Глава 3. Миссия по спасению завершена
Шимизу и Хаято продвигались к башне.
Противник действовал осторожно. Обладая бьякугану, Хаято заранее обнаружил на пути несколько ловушек. Без помощи додзюцу эти «сюрпризы» доставили бы немало проблем, так что учитель мысленно похвалил себя за решение взять ученика с собой.
Когда они добрались до башни, враги уже отступили. На поляне перед входом виднелись следы боя и пятна крови, а ворота строения были наглухо закрыты.
Стоило им приблизиться, как из окна вылетели несколько кунаев. Точность хромала — клинки криво воткнулись в землю у ног прибывших.
— Кто такие? Не подходить!
Голос из-за двери был звонким и дрожащим — явно один из генинов.
Шимизу отступил на шаг, демонстрируя отсутствие враждебных намерений, и указал на свой протектор:
— Не бойтесь. Я подкрепление из деревни, учитель Академии, токубецу джонин Шимизу Шунсуке. Какова ситуация? Кто командир, почему говорит не он?
— Учителя Хасебе нет, он в башне… патрулирует, скоро вернётся, — раздался неуверенный ответ.
— Хасебе? — переспросил Шимизу. — Хасебе Казуки-семпай?
— Да! Вы знаете учителя Хасебе? — в голосе зазвучала надежда.
— Да, мы сражались вместе. Ты Фукуда Юта или Ямада Буми?
На дружеских посиделках Хасебе любил рассказывать о своих троих «милых учениках», так что Шимизу запомнил имена.
Створка башни чуть приоткрылась, высунулась голова и тут же спряталась обратно. Фукуда Юта — тот, кто выглядывал — шепнул товарищу Ямаде: «Он знает наши имена, и у него протектор Конохи. Рядом с ним парень с белыми глазами, это знаменитый клан Хьюга. Не враги».
Скрип.
Дверь распахнулась. Двое мальчишек вывалились наружу и, не выдержав напряжения, разрыдались в голос:
— Учитель Хасебе ранен…
Пара фраз — и ситуация прояснилась. Хасебе Казуки не в патруле, он лежит пластом, а за ним присматривает третий генин.
Фукуда Юта повёл спасителей внутрь.
Вскоре Хаято увидел Хасебе Казуки.
Тот был постарше Шимизу. Сейчас он лежал на кровати, бледный как полотно, с грудью, замотанной пропитанными кровью бинтами. Выглядел он жалко. Заметив Шимизу, Хасебе дёрнул уголком рта, не в силах говорить, и выдавил кривую ухмылку.
Рядом сидела девочка с одним хвостиком, глаза красные от слёз. Её руки светились бледно-зелёной чакрой над раной учителя.
— Как рана? — спросил Шимизу.
Девочка покачала головой, и слёзы снова брызнули из её глаз.
Шимизу посмотрел на Хаято.
— Бьякуган.
Хаято всмотрелся.
— Задето лёгкое, внутреннее кровотечение. Угроза жизни не миновала. — Он перевёл взгляд на девочку: — Ты ирьёнин?
Рана Хасебе была ромбовидной, от куная. Лезвие перерезало артерию в лёгком. Без обработки Хасебе был бы уже мёртв, поэтому Хаято и задал этот вопрос.
Девочка, всхлипывая, кивнула.
— Кровотечение продолжается, — констатировал Хаято. — Даже если Хасебе-семпай доживёт до прихода высококлассного медика, останутся тяжёлые последствия.
Девочка заплакала ещё громче.
— Насколько тяжёлые? — мрачно спросил Шимизу.
Хаято тихо произнёс имя:
— Гекко Хаяте.
Гекко Хаяте, токубецу джонин Конохи, мастер Стихии Листа и Танца Полумесяца. Эта техника в сочетании с его Улучшенным Геномом — Стихией Прозрачности — была настоящей «имбой». Если бы не больные лёгкие и последствия ранений, с его талантом он стал бы элитным джонином.
Объяснять больше не требовалось. Шимизу всё понял. Лицо его потемнело.
— У тебя есть способ?
Иначе зачем бы ученик разглагольствовал?
— Дайте мне попробовать. Хуже точно не будет, — сказал Хаято.
