— Ладно! — Отрезали ему. — Иди сам разберись с Намикадзэ Раймоном!
Хирузен Сарутоби лишь тяжело выдохнул. Эти болваны разве хоть раз задумывались о собственной силе? Или меру совсем потеряли?
А теперь еще и осмеливаются дерзить ему… Почему же все вдруг замолкли?
Он бросил тяжелый взгляд на своих соплеменников, которые теперь сидели понурив головы. Когда-то, во времена его правления, они пожинали плоды его власти, а теперь, стоило потерять трон, – терпят вместе с ним всю горечь падения.
— Где Асума? — Прохрипел Хирузен, потирая ноющее плечо.
— Асума сказал, что в АНБУ у него еще одно задание, — прозвучал ответ. С тех пор как его перевели туда, домой он заглядывал все реже.
— Дедушка! — Вбежал Конохамару. — Я хочу мясо! Настоящее, вкусное мясо!
Полу взрослый мальчишка, а ест – словно трое взрослых.
Последнее время Конохамару заметил: в деревне не видно Наруто. Совсем. И почему-то дедушка запретил теперь играть с ним. Что это значит – мальчик не понимал.
— Ладно уж, потерпи немного, скоро пожарим мясо, — Хирузен мягко потрепал внука по голове.
Они по-прежнему ночевали за городом, под открытым небом. Надо было срочно найти угол – если пойдет дождь, им всем придётся несладко.
— Дедушка, а почему Госпожа Цунаде отобрала у нас дом? — Не удержался Конохамару. Днем ведь всё было в порядке, а к вечеру – уже без крыши над головой!
— Это не то, что тебе стоит знать, — сурово оборвал Хирузен. Он не хотел, чтобы ребенок нес этот груз.
— Хватит! — Продолжил он уже спокойно. — У меня в Конохе еще пара личных владений найдется.
Тон его был удивительно ровен, но окружающие переглянулись – выходит, Третий Хокаге все это время кое-что припрятывал?
Хирузен повел своих людей в окраинный район, туда, где остались лишь полуразрушенные дома. Место обветшало, но если немного прибрать, жить можно. Когда-то весь этот дом принадлежал семье, что давно ушла в небытие. По факту земля осталась за ним. Ирония – теперь это последняя крыша для клана Сарутоби.
Да, убого, но просторно. Основные семьи уместятся, а кому не хватит – устроятся во дворе.
Ниндзя не из тех, кто долго раскачивается: мусор вынесли, пыль прогнали Стихией Ветра, грязь смыли Водой, влажные места просушили маленькими потоками огня. К полуночи обустроились, как могли. Крышу латали досками, найденными на мусорке строительных отходов.
Тяжелые времена, но все же – живы. И хотя бы тот Демон Мира Шиноби, прозванный Разрывателем Сфинктеров и Погибелью Мужских Почек, к ним пока не явился.
А иначе, кто знает, сколько мужчин в клане Сарутоби остались бы… евнухами.
…
— Раймон, не кажется ли тебе, что это слишком? — Цунаде пристально посмотрела на него. Ей казалось чрезмерным выгонять весь клан Сарутоби из их дома.
— Слишком? — Раймон хмыкнул. — В чем именно? Старик Сарутоби конфисковал и мое, и имущество Минато. Заставил Наруто ютиться в съемной комнатушке, да и денег оставил позорных – даже на еду едва хватает!
А ведь это просто мальчишка! Пусть теперь его гордый клан покажет, чего стоит. Три тысячи ниндзя – не подохнут ведь с голоду.
Хотя, если верить подсчетам Какузу, с таким долгом клан Сарутоби будет батрачить на Коноху до самой старости!
— Завтра все заказы, где работы много, а платят копейки, — отдай им, — добавил Раймон. — И ещё, у них же вроде есть лавки? Пусть сдают купчие на землю – компенсируют долги!
— Не слишком ли жестко? — Нахмурилась Цунаде. Ей не хотелось, чтобы отчаявшиеся Сарутоби решили сорваться и поднять бунт.
