Глава 30
Аоба повернулся к своим генинам. Двое из них побледнели, забрызганные кровью, а один выглядел настолько безэмоциональным, словно ему наскучило происходящее. Почему-то у него не было сомнений, что Сая это не будут волновать. А вот Сакура и Наруто, восприняли убийство эмоционально.
Девушка стояла, не в силах отвести взгляд от обезглавленного тела. Дрожь волнами прокатывалась по её телу, пока к горлу не подступила тошнота. Колени подкосились, и Сакура упала в траву, судорожно цепляясь пальцами за землю. Её вывернуло наизнанку, а затем послышались рыдания.
Наруто же просто смотрел на труп, и в его взгляде смешались отвращение и жгучая ненависть к самому себе. Это заставило Аобу задуматься — в чём мальчишка винит себя? Ведь не он написал кодекс шиноби. Может быть, он заранее, знал о лжи Тазуны? Это казалось маловероятным. Аоба, при всём своём опыте, не умел читать мысли. Может, у пацана просто мания спасать всех подряд?
Нет, эта теория не выдерживала критики. Мальчишка был замкнутым и с трудом доверял людям. Скорее всего, он остался удивлен, что старик соврал, а себя винит в том, что не понял про обман раньше и не уберёг Сакуру от этого зрелища. Аоба сомневался, что тут замешаны романтические чувства в духе "рыцаря в сияющих доспехах". Сакура — куноичи, а он — шиноби. Они напарники, но это значит поддерживать друг друга, а не нянчиться со слабым звеном.
— Сакура, ты можешь встать? — спокойно спросил он.
— Боже... боже, боже... — прошептала она. — Вы его убили... просто взяли и убили...
— Протокол Девять, Харуно Сакура, в академии не преподают. Наверняка кто-то из вашего класса спрашивал, почему о нём даже не упоминается в учебниках — всегда найдётся любопытный отличник. Что ответил ваш сенсей-чунин?
Сакура знала ответ — конечно же, именно она, первая умница класса, задала тот вопрос — и теперь её захлестнула злость на саму себя, такую наивную, жаждущую похвалы. Лучше бы она не знала ответ...
— Мы узнаем на практике, — хрипло произнесла она. — И он сказал... чтобы мы не торопились с этими знаниями...
— Именно, — кивнул Аоба, разворачивая свиток. Тело Тазуны исчезло в печати, а когда свиток был закрыт и перевязан алой лентой, Наруто стал совсем бледный.
— Каждому джонину при назначении на команду генинов выдают три таких свитка, — спокойным голосом продолжил сенсей. — И каждый джонин молится, чтобы они никогда не пригодились его ученикам. Миссия окончена — нам заплатят за день работы, а Деревня позаботится об извещении семьи о случившемся.
— Неужели не было другого выхода? — тихо спросил Наруто, помогая Сакуре подняться.
— Протокол Девять не стоит понимать прямо — иногда сложно выяснить, намеренно ли скрыты факты или это случайность. Порой те, кого принимаешь за обычных бандитов, оказываются джонинами ранга А под прикрытием. Гражданский, конечно, не смог бы отличить, но здесь случай был предельно ясным, а значит — исход предрешён. После войны с Ивагакуре и нападения Кьюби на Коноху, — Наруто заметно вздрогнул, — Протокол Девять ужесточили. Мы не можем терять шиноби из-за миссий высокого ранга, к которым они не готовы.
— Понятно, — сказал Наруто. — А как же его страна?
— Это не имеет значения, — ответил Аоба. — Если проблема затронет Страну Огня, Даймё направит запрос в Деревню. Если нет — это не наше дело, пока Даймё Страны Волн не заплатит нам. Мы не вмешиваемся во внутренние конфликты других стран, особенно если там замешаны шиноби. И я не стану рисковать вашими жизнями ради этого. Ясно?
Повисла тишина, прежде чем Наруто покорно кивнул.
— Хорошо, возвращаемся. Доберёмся до Конохи к закату. Аоба прикусил правый большой палец, сложил странную комбинацию печатей и ударил ладонью о землю. В облачке дыма, перемешанного с чёрными перьями, появился ворон с пустой почтовой сумкой на лямках, явно предназначенной для небольших посылок.
— Тенгу? Тенгу! — каркнул ворон, хлопая крыльями. — Тенгу!
— Да-да, ты Тенгу, — вздохнул Аоба, доставая свиток с телом Тазуны. Взяв кисть, он вывел на поверхности чёрную девятку. — Доставь это в Коноху, в Отдел пыток и допросов.
Ворон каркнул, блестя чёрными глазами, когда свиток закрепили в его сумке. Несколько мощных взмахов крыльев — и птица взмыла в небо, растворяясь вдали.
— Теперь можем идти.
Лужа крови Тазуны осталась позади, медленно высыхая под лучами солнца. Сакура то и дело оборачивалась в сторону тёмного пятна крови, кусая губы и стараясь не отставать от команды. В голове всё ещё звучали слова старика, и правда... разве ложь стоит жизни? Да, он солгал, но неужели обязательно было казнить его на месте? Разве нельзя было найти другой выход, например, отправить другую команду?
Сай оставался невозмутимым. Хокаге наверняка доложат о произошедшем, и он изучит ситуацию. Если обнаружится риск или потенциальная выгода для Конохи, глава деревни отправит небольшой отряд АНБУ для наблюдения. Если мечник Тумана окажется ценным, его захватят и используют для обмена с Кири на "забытых на вражеской территории" шиноби.