Они говорили это при Хасебе, по сути — для него.
Шимизу посмотрел на раненого, ожидая решения. Доверить жизнь незнакомому генину (Хасебе считал Хаято генином) — шаг непростой.
В конце концов, раненый кивнул.
— Я начинаю.
На пальцах Хаято сконцентрировалась чакра в форме игл. Используя бьякуган, он начал точечно воздействовать на сосуды, перекрывая кровоток.
Повреждённых сосудов было много, работа предстояла ювелирная. Вскоре с Хаято градом катился пот, а девочка с хвостиком время от времени вытирала ему лоб.
К счастью, обошлось без эксцессов.
Вскоре прибыло основное подкрепление, и лечением Хасебе занялись профессионалы.
К башне стянулось множество шиноби, началась рутинная зачистка и осмотр места происшествия. Бьякуган Хаято заметил несколько фигур в масках животных, дежуривших по периметру. Они скрывались во тьме, холодно наблюдая за происходящим.
АНБУ или Корень?
Надо отдать должное, эти теневые бойцы чертовски чувствительны: стоило Хаято задержать взгляд, как они это засекли. Юноша поспешно отвёл глаза.
После оказания первой помощи Хасебе унесли в Коноху. Троих генинов пока не отпускали. Шимизу и Хаято, как первые прибывшие, тоже остались для дачи показаний.
Из сбивчивых рассказов генинов Хаято восстановил картину вторжения.
Группировка врага: один джонин, два чунина, пять генинов.
Штурмовая группа (джонин и трое генинов) направилась в башню. Один чунин ждал снаружи. Второй чунин и пара генинов сидели в засаде со стороны деревни.
В процессе вражеский генин случайно активировал сигнализацию.
Начался бой.
Хасебе сцепился с вражеским джонином — силы были равны, поединок затянулся. Генины с обеих сторон устроили «битву калек» (возню нубов), где тоже сохранялся паритет. Потом подключился чунин поддержки и подловил Хасебе, нанеся роковой удар. В этот момент Хаято подорвал ловушки в лесу, и враги, поняв, что их тыл накрыли, нехотя отступили.
После допроса всем велели не покидать деревню в ближайшее время и отпустили.
Родители спасённых генинов забрали своих детей, рассыпаясь в благодарностях перед Шимизу и Хаято. Если бы не они — хоронить бы им своих чад.
Наконец, на месте остались только Шимизу и Хаято.
Юноша потянулся:
— Устал больше, чем от драки.
— Таков порядок в Конохе, — пожал плечами учитель.
— Бюрократия! Тягомотина! — вынес вердикт Хаято.
Шимизу усмехнулся:
— Не нравится — стань Хокаге и измени это.
«Опять разводит меня на Хокаге», — хмыкнул про себя Хаято.
Хьюга на посту Хокаге? Вы что, хотите, чтобы клан вырезали ещё быстрее? Да и первым, кто даст ему по шапке, будет сама Главная ветвь.
В прошлой жизни, читая мангу, Хаято строил теории заговора: если бы Наваки Сенджу не орал на каждом углу, что хочет стать Хокаге, может, и не умер бы так быстро.
Коноха — это корпорация.
Хаширама основал стартап. Тобирама ввёл научный менеджмент. Хирузен развил корпоративную культуру. Именно Тобирама был тем, кто придумал все эти процедуры.
Ученику Академии не по чину критиковать Хокаге, так что Хаято сменил тему:
— На этом всё?
— Для нас — да. Отдел допросов выпотрошит пленных и найдёт заказчика. Отряды преследования будут ловить беглецов, — Шимизу холодно улыбнулся. — Коноха — это не проходной двор. Зашёл без спроса — живым не уйдёшь!
Глядя на гордость учителя за деревню, Хаято подумал:
«По заслугам Сарутоби Хирузен не уступает Первому и Второму. Пока живы такие шиноби, как Шимизу, Коноха не падёт. Как говорил сам Хирузен: „Там, где танцуют листья, горит огонь. Тень огня озаряет деревню, и листья прорастают вновь“. Воля Огня не гаснет. Возможно, именно поэтому Хирузена называют Сильнейшим Хокаге».
Обновлено: 01.02.2026