Су Чэньян смирился с тем, что У Лэ называет его идиотом. От того, что ветеран его ругает, кусок мяса не отвалится. Пусть ругает.
Тусклый свет в карцере клонил в сон. А из-за того, что они были в подвале, здесь было еще и очень холодно. Ближе к ночи температура на острове посреди моря сильно упала, и Су Чэньяна била дрожь.
Он сидел у двери.
— Ветеран, ложитесь спать. Я подежурю.
— Здесь безопасно, дежурить не нужно.
— Ну и хорошо.
Раз они в безопасности, значит, и остальные тоже. Но Су Чэньян все равно решил остаться на страже.
НПС не чувствовали холода. Под утро Су Чэньян уже стучал зубами, в то время как У Лэ и Чжун Жуй не выказывали ни малейшего дискомфорта. Впрочем, У Лэ все же решила подыграть. Она плотнее закуталась в куртку, втянула шею в воротник, то и дело терлась о ткань и, улыбаясь Чжун Жую, беззвучно шевелила губами: «Староста, твоя куртка такая теплая».
Чжун Жуй был немногословен, но его взгляд неотрывно следил за ней, не упуская ни малейшей детали. Обычная школьная куртка, а она все трется и трется об нее.
Су Чэньян, проведший весь день в диком напряжении, несмотря на холод, не смог побороть сонливость. Его веки отяжелели и сомкнулись.
Единственный человек в комнате не знал, что, как только он уснул, два маленьких монстра прижались друг к другу. Точнее, это У Лэ прижалась к Чжун Жую.
— Я хочу спать, староста. Это ты меня сюда затащил, так что теперь ты за меня в ответе.
— В каком еще ответе?
— Я хочу поспать у тебя на плече.
— Тебе не нужен сон.
— Нужен. Чтобы вырасти, нужно хорошо есть и хорошо спать.
Она что, считает себя человеком? Чжун Жуй промолчал.
У Лэ с наглым видом придвинулась к нему и, легонько положив голову ему на плечо, закрыла глаза. Чжун Жуй откинулся на спинку стула, и она, не желая от него отлипать, последовала за его движением.
Чжун Жуй: «…»
НПС всегда соблюдают дистанцию. Они не сбиваются в кучи и не липнут друг к другу, как люди. Она что, пытается подражать им? Получается очень неуклюже. Но как же приятно она произносит его имя.
…
Щелк…
Су Чэньяна разбудил звук открываемого снаружи замка. Он с трудом разлепил глаза, но, вспомнив, где находится, тут же окончательно проснулся.
Обернувшись, он увидел, что НПС сидит, скрестив руки на груди и закрыв глаза, а У Лэ-Лэ спит у него на плече. Хоть Су Чэньян и знал, что НПС под контролем, у него все равно перехватило дыхание.
Снаружи продолжали раздаваться щелчки. Казалось, открывают сразу несколько дверей. Наконец, очередь дошла и до их.
Су Чэньян вскочил на ноги.
— У Лэ-Лэ, просыпайтесь, там шум!
Не успел он договорить, как дверь распахнулась. На пороге стоял высокий мужчина в черной рубашке и камуфляжных штанах. Увидев картину внутри, он на мгновение замер.
— Всем выйти в коридор и построиться, — бросил инструктор Чжан и вышел.
У Лэ, не меняя выражения лица, открыла глаза. Она взяла со стола молоток и протянула его Су Чэньяну.
— Спрячь.
— Куда я его спрячу, он же большой?
У Лэ проигнорировала его и, повернувшись к Чжун Жую, сказала:
— Доброе утро.
Су Чэньян принялся ощупывать себя, и в конце концов засунул молоток за пояс сзади, прикрыв его рубашкой.
— Чего копаетесь?! Всем выйти! — раздался из коридора яростный рык инструктора.
Все, кого заперли, поспешили выйти.
Наконец Су Чэньян увидел остальных троих. Го Яо и Ван Юэюэ, не считая грязной одежды, выглядели нормально. А вот Ли Тао… его лицо было в синяках и ссадинах. Явно поработали монстры.
Су Чэньян не удержался от улыбки, но тут же поморщился от боли в разбитой губе. Значит, твари бьют только парней?
— Вы — самые непослушные ученики, которых я когда-либо видел! Почему после отбоя не вернулись в общежитие?! Родители отправили вас сюда в надежде, что вы будете учиться, а вы чем целыми днями занимаетесь?! — Инструктор Чжан, брызжа слюной, отчитывал их, как самый строгий учитель.
Игроки стояли, опустив головы, с напряженными лицами. Лишь У Лэ и Чжун Жуй выглядели совершенно спокойно.
— Целую ночь вы провели здесь, размышляя о своем поведении. Ну, и к каким выводам пришли? — внезапно спросил инструктор.
В воздухе повисла тишина.
— Инструктор Чжан, мы были неправы, — осмелился заговорить Су Чэньян. — Мы не должны были шататься по ночам.
Инструктор Чжан был слегка удовлетворен.
— Хорошо, что вы поняли свою ошибку. Но одних слов мало. Вы должны усвоить урок.
С этими словами он выжидающе посмотрел на игроков. Его взгляд впивался в каждого. Ли Тао обливался холодным потом.
Что это значит? Почему он не уходит? Чего он от нас ждет?
Су Чэньян понял, чего он ждет.
— Инструктор Чжан, я всю ночь размышлял о своей ошибке и написал объяснительную.
Лицо инструктора тут же расплылось в улыбке.
— Отлично. Покажите-ка мне ваши объяснительные.
Ну конечно, ему нужны были объяснительные. Су Чэньян с тревогой посмотрел на остальных. Го Яо и Ван Юэюэ с облегчением выдохнули и повернулись, чтобы забрать свои листы.
Лишь Ли Тао стоял в ужасе. Что происходит?
Су Чэньян забрал объяснительные У Лэ и Чжун Жуя. Го Яо и Ван Юэюэ тоже вышли с листами в руках. Лишь Ли Тао остался стоять на месте, бледный как полотно.
— Почему у вас у всех… — пролепетал он.
Инструктор Чжан собрал у всех листы, мельком взглянул на каждый и остановил свой взгляд на Ли Тао.
— А твоя где?
— Я… моя… я не знал, что нужно писать… я сейчас напишу!
Ли Тао уже было развернулся, чтобы бежать обратно, как вдруг его схватили за шиворот и оторвали от земли.
— Не написал объяснительную, значит, ты и не думал раскаиваться. Ненавижу учеников, которых ничему не научить, — голос инструктора изменился, в нем снова появились те жуткие, сдвоенные ноты, словно шепот демона.
Ли Тао поднимали все выше и выше. Инструктор Чжан на глазах превращался в монстра. Ли Тао, бледный, обернулся…
…
Десять минут спустя.
Узкая лестница подвала. У Лэ, держа за руку Чжун Жуя, поднималась наверх. За ними, дрожа, следовали трое напуганных игроков.