Именно поэтому "лжецов" казнили. Это посылало чёткий сигнал, что Коноха не потерпит подобного, хотя втайне могла поступить совершенно иначе.
Разумеется, об этом уведомят только Даймё, и только после того, как награда Конохи будет так или иначе обеспечена.
Наруто молчал и ушел в себя так сильно, что Аоба начал беспокоиться, не впал ли мальчишка в ступор. Лишь спустя мгновение до джонина донёсся едва различимый шёпот — вопрос, обращённый к нему.
— Я ужасный человек, сенсей?
— Наруто?
— Я желал ему смерти за его поступок. Значит ли это, что я чудовище? Раз не скорблю о его смерти? Раз мне всё равно, что будет с его племянницей или дочерью? Я зло?
— Нет, — Ответил Аоба. — Ты просто человек.
— Ах, — вздохнул Наруто. — Вот только я не совсем человек.
— Наруто, может, расскажешь товарищам? — Аоба посмотрел на Сакуру и Сая. Оба, казалось, никак не отреагировали на слова мальчика, но выражение лица Сакуры выдавало её с головой. На лице девочки было не любопытство, а страх. Словно она уже знала.
Сай же оставался без эмоций, как кирпичная стена. Порой Аоба задумывался, не прошёл ли мальчик специальную подготовку по подавлению эмоций?
— Сакура уже знает, — произнёс Наруто. — Сай... Сай, я — джинчурики Девятихвостого.
— О, — ответил темноволосый мальчик. — Это не отменяет того факта, что ты без члена.
Наруто фыркнул, едва сдерживая дёрнувшиеся уголки губ — ещё мгновение, и они расплылись бы в улыбке.
— Сенсей, кажется, мой секрет — худший из когда-либо хранившихся в истории Конохи, — съязвил он.
В неловком молчании они продолжили путь. У ворот Конохи их уже поджидала небольшая группа людей — гражданских.
— Сенсей? — прошептала удивлённая Сакура. Похоже, они кого-то ждали, и когда команда приблизилась, люди заметили их, принявшись указывать и подзывать остальных. Наруто остановился, не дойдя нескольких метров до массивных деревянных створок.
— Чудовище! — пронзительно крикнул кто-то, стоило им войти в деревню. Сакура тоже остановилась, оглянувшись на Наруто, а затем посмотрела на кричавшую — древнюю старуху лет восьмидесяти, с вытянутым скрюченным пальцем, направленным в мальчика. — Тебе мало было, да!?
— Мадам, что происходит? — Аоба-сенсей подошел к старухе, которая отчаянно пыталась прорваться к Наруто.
Чунины-охранники удерживали её, пока один из них — кажется, Котецу — передавал какой-то сигнал наверх.
— Аяме была самой милой девушкой! — крикнул юный подросток из толпы. — А теперь она мертва из-за него!
Сакура задумалась. Аяме... почему это имя казалось знакомым?
Она повернулась к Наруто и увидела, что он находится в шоке. Его глаза напоминали взгляд загнанного кролика за миг до бегства.
— Я не... — прошептал он.
— Чёртов демон! — с гневом крикнула женщина лет пятидесяти, плюнув в сторону Наруто. — Третий был слишком добр, не задушив тебя в колыбели! Это ты во всём виноват!
— Нет, я...
— Просто сдохни!
— Сдохни!
— Тебе мало наших жертв!?
— Мы отомстим!
— Надеюсь, ты сдохнешь!
— Сакура! Сай! Отведите Наруто домой к Шимуре-сану!
Резкий крик сенсея вывел Сакуру из оцепенения. Она подбежала к Наруто, схватила его за руку и потянула за собой. Её пальцы сжались крепче, когда она заметила его виноватый взгляд.
Она стиснула зубы, проходя сквозь шквал криков и проклятий. Сай следовал за ними. Кто-то кинул гнилой помидор, но Сай молниеносно перехватил его в воздухе.
— Всё хорошо, — попыталась она изобразить бодрость. — Всё будет в порядке.
— Аяме... мертва, — прохрипел он. — Это я... это я виноват...
— Нет, не ты, — успокоила его Сакура. — Уверена, тут какое-то недоразумение.
— Нет-нет. Я... я рассказал им. Она... она травила меня, я признался. Её арестовали, но...
— Наруто... — взгляд Сакуры смягчился, когда она посмотрела на поникшую, дрожащую фигуру мальчика. Он даже начал шмыгать носом. Внезапно, она поняла слова Наруто. — Стоп. Она тебя травила?
— Я... Да, но...
— И ты молчал?
Щёки Сакуры надулись, прежде чем она схватила Наруто за отвороты куртки и встряхнула.
— БАКА! О таком нельзя молчать! Она получила по заслугам!
— Нет! — вырвался Наруто. — Сакура, правда... нет. — Его голос стих, когда Сакура отпустила его, вглядываясь в глаза в поисках объяснений. — Я... понимаешь, я убил её отца. У неё было право это делать.
— Что за чушь?! Ты никого не убивал! Убийц не берут в шиноби, ясно? — что звучало иронично, учитывая саму суть работы шиноби, особенно при том, что в академию набирали с шести лет. И всё же, закон есть закон.
Обновлено: 02.02.2026