: ]
Коноха.
Резиденция Хокаге.
— Что?
— Учиха Мадара?
В кабинете Хокаге старик в красно-белом плаще Хокаге смотрел на троих визитеров. Уголок его рта на морщинистом лице невольно дернулся.
Если бы пришел только один Учиха Фугаку и заявил, что истинный виновник Ночи Девятихвостого – Учиха Мадара, Сарутоби Хирузен счел бы это глупой выходкой, вызванной обидой за выселение клана на окраину.
Но сейчас здесь были не только Фугаку, но и Какаши, и даже Майто Гай, которые в один голос твердили, что неизвестный Учиха назвался Мадарой и взял на себя ответственность за нападение.
Сарутоби Хирузену пришлось отнестись к этому со всей серьезностью.
Какаши и Майто Гай – выдающиеся таланты своего поколения.
Более того, Какаши – ученик Намиказе Минато, «чистокровный» представитель фракции Хокаге.
Человек, которому Сарутоби Хирузен мог доверять.
Когда Какаши лежал без сознания в больнице, Хирузен даже нашел время в своем плотном графике, чтобы проведать его.
— Все именно так, Хокаге-сама, — спокойно глядя на старика, произнес Какаши. — Хоть я и не верю, что это Учиха Мадара, силу противника недооценивать нельзя.
Услышав это, Учиха Фугаку рефлекторно покосился на Какаши.
«Не верит, что это Учиха Мадара?…»
— Что ты имеешь в виду? — Сарутоби Хирузен затянулся трубкой, его брови сошлись на переносице.
Смерть Намиказе Минато была слишком внезапной, он даже не успел оставить никаких последних распоряжений, поэтому даже Хирузен не знал, с чем именно столкнулся Четвертый.
Но…
Вспоминая того надменного мужчину в красных доспехах с каскадом черных волос, чей взгляд заставлял трепетать весь мир, Сарутоби Хирузен чувствовал, что наступают смутные времена.
Четвертый Хокаге, на которого он возлагал такие надежды, только что пожертвовал собой, и тут же появляется кто-то, использующий имя Учиха Мадары…
— Хоть я и не знаком с Учиха Мадарой лично, но изучал материалы об этом человеке, — продолжил рассуждать Какаши. — Учитывая его необузданный и гордый нрав, Учиха Мадара никогда бы не стал скрывать свое истинное лицо. Если он скрывает лицо, зачем тогда называться именем Мадары? Способности этого человека в пространственно-временных техниках действительно выдающиеся, возможно, даже сильнее, чем у учителя, но большая сила еще не означает, что перед нами Учиха Мадара.
Слушая анализ Какаши, Сарутоби Хирузен не улыбнулся. Он лишь глубоко затянулся, выпустил изо рта струю бледно-голубого дыма и тихо вздохнул:
— Пространственно-временные техники…
Мощь пространственных техник была ему известна как никому другому.
Будучи учеником Второго Хокаге, Сенджу Тобирамы, Сарутоби Хирузен тоже пытался освоить технику Летающего Бога Грома.
Но, к сожалению, таланта к этому у него не оказалось.
Что же касается таинственного человека, назвавшегося Мадарой, то даже без слов Какаши Сарутоби Хирузен ни за что бы не поверил, что это он.
Он видел того мужчину собственными глазами, и, как верно подметил Какаши, тот никогда бы не стал прятать лицо.
Но…
Неизвестный член клана Учиха…
Взгляд Сарутоби Хирузена, полный тяжелых дум, переместился на Учиха Фугаку.
От этого взгляда у Фугаку по спине пробежал холодок. Повинуясь почти условному рефлексу, он тут же опустился на одно колено и твердо заявил:
— В клане Учиха всегда существовала традиция забирать тела павших. С момента основания деревни ни один соклановец не был потерян вовне! Разве что…
Сарутоби Хирузен прищурился. Ему пришла в голову одна мысль.
До основания Конохи.
— Разве что этот человек – потомок тех, кто отделился еще до основания деревни, — слова Учиха Фугаку подтвердили догадку Хирузена.
До создания скрытых деревень кланы шиноби имели обыкновение мигрировать.
Хотя такие могущественные кланы, как Учиха, переселялись крайне редко, прецеденты все же были.
Нельзя исключать вероятность того, что в процессе этих переселений кто-то из Учиха мог затеряться.
Стоящий рядом Какаши слегка опешил.
«Куда это их занесло?»
— Я сейчас же вернусь и подниму архивы, чтобы проверить, были ли случаи потери членов клана в прошлом.
Глядя на Учиха Фугаку, который склонил голову и не смел поднять взгляд, Сарутоби Хирузен подошел и помог ему подняться:
— Фугаку, к чему это? У меня и в мыслях не было винить тебя. Просто сейчас, после гибели Минато, по деревне ходят разные слухи. Надеюсь, ты не принимаешь их близко к сердцу.
Когда Сарутоби Хирузен помог ему встать, тревога в сердце Учиха Фугаку немного улеглась. Глядя на старика, он продолжил:
— Если какой-то чужак завладел Шаринганом моего клана, Учиха объявят на него охоту всеми силами.
Учиха Фугаку буквально скрежетал зубами.
Положение клана в Конохе и без того было шатким, а теперь свалилась еще и эта напасть, делая ситуацию почти безвыходной.
— Я никогда не сомневался в способностях Фугаку. Ступай, — мысленно вздохнул Сарутоби Хирузен, видя настрой главы клана.
В преданности Учиха Фугаку Конохе он никогда не сомневался.
Нет, слово «преданность» здесь не совсем подходило.
Скорее, Сарутоби Хирузен никогда не сомневался в его стремлении к миру.
Но наличие сердца, жаждущего мира, еще не означает наличие достаточных способностей.
— Есть!
Получив приказ, Учиха Фугаку немедленно покинул кабинет Хокаге.
Его первоочередной задачей сейчас было выяснить, какая именно ветвь клана могла быть утеряна.
Докопаться до корней, чтобы найти логово этого неизвестного Учиха.
После ухода Фугаку в кабинете осталось трое.
Сарутоби Хирузен перевел взгляд на Какаши.
Теперь, без посторонних, он вел себя гораздо непринужденнее.
И дело было не в пренебрежении.
Напротив, Сарутоби Хирузен относился к ученику Четвертого с особой теплотой.
Именно из-за этой близости он позволил себе расслабиться.
— Ты сменил глаз. Как ощущения? — спросил он по-отечески, словно добрый сосед.
— Вроде бы нормально, гораздо лучше, чем раньше, — ответил Какаши, машинально коснувшись левого глаза.
Ответ Какаши несколько удивил Хирузена.
Прежний Шаринган был подарком товарища в честь повышения, а теперь…
— Ушедшие ушли, а живые должны нести на себе надежды павших и продолжать идти вперед, — на лице Сарутоби Хирузена появилась мягкая улыбка. Он подошел и похлопал Какаши по плечу. — Хорошо, что ты это понимаешь. Если что-то понадобится, не стесняйся говорить мне, старику. Уверен, Минато был бы рад узнать, что ты не сдаешься.
Услышав это, глаза Какаши блеснули. Он достал сломанный клинок Белого Клыка и посмотрел на Хирузена.
— Я собирался пойти к клану Учиха и попросить главу клана Фугаку договориться с кланом Ниндзя-кошек о перековке моего меча.
После инцидента с Учиха Обито просьба о перековке меча и так имела высокие шансы на успех, а с одобрением Сарутоби Хирузена это было гарантировано на все сто.
— Это дело нехитрое. Я замолвлю за тебя словечко перед Фугаку.
Обновлено: 21.01.2026