Глава 28 — Глава 28

**Глава 28. Вновь против Какаши** Шумные улицы Конохи жили своей жизнью: торговцы зазывали покупателей, где-то смеялись дети, но двое подростков, идущих сквозь толпу, казалось, были погружены в свой собственный мир. — Янь, я правда смогу это сделать? — в голосе Майто Гая звучала непривычная неуверенность. — Сможешь. Я верю в тебя, и ты абсолютно точно справишься. Неужели ты не веришь в себя? — Но… я всё ещё чувствую себя таким тупым. За что ни возьмусь — ничего не выходит. — Гай, это не тупость. Это упорство. Это, хм… чистота сердца, — Хьюга Янь вздохнул, изображая на лице мудрое спокойствие, хотя про себя ехидно добавил: «Хотя правильнее было бы назвать это одной-единственной извилиной, прямой как рельса». Заметив, что Гай открыл рот, собираясь задать очередной вопрос, Янь решительно выставил руку вперёд: — Так, всё, Гай. Ты спросил это уже раз десять. Хватит, ладно? — голос Хьюги звучал устало. Гай щёлкнул челюстью, закрывая рот, и тут же поник, изображая вселенскую скорбь. Янь посмотрел на него со смесью раздражения и смеха, махнул рукой и ускорил шаг, вырываясь вперёд. — Янь, подожди! Я больше не буду спрашивать, честно! — … — Янь, ты злишься? — Гай догнал друга и теперь заглядывал ему в лицо с осторожностью нашкодившего щенка. — Нет, — выдохнул Янь. — Я просто на мгновение потерял дар речи. Если честно, я уже жалею, что рассказал тебе об этом сегодня. — Но почему? — искренне изумился Гай. — Гай, пойми: чтобы войти в это состояние, нужен абсолютный покой в душе. Иначе это просто пустая трата времени. А я чувствую, что сейчас внутри у тебя бушует ураган. Слишком много суеты. Услышав объяснение, Гай замолчал, погрузившись в раздумья. Он понимал, что друг прав. В последнее время он действительно слишком торопился, жаждал быстрого успеха, и, кажется, этим лишь разочаровал Яня. — Я понял, Янь. Я тебя не подведу, — наконец твёрдо произнёс он. — Ну всё, хватит хмуриться, — улыбнулся Янь, видя, как Гай снова напрягся. — Не спеши. Некоторые вещи не терпят суеты, иначе ты добьёшься прямо противоположного результата. Плыви по течению, следуй за своим сердцем — это и есть путь природы. Только так тренировки принесут пользу. — Угу! — Гай энергично кивнул, и в его глазах вновь загорелся привычный огонь решимости. — Пошли быстрее, время не ждёт. После того как вызовешь Какаши на бой, нам ещё нужно успеть поесть рамена. — Подожди, Янь! А давай побежим? — Ага, и нас повяжут Учиха, чтобы утащить в Военную Полицию Конохи пить чай с допросами. — О! А в Военной Полиции вкусный чай? Давай в следующий раз сходим попробуем! — … Следующий за ними по пятам Майто Дай наблюдал за этой сценой с тёплой улыбкой. Видеть сына таким счастливым, смеющимся и болтающим с другом, было для него лучшей наградой. Однако, когда он заметил, как Хьюга Янь словно невзначай скользнул взглядом по его укрытию, сердце Дая пропустило удар. «Какая пугающая проницательность! И это без активации Бьякугана!» Дай знал, что Янь обучает Гая своей уникальной методике сенсорики. Если всё так, как говорит этот мальчик из клана Хьюга, то будущее его сына выглядит куда более многообещающим, чем он смел надеяться. «Может, и мне стоит попросить у него совета?» — мелькнула шальная мысль. — «Кажется, этот метод не требует идеального контроля чакры… Вдруг даже у меня получится?» Погружённый в эти мысли, Дай продолжал следить за дуэтом. Когда ребята добрались до дома Хатаке, самого Какаши там не оказалось. На пороге их встретил его отец — легендарный Белый Клык Конохи, Хатаке Сакумо. Он подсказал, что сын, скорее всего, тренируется в своей любимой роще. Глядя вслед убегающим мальчишкам, Сакумо на мгновение задумался, а затем, не оборачиваясь, негромко произнёс в сторону тенистого угла улицы: — Выходи. — Приветствую вас, Сакумо-сама, — из тени выступила фигура в зелёном костюме. — Вы действительно оправдываете своё прозвище Белый Клык. Обнаружили меня так легко. — А, так это ты, Гай-старший… — Сакумо чуть расслабился. — Тот шумный мальчик — твой сын? — Именно так! Это мой глупый сын Майто Гай, а с ним его друг — Хьюга Янь. — Хьюга… — задумчиво протянул Сакумо. — Но почему ты следишь за ними? Боишься, что им грозит опасность? — Его взгляд заострился, а голос стал жёстче. Если в пределах Конохи детям грозит опасность, это ставит под вопрос безопасность всей деревни. — Нет-нет, что вы, Сакумо-сама! — Гай-старший смущённо почесал затылок и рассмеялся, пытаясь скрыть неловкость. — Просто мой оболтус хочет бросить вызов вашему сыну, Какаши, и я… ха-ха… решил посмотреть. Сакумо на секунду опешил, но тут же прочистил горло, возвращая лицу невозмутимое выражение. — Кхм, вот оно что. Ну, тогда я, пожалуй, тоже взгляну. — О, это было бы замечательно! Если мой сын и его друг получат наставление от такого мастера, как вы, это станет для них величайшей честью! — Ну что ты, не стоит, — мягко улыбнулся Сакумо. — Идём, я знаю, где они. — Прошу вас, ведите, Сакумо-сама. --- Гай вёл Яня запутанными тропами к окраине деревни. Здесь, вдали от жилых кварталов, раскинулась небольшая роща — одна из многих, окружающих Коноху. Ходили легенды, что эти рощи существовали здесь задолго до основания деревни. В отличие от них, огромный и пугающий Лес Смерти, лежащий ещё дальше, был, по слухам, создан Первым Хокагэ, Сэндзю Хаширамой, с помощью его великой Стихии Дерева. Хотя официально руководство деревни это никогда не подтверждало, простые жители свято верили в божественную силу Основателя. Эта конкретная рощица была небольшой, деревья здесь росли не такими гигантскими, как в Лесу Смерти, но густой подлесок надёжно скрывал небольшую поляну от посторонних глаз. Не зная дороги, найти это место было почти невозможно. Гай наткнулся на него случайно и именно здесь застал тренирующегося Какаши. — Эй, Гай, ты уверен, что нам сюда? Мы не заблудились? — Я не знаю, здесь ли он сегодня, но я пару раз видел его тут! — Ладно, давай поищем. Раздвинув кусты, Янь и Гай вышли на поляну. Тишина. Пустота. — Зря пришли, его нет. — А-а-а!! Куда же делся Какаши?! — Гай, может, ну его? — Эх, как жаль… — Слышал, вы меня ищете? — холодный голос раздался прямо у них за спинами. Янь подпрыгнул от неожиданности, по спине пробежал холодок. Обернувшись и увидев знакомую маску и пепельные волосы, он выдохнул и толкнул друга локтем: — Гай, он наверняка спрятался, как только услышал твой топот. — Да быть не может! Какаши, едва завидев Гая, закатил глаза. Он сразу понял, зачем явилась эта парочка. — Какаши, — улыбнулся Янь, — Гай снова пришёл бросить тебе вызов. — Давай начнём, — равнодушно бросил юный гений. Какаши видел, как Гай буквально подпрыгивает от нетерпения, и понимал: отвязаться не получится. Проще согласиться и покончить с этим. К тому же, после их прошлой стычки он, пусть и неохотно, но начал признавать в Гае достойного соперника. Увидев, что Какаши согласился без лишних уговоров, Гай на секунду застыл, но тут же взорвался энтузиазмом. Какаши стоял расслабленно, руки в карманах, взгляд спокойный и чуть скучающий. Напротив него Гай сиял, как начищенный медный таз. Впервые его "вечный соперник" принял вызов лицом к лицу! С коротким выкриком Гай сорвался с места. Он владел только тайдзюцу, поэтому в его стиле не было места хитростям или обманным манёврам с чакрой — только чистая, грубая сила и скорость. — Прими силу Тайдзюцу Конохи! — Гай мгновенно сократил дистанцию. Правый кулак, сжатый как молот, устремился в грудь противнику — простая, но эффективная техника «Чёрный Тигр крадёт сердце». Какаши знал, что Гай не использует ниндзюцу. Не мудрствуя лукаво, он просто сместился в сторону, пропуская кулак мимо. Раньше он бы тут же контратаковал, закончив бой одним ударом. Но в этот раз что-то изменилось. В тот момент, когда удар прошёл мимо цели, Гай не потерял равновесия. Его ноги сплясали сложный узор, и левая нога, подобно кнуту, взметнулась вверх, целясь в голову. Дистанция была ничтожной. Какаши, не ожидавший такой скорости смены стоек, понял, что уклониться не успеет. Он выставил раскрытые ладони, принимая удар в блок. *Хлоп!* Звук удара был сухим и хлёстким. Какаши, погасив инерцию, отскочил на полшага назад, тут же оттолкнулся от земли и сам перешёл в атаку, целясь ногой в корпус Гая. Гай не отступил ни на дюйм, встретив атаку своим ударом. Голени столкнулись с глухим звуком. Они обменялись серией быстрых ударов, каждый из которых мог бы сломать кости обычному человеку. После очередной жесткой сцепки противники отскочили друг от друга. Лицо Какаши оставалось непроницаемой маской, но внутри он был потрясён. Его голени ныли, мышцы начали неметь от боли. А Гай? Тот прыгал на месте, словно вообще ничего не почувствовал. «Нельзя размениваться ударами с адептом Стального Кулака, — мелькнула мысль у Какаши. — В прямом столкновении я проиграю по выносливости». Хатаке мгновенно сменил тактику. Вместо блоков и встречных ударов он начал уклоняться, используя свою природную гибкость и скорость реакции. Но атаки Гая стали другими. Они больше не были прямолинейными. Сложный рисунок боя, смена ритма, неожиданные углы ударов — всё это заставило Какаши напрячься до предела. «Как его тайдзюцу могло так вырасти за столь короткое время?!» — недоумевал юный гений. Какаши не знал, что в голове у Гая сейчас звучал голос Яня: *«В мире боевых искусств скорость — единственное, что не проигрывает. Бей быстро, жёстко, точно. Но не вкладывай всю силу бездумно! Сочетай твёрдость и мягкость. Двигайся легко, как пёрышко, но бей тяжело, как скала…»* Гай впитывал наставления друга как губка. Эти принципы, которых не мог объяснить даже его отец, Майто Дай, перевернули его понимание боя. Обычные тренировки тайдзюцу для простолюдинов в мире шиноби сводились к принципу: «Тебя бьют, пока ты не научишься давать сдачи». Хьюга Янь, хоть и был сам новичком в практике, обладал знаниями из прошлой жизни. Его советы, казалось бы, бесполезные для ниндзя, привыкших полагаться на дзюцу, в руках чистого рукопашника превращались в грозное оружие. Атаки Гая становились всё быстрее. Ритм боя рвался, не давая Какаши подстроиться. Хатаке почувствовал себя мухой, запутавшейся в паутине: удары сыпались отовсюду, и парировать их становилось всё труднее. «Ещё немного, и он меня достанет!» Уклоняясь от очередного свинга, Какаши впервые за бой сложил печать концентрации чакры. — Техника Мерцания! Его фигура смазалась. Скорость рывка возросла вдвое, и он наконец разорвал дистанцию, оказавшись в десяти метрах от противника. — Хах… хах… — Какаши жадно хватал воздух ртом. Подняв взгляд, он увидел Гая, который стоял в боевой стойке, дыша ровно и спокойно, словно они только начали разминку. — Какаши! — воскликнул Гай, его глаза сияли. — Что это было за дзюцу? Ты стал таким быстрым! Гай впервые видел, чтобы Какаши использовал против него ниндзюцу. Это вызвало у него не страх, а восторг, из-за которого он упустил момент для преследования. — Это Шуншин. Техника Мерцания, — коротко бросил Какаши. — Ух ты! Так вот она какая! Потрясающе! А я никак не могу её освоить, — честно и без капли зависти признался Гай. Благодаря влиянию Яня, в нём крепла уверенность в собственных силах. Наблюдавший из кустов Хатаке Сакумо одобрительно кивнул: — Дай, твой сын — настоящий неогранённый алмаз. В будущем Конохи для него определённо найдётся место. — Ха-ха, вы слишком добры, Сакумо-сама, — смущённо отозвался Дай. — Ему ещё расти и расти. На самом деле, это всё заслуга Хьюги Яня. По сравнению с ним, Гай ещё совсем ребёнок. — Вот как? — брови Белого Клыка поползли вверх. Он перевёл внимательный взгляд на темноволосого мальчика из клана Хьюга. — Ты так высоко его оцениваешь? — Да. Его идеи… порой даже я нахожу в них мудрость, до которой сам бы не додумался. — Неужели? — Сакумо был заинтригован. — Но он же выглядит как обычный ребёнок. — Возможно, это и есть гениальность. Клан Хьюга умеет удивлять своим наследием. Сакумо задумчиво кивнул. Тем временем на поляне бой возобновился. Какаши, теперь полностью сосредоточенный, использовал весь свой арсенал: подмены, клонирование, трансформации. Три Базовые Техники мелькали одна за другой. Это заставило Гая попотеть и выглядеть несколько неуклюжим, но победы не приносило. Дыхание Какаши становилось всё тяжелее. Чакра тратилась, мышцы забивались. А Гай? Этот монстр в зелёном трико продолжал двигаться с той же лёгкостью, что и в начале боя. «Он что, вообще не устаёт?!» Впервые в жизни Какаши почувствовал укол страха поражения. Но гордость тут же заглушила это чувство. Он — Хатаке Какаши! Сын Белого Клыка! Гений поколения! Он уже подал заявку на досрочный выпуск. Если он сдаст экзамен, то станет самым молодым выпускником в истории Академии! Он не имеет права проиграть здесь! Взгляд Какаши стал ледяным. Руки замелькали с невероятной скоростью, складывая печати. Змея, Баран, Обезьяна, Свинья, Лошадь, Тигр. Он набрал полную грудь воздуха, чакра вскипела в горле. — Стихия Огня: Большой Огненный Шар! Огромный шар пламени вырвался изо рта Какаши, опаляя траву. Он преодолел расстояние за долю секунды. Гай, залюбовавшийся было красотой печатей, едва успел среагировать. Он кувырком ушёл в сторону, чувствуя жар на лице. Но стоило ему начать подниматься, как второй огненный шар уже летел прямо в него. На этот раз уклонение вышло неловким. Взрывная волна зацепила его, опалила одежду и сбила с ног. Гай покатился по земле. Он попытался вскочить, но холодная сталь коснулась его шеи. Острие куная замерло в миллиметре от кадыка. Гай замер. Его тело напряглось, готовое к рывку, но затем расслабилось. Он глубоко вздохнул и посмотрел прямо в разноцветные глаза Какаши. — Ты победил, — произнёс он без горечи, но с твёрдой уверенностью. — Но в следующий раз я обязательно выиграю! — У тебя не будет шанса, — холодно отрезал Какаши, убирая кунай. — Ха-ха! Какаши, Гай! Отличный бой! — Янь хлопнул в ладоши, выходя на поляну. — А теперь пошли есть рамен! — Янь! Ты как сказал про еду, у меня аж живот свело! — Гай мгновенно забыл о поражении. — Идём. Какаши, ты тоже с нами. — Я… — начал было Хатаке. — Да пошли уже! — Гай схватил его за руку, не давая сбежать. — Янь обещал угостить нас в Ичираку! — … Сердце Яня обливалось кровью при мысли о содержимом его кошелька… Когда троица скрылась за деревьями, из укрытия вышли двое взрослых. — У Тайдзюцу Гая есть свой стиль, — задумчиво произнёс Сакумо. — Но против ниндзюцу он пока зелен, да и дальних атак ему не хватает. Впрочем, для его возраста это впечатляет. Я в его годы вряд ли был сильнее. — Благодарю за похвалу, Сакумо-сама. Гаю предстоит долгий путь. — Нет, заслуженная похвала — это признание факта. Мы не должны зазнаваться, но и принижать себя не стоит. — Да, Сакумо-сама. — И знаешь, Дай… Твоя сила тоже не так мала, как считают в деревне. Твоя маскировка была почти идеальной. — … — Дай на мгновение замер, а потом рассмеялся: — Ха-ха… Вы слишком добры к такому Вечному Гэнину, как я… Глядя в спину удаляющемуся Даю, Хатаке Сакумо тихо усмехнулся: — Все они непросты… И этот Хьюга Янь… Я запомню тебя, мальчик.