Глава 8 — Глава 8

Глава 8. Уничтожить свой шаринган Члены клана Учиха с потрясением смотрели на Гина. В их головах всё перевернулось. В его образе они увидели тень другого человека. Учихи Мадары! Ведь «Гока Мэккяку» была коронной техникой Мадары. Его невероятная сила практически сокрушила целую эпоху. Говоря о Мадаре, люди вспоминали Хашираму. Говоря о Хашираме, вспоминали Мадару. Они были непобедимы, и в мире было ничтожно мало тех, кто мог бы с ними сравниться. Путь, который выбрал Гин, был очень похож на путь Мадары: оба обладали огромной силой и оба порвали с кланом. Учиха Фугаку стыдливо опустил голову. Заметив изменившиеся взгляды соклановцев, он мысленно обозвал их флюгерами. Чувства его были крайне смешанными, ему хотелось провалиться сквозь землю. Если бы он не смотрел на Гина сквозь призму предубеждений, до такого бы не дошло. Он сам был виноват, некого было винить. — А-а-а… Горячо, как же больно! Из уст Шисуи вырвался душераздирающий крик. Его тело было охвачено пламенем, и через несколько секунд он превратился в огненный шар, катающийся по земле. — Ублюдки, что вы стоите столбом? Вы что, деревянные? Быстро спасайте его! — приказал Учиха Фугаку, нахмурившись. Затем, встретившись взглядом с Гином, он неловко произнёс: — Возвращайся. С Итачи я что-нибудь придумаю… — Не нужно. На этот раз я отправлюсь в Страну Воды вместо Итачи, — равнодушно взглянув на брата, ответил Гин. — Не поймите меня неправильно. Моё решение не имеет к вам никакого отношения. Как я уже сказал, отныне мы чужие. У меня ещё есть дела, прощайте. Сказав это, Гин оставил за спиной лишь смутный силуэт, растворившийся в ночной тьме. В воздухе ещё витал его холодный голос: — Надеюсь, ты сдержишь своё слово, Шисуи. — Стой, ты не можешь уйти! Что если секрет шарингана попадёт в руки Деревни Тумана? — увидев, что Гин собирается уходить, один из членов клана тут же попытался его остановить. — Об этом можете не беспокоиться. Если такое случится, я сам уничтожу свои глаза, чтобы родословная Учиха не прервалась. Бросив взгляд на Учиху Фугаку, Гин понял, что тот хотел спросить о том же, но не решался. — Не поймите меня неправильно. Я порвал с кланом Учиха. Я делаю это ради своих родителей. Эта кровь — их наследие, и мой долг — защитить его. Прощайте. *** … На пустынной тропинке одиноко шёл Гин. Его фигура выглядела особенно удручённой. Гин не был камнем. Разрыв с целым кланом, конечно, причинял ему боль и одиночество. Всё осталось в прошлом, и теперь он был один. «В этом мире, похоже, можно положиться только на силу». Под тёмным ночным небом красивый юноша размышлял в одиночестве, наслаждаясь дуновением ночного ветра. Спустя долгое время мрак в его глазах рассеялся. Достаточно жить для себя. *** … На следующее утро, в маленьком дворике. Тёплые лучи солнца коснулись его лица. Гин протёр сонные глаза и, с трудом приоткрыв их, посмотрел на высоко стоящее солнце. Он беспомощно улыбнулся. Потянувшись, Гин пробормотал: — Вот так. После разрыва с кланом стало как-то легче. Обычно я сплю по пять-шесть часов, а сегодня проспал целых девять. Покачав головой, Гин попытался окончательно проснуться. Быстро одевшись и умывшись, он уже собирался заняться своими овощами и фруктами, как вдруг в его дворике появились несколько неожиданных фигур. — Вы кто? Ниндзя из Анбу? — приподняв бровь, Гин с любопытством осмотрел ниндзя в масках. — Если да, то передайте Третьему Хокаге, что я отправлюсь в Деревню Тумана в Стране Воды в качестве заложника вместо Итачи. — Ты ещё что за фрукт? Кто тебя просил лезть не в своё дело? — грубо рявкнул один из таинственных ниндзя, в его голосе слышалась неприкрытая жажда убийства. «Это не Анбу». Гнев в глазах Гина вспыхнул и тут же погас. Он хрипло спросил: — Кто вы? Неужели из «Корня» Данзо? — Наглец! Как ты смеешь называть господина Данзо по имени, ничтожество? Тот же ниндзя пришёл в ярость. Его слова были пропитаны огнём и обрушились на Гина, словно раскалённый ураган. — Чёрт, вы что, ублюдки, у меня дома решили покуражиться? Откуда пришли, туда и катитесь! Увидев это, Гин рассмеялся от злости. Этот человек напал первым, да ещё и не следил за языком. Гин тут же схватил с земли цветочный горшок. Активировав трёхтомоэ шаринган, он увидел, что движения противника замедлились в несколько раз, и он мог чётко отследить их траекторию. Бам! В тот момент, когда противник приблизился к нему, Гин со всей силы ударил его горшком по лицу. Треск! Горшок разлетелся вдребезги, разбив и маску ниндзя из «Корня». На его бледном лице показалась свежая кровь. Бам! Свирепо взглянув, Гин, недолго думая, пнул его ногой. — Катитесь отсюда! Данзо мне не указ! Мои дела его не касаются, а вас, отбросов, и подавно! Выпустив немного своей убийственной ауры, Гин заставил всех членов «Корня» почувствовать себя так, словно они попали в ад. Их тела инстинктивно задрожали. — Учиха Гин, о твоих действиях мы доложим господину Данзо! Пеняй на себя! Сказав это, они поспешно удалились, чтобы не позорить Данзо своим присутствием. — Идиоты. Раньше, в Конохе, я бы ещё, может, и остерегался Данзо. Но я скоро отправляюсь в Деревню Тумана в качестве заложника, кто его теперь боится! Гин презрительно усмехнулся и, проводив их исчезающие спины пренебрежительным взглядом, повернулся, чтобы войти в дом. В этот момент в его дворике внезапно появились ещё несколько неожиданных фигур. И некоторых из них Гин даже знал.