая из зарослей кустарника и приземляясь прямо перед Учихой Мадарой. — Ара-ара~ Я всё слышала, знаешь ли! Твоё имя — Мадара. Детский, звонкий голос эхом разнёсся над рекой в лучах клонящегося к закату солнца. — Ты… — глаза Мадары расширились от удивления. Перед ним стояла девочка с серебристо-пепельными волосами и алыми глазами, одетая в точно такой же костюм, как и тот парень, назвавшийся Хаширамой. Неужели эта серебровласая дева, чья красота способна лишить рассудка с первого взгляда, и есть та самая сестра? — Ты новый друг моего братика Хаширамы? — с улыбкой спросил Янь Бай. Эта фраза окончательно подтвердила догадку: перед ним та самая «сумасшедшая сестра», о которой говорил Хаширама. Услышав голос Янь Бая, Учиха Мадара против воли представил себе цветущую в тихой ночи розу. Этот голос, переливчатый, словно трель соловья, казалось, сам по себе нёс эффект гендзюцу, опьяняя и завораживая. В каком-то смысле эта девочка и была воплощением неотразимой иллюзии. Мадара молча нахмурился, чувствуя, что не может прямо смотреть на сияющее лицо этого ребёнка. Когда она появилась? Как долго сестра Хаширамы была там? Почему ни он, ни Хаширама её не заметили? — Приятно познакомиться, меня зовут Янь Бай. Фигурка Янь Бая была миниатюрной, а последние лучи заходящего солнца играли на полах его зелёного одеяния, расходясь по шелковистой ткани подобно кругам на воде. Учиха Мадара заворожённо смотрел, как Янь Бай приближается к нему. Он хотел уйти, разум кричал об отступлении, но ноги словно налились свинцом, отказываясь повиноваться. Опасно! В голове Мадары оглушительно ревела сирена тревоги, но тело не реагировало. И тут… Янь Бай внезапно перехватил правую руку Мадары, выглядывающую из рукава, и, улыбаясь ослепительно ярко, словно цветок, произнёс: — Мадара, ты, кажется, ранен? Давай я… помогу тебе вылечиться… Учиха Мадара: «???» В тот миг, когда этот ребёнок прикоснулся к нему, все застарелые травмы и скрытые повреждения в его теле исчезли без следа. Мадара в потрясении уставился на свои руки, а затем перевёл взгляд на ладони Янь Бая, всё ещё лежащие на его предплечье. Их окутывало мягкое, тёплое свечение. Это не медицинское ниндзюцу… Никаких следов движения чакры. Что это за техника?! Вопросы роились в голове один за другим. Но не успел Мадара осмыслить происходящее, как Янь Бай уже отнял руки, и загадочный свет погас. — Ну вот и всё, Мадара! — Янь Бай, продолжая улыбаться, быстро отступил на несколько шагов. — Мне нужно догнать старшего брата. С нетерпением жду нашей следующей встречи! От Янь Бая исходила странная аура — смесь отстранённой соблазнительности и скрытой, дикой необузданности. Несмотря на то что перед Мадарой стоял ребёнок, в его облике чистота переплеталась с каким-то холодным вожделением, а скупость мимики лишь добавляла таинственности. Со спины фигурка удаляющегося Янь Бая выглядела очень живо и по-детски. Учиха Мадара с немым изумлением смотрел вслед этой припрыгивающей «девочке». Лишь когда Янь Бай полностью скрылся из виду, Мадара пробормотал: — …Какой странный ребёнок. Бросив взгляд на темнеющее небо, Учиха Мадара стремительно покинул берег. Чего Мадара не знал, так это того, что Янь Бай, несясь сквозь лесную чащу, сейчас выглядел до крайности удручённым. Только что он «облапал» Учиху Мадару и радостно получил от Системы… **[Навык пускания «блинчиков» (Начальный уровень)]**. Навык пускания блинчиков?! Что за чёрт?! Мусор! Интерфейс Системы сейчас представлял собой мешанину из иероглифов и глюков, иначе, увидев подробности этого «дара», Янь Бай чувствовал бы, как его давление пробивает стратосферу. Ускоряя бег, Янь Бай мрачно подумал: «Видимо, придётся потрогать его ещё не один раз…»