— Хм… пожалуй, ты права. Нельзя прижимать слишком резко. Пусть привыкают постепенно, — Раймон задумался. — И да, не стоит, чтобы весь Конохе казалось, будто ты давишь своего бывшего наставника. Репутацию же тебе портить ни к чему.
Когда они вернулись в кабинет Хокаге, Наруто сидел над кипой свитков и растерянно чесал голову. Джирайя с Шизуне уже велели Раймону выгнать парня отдыхать, но тот упрямо продолжал мучить документы.
Буквы он, конечно, знал. Но стоило им собраться в предложения – терял всякий смысл.
Наруто чувствовал, будто череп сейчас зачесался изнутри. Он создал клонов, чтобы работали вместе с ним, но даже десяток Множественных Теневых Клонирований не давал нужной скорости – ни один не справлялся быстрее Джирайи.
— Эй, лис в брюхе, ну проснись, помоги хоть чуть-чуть! — Взмолился он.
Но Девятихвостый, разумеется, не знал, что тут вообще происходит. Будь его воля, он бы одним ударом когтя размозжил эти свитки. Или – проще! — Стер бы с лица земли того, кто их принес.
— Дядя! Я не хочу быть Хокаге! — Вскрикнул он, уткнувшись лицом в бумаги. Слезы текли по щекам.
Он ведь всегда думал, что быть Хокаге – это слава, уважение, блеск. Сидишь себе в кабинете, все преклоняются перед тобой. А что вышло?
Теперь он понял, что руководить деревней – значит понимать ее, иметь команду, доверенных, людей, которые делают за тебя грязную работу.
— Сасукэ-кун… я скучаю, — прошептал он мысленно. Если бы не этот пост, сейчас он бы тренировался вместе с Саске и Сакурой, а не тонул в бессмысленных свитках.
— Что, сдались уже? — Раймон и Цунаде как раз вошли в кабинет. Наруто хоть и путался в бумагах, но старался искренне.
Да и мал он еще, чтобы разбираться во взрослых играх и политике.
— Дядя! Я больше не хочу быть Хокаге. Хочу тренироваться с Саске и Сакурой! — Почти вскричал мальчишка.
— Хватит, иди домой, — коротко бросил Раймон. Бумаги подождут – завтра Джирайя сам вернется и наведет порядок.
А Джирайя тем временем с Шизуне уже напивались в небольшой таверне, шумно и с душой.
— Вот это кайф! — Разулыбался он. Сидеть месяц в кабинете Хокаге – без капли вина и без «материала» для вдохновения – пытка!
— Месяц… ты хоть представляешь, как я выживал этот месяц? — Пробормотал он, откинувшись на стул, а потом икнул и как-то естественно положил руку на плечо Шизуне.
Шизуне тоже уже перебрала – иначе бы ногу ему под ребра влепила.
Поздней ночью они, шатаясь, выбрались из таверны. Куда потом двинулись – никто так и не узнал.
Тем временем, в новом убежище клана Сарутоби, Асума и созданный Техникой Превращения клон Итачи Учихи прятались на ветке старого дерева, наблюдая за двором.
— Что мне делать? — Тихо спросил Асума. После вступления в АНБУ он видел, как растет напряжение – его род всё громче выражал ненависть к нынешнему Хокаге, к Цунаде.
Она ведь подходила для этой должности идеально… но многие в клане по-прежнему считали, что место Хокаге принадлежит только Сарутоби.
Теперь же среди высших чинов лишь у Асумы оставались пути наверх. И всё это давило, лишало покоя.
— Асума, помни, людские желания не знают предела, — произнёс клон Итачи, проталкивая в него обрывки своей воли. Опыт у него уже был. Всё, что нужно – передать дальше свои мысли и поступки.
— Там, где кружится листва, пылает огонь, — повторил он.
— И чтобы осветить тьму, Коноха порой сжигает то, что стало бесполезным.
— Я понял, — стиснул зубы Асума. — Я знаю, что должен сделать.
Он ушел. А когда его фигура растворилась в темноте, клон Итачи постепенно утратил багровый отблеск в глазах.
Он тоже исчез, оставив после себя лишь глухой шепот в ветвях:
— История, как же ты любишь повторяться…
…
Обновлено: 12.07.2026