Глава 447 — Глава 447

Глава 447. Отшельник Джирайя Один удар гигантской лапы — и отряд шиноби Дождя разлетелся, как кегли. Нынешняя сила Некоматы позволяла ему не просто сражаться, а устраивать настоящий геноцид низкоуровневым противникам. С его непробиваемой шкурой и габаритами тактика была проста: бей и дави. Стиль "бешеная газонокосилка" в действии. — Неплохо, — одобрил Тиба, переступая через бессознательные тела. Никто из защитников деревни больше не решился преградить ему путь. А далеко на западе бой уже набирал обороты. Путь Зверя призвал исполинского Адского Краба. Чудовище, клацая клешнями, изрыгнуло поток пенной воды. Бурлящее море пены мгновенно смыло и жабье масло, и огонь Джирайи, очищая поле боя. Но в этот миг, в долю секунды, Джирайя уловил ошибку врага. — Техника Львиной Гривы! Его белоснежные волосы взметнулись, удлинились и, словно живые змеи, оплели краба, намертво сковывая его движения. Под шумок Джирайя ухитрился спеленать и самого Путь Зверя. — Нагато, мне нужны ответы! — лицо саннина отвердело. — Где Яхико?! Увидев Риннеган в глазницах противника, Джирайя сразу понял, кто кукловод. Связанный по рукам и ногам Путь Зверя не выказал ни страха, ни волнения. Он лишь тихо пробормотал: — Ах да... Был и такой. Жаль, но он давно мертв. Глаза Джирайи округлились. — Нагато, ты... что с тобой стало? — Ничего особенного, — безразлично продолжил Пейн. — Просто война. Здесь погибло слишком много людей. Эта боль заставила меня вырасти. — О чем ты говоришь? — не понял Джирайя. — Даже глупый ребенок, познав настоящую боль, взрослеет и становится мужчиной. Его речи, его мысли — все меняется. Он говорил об этом так обыденно, словно обсуждал погоду. Джирайя крепче сжал волосы, удерживающие врага: — Значит, по-твоему, предать память друзей — это и есть взросление? Путь Зверя смотрел на своего учителя сверху вниз, и в его взгляде читалось безграничное высокомерие. — Учитель, вы все еще просто человек... Я же, пройдя через бесконечную череду страданий, шагнул дальше. Слова ученика звучали дико, пугающе. — Дальше? Куда? Взгляд Риннегана стал холодным, как сама смерть. — Да. Я перестал быть человеком... И стал Богом. ... Тиба резко затормозил посреди улицы, повернув голову на запад. — Там всплеск чудовищной чакры... Судя по всему, началось. В его глазах вспыхнул сложный узор, а веки окрасились пигментом. Золотисто-красные отметины говорили о том, что для лучшего восприятия ситуации Тиба вошел в Режим Отшельника. Он перевел тяжелый взгляд на новую группу шиноби Дождя, возникшую на пути. — Господа, у меня нет времени на игры с вами. График поджимает, так что давайте закончим побыстрее. С последним словом из тела Тибы вырвалась волна удушающей мощи. Воздух задрожал. Закручивающиеся потоки чакры ударили во все стороны, сметая врагов как сухие листья. Крики боли утонули в реве ветра. Тиба даже не замедлил шаг. Любой, кто оказывался на его траектории, получал удар такой силы, что о продолжении боя не могло быть и речи. Он не убивал ради удовольствия, но бил наверняка, чтобы никто не смог ударить в спину. Он разогнался до предела. Он не хотел опоздать. Он не хотел видеть трагедию. ... — Эй, пацан! Ворчливый голос донесся из-под обломков рухнувшей башни. — Малой, почему ты вспоминаешь о нас, только когда вляпаешься по уши?! Неудивительно, что Гамабунта постоянно на тебя бесится! Пронзительный голос Шимы, хоть и сочился недовольством, был полон скрытой заботы. — Брось, старуха, — отозвался басистый голос Фукасаку. — У маленького Джирайи наверняка была веская причина. — Заткнись, старый хрыч! — тут же огрызнулась жаба-жена. — Давно не виделись, — виновато улыбнулся Джирайя, вылезая из руин. — Простите, что так вышло, Босс, Матушка. После короткого брифинга Джирайя предстал перед врагом в новом обличье. Его лицо изменилось до неузнаваемости: красные линии пересекали щеки, нос раздулся и покрылся бородавками, отросла козлиная бородка. Режим Отшельника! В этом состоянии Джирайя достигал пика своего могущества, хотя и платил за это частичной трансформацией в жабу из-за несовершенства контроля. Теперь одинокий Путь Зверя был ему не соперник. Призывные звери врага пали один за другим под натиском обновленной мощи саннина. Осознав, что расклад изменился, Путь Зверя пустил в ход свой козырь — призвал подкрепление. Путь Голодных Призраков и Путь Человека! После короткой стычки Джирайя понял, что в открытом бою против троих ловить нечего, и тактически отступил в лабиринт канализационных труб под деревней. Глаза отшельника горели решимостью. Ему нужно было время. Время, чтобы раскусить их секрет. Только поняв механизм их силы, он мог надеяться на победу. Как только три тела Пейна скрылись в трубах, преследуя учителя, на поле боя, усеянное обломками, ступил Тиба. — Ну и жара здесь пошла...