Глава 52: «Учиха: „Кучка бездарей!“»
Шисуи Учиха держал в руках стопку толстых отчетов.
Это были сводные статистические данные всех отрядов за полмесяца с момента создания пограничных сил. Разумеется, госпожа Цунаде приказала ему собрать не только цифры, но и глубоко изучить изменения в командах и их реальное положение.
Поначалу он не понимал, к чему это, пока своими глазами не увидел, как один из соклановцев Учиха протянул жареную рыбу товарищу по команде…
Шисуи и представить не мог, что проблема, терзавшая его так долго, найдет решение именно таким образом: связь между Учиха и деревней начала восстанавливаться.
Благодарность госпоже Цунаде невозможно было выразить словами!
Он глубоко вздохнул, собрался с мыслями и постучал в дверь.
— Войди. — Раздался изнутри голос Цунаде Сенджу.
Шисуи вошел и начал доклад:
— Госпожа Цунаде, вот сводный оценочный отчет по отрядам за последнее время.
— В целом, взаимодействие внутри команд и между ними стабильно улучшается. Особенно заметен прогресс в третьем батальоне: на вчерашних совместных учениях они показали результат вдвое выше, чем в начале формирования.
Цунаде кивнула, на ее губах появилась довольная улыбка.
Шисуи продолжал:
— Четвертый батальон тоже неплох. Хотя темпы роста не столь велики, взаимопонимание между членами команд значительно выросло. По моим наблюдениям, атмосфера в их личном общении стала гораздо теплее. Даже ниндзя из клана Абураме, привыкшие к молчанию, начали проявлять инициативу в разговорах.
— Хм, неплохо. — Цунаде положила отчет на стол и посмотрела на Шисуи. — А есть ли те… кто показывает плохие результаты?
Шисуи кивнул:
— Есть. Это второй батальон под командованием Какаши Хатаке.
«…»
В лагере второго батальона девять бойцов сидели порознь, группами по два-три человека в разных углах.
Между ними словно стояла невидимая преграда. Эта странная атмосфера напоминала общежитие, где в комнате на четверых умудрялись существовать пять разных закрытых чатов.
Какаши Хатаке, командир, сидел в стороне на обрубке старого дерева с книгой в черной обложке. Хотя он читал, его взгляд краем глаза постоянно контролировал обстановку вокруг.
Он понимал истинные мотивы Цунаде при создании этого подразделения, но оставался к ним безразличен. Более того, он даже надеялся, что она поскорее переведет его обратно в АНБУ.
Возможно, не в силах больше выносить гнетущую тишину, один молодой генин заговорил:
— Мы снова заняли последнее место на учениях. Нужно что-то придумать, так дальше нельзя, мы слишком отстаем.
— Хех, — хмыкнул чунин со шрамом на лице. — А что тут сделаешь, когда наш командир – сам легендарный Холоднокровный Какаши?
— Холоднокровный… Какаши? — Переспросил генин.
Другой ниндзя, тоже переведенный из АНБУ, пояснил:
— Командир Какаши – это шиноби, который ради выполнения миссии убьет даже товарища.
У генина невольно дернулся кадык:
— Правда что ли?
— Чистая правда. Любой ниндзя, прошедший Третью мировую войну шиноби, знает: Какаши собственноручно убил своего напарника.
— Но зачем?
— Кто знает.
— Я тоже слышал. Говорят, использовал свою коронную технику, Райкири.
— Холоднокровный Какаши… Прозвища просто так не дают.
Они перебрасывались фразами, и от былого молчания не осталось и следа. Говорили красочно, будто сами были свидетелями тех событий.
Виновник обсуждения, он же их командир Какаши Хатаке, никак не реагировал.
Он сохранял ту же позу, не оправдывался и даже не поднял глаз. Он просто продолжал читать книгу, медленно, страницу за страницей.
Видя такое поведение, подчиненные стали судачить еще наглее.
— ДОВОЛЬНО!! — Внезапно раздался яростный крик.
Все опешили. Закричал Нака Учиха, который до этого держался в стороне, словно одинокий волк.
— Вы, кучка никчемных бездарей! — Лицо Нака Учихи покраснело, на лбу вздулись вены, а алые Шаринганы горели неприкрытой жаждой крови. — Вы только и умеете, что чесать языками за спиной?!
От его внезапной вспышки гнева бойцы вздрогнули и замялись, не зная, что ответить.
— Проваленное задание на учениях – чья вина? Одного только Какаши?
— Тренировки по выживанию, где каждый сам за себя, а слаженность как у кучи песка – чья вина? Тоже Какаши?!
— Поединки между отрядами, где мы сливаем бой за боем и плетемся в самом хвосте рейтинга – чья в этом вина?!
Он заводился всё сильнее, переходя на крик:
— Вы, кучка ничтожеств, горазды только сплетничать и перекладывать ответственность!
— Если вы такие крутые, покажите это на задании! Покажите это на арене, выиграйте хоть один бой! Если вы такие крутые – деритесь со мной! — Нака Учиха выхватил ниндзято и с силой рубанул по стволу дерева, а затем ткнул пальцем в свои глаза. — До прихода сюда в этих Шаринганах было по два томоэ, а теперь – по три! Знаете почему?!
— Да потому что вы, кучка бестолочей, меня просто ДОБЕСИЛИ!!
— В том матче я готов был один против пятерых выйти! Хотелось просто вышвырнуть вас, балласт несчастный, к противникам – на одних моих Шаринганах и то бы больше шансов на победу было!
Слова вылетали из него как пули, не давая никому и рта раскрыть. Товарищи по команде стояли багровые от стыда под этим шквалом ругани.
Тот самый чунин-сплетник первым пришел в себя:
— Ты… с чего ты на нас орешь? Мы говорим правду! Все знают, что Какаши Хатаке за человек!
— Правду? — Нака Учиха оскалился. — Ты сам это видел? Ты там был?
— Я… нет, но…
— Да плевать на твои «но»! — Оборвал его Нака Учиха. — Ты ничего не видел, ничего не знаешь. Ты вообще кто такой, чтобы пасть открывать?!
Чунин поперхнулся словами, другой боец попытался вставить:
— Что бы ты ни говорил, факт остается фактом: он убил своего товарища.
— Заткнись! — Рявкнул Нака. — Какие бы оправдания вы ни искали, факт в том, что второй батальон – худший во всей армии! И всё потому, что вы абсолютно бесполезны и не умеете работать в команде!
Они знали, что Нака Учиха прав.
Но они не могли этого проглотить.
С какой стати им подчиняться тому, «кто убивает своих»?
Как доверять свою спину такому человеку?
Для них это было невозможно.
С того момента, как Нака Учиха вмешался, Какаши отложил книгу. Он видел всё.
Сказать по правде, он был удивлен.
Он не ожидал, что кто-то вступится за него. И уж тем более не ожидал, что этим кем-то окажется Учиха.
Стоило помнить, что его левый глаз – Шаринган, пусть даже это подарок Обито. Для клана Учиха обладание этим глазом кем-то чужим всегда было непростительным оскорблением.
По логике вещей, члены клана Учиха должны были ненавидеть его больше всех остальных.
Обновлено: 18.02.2026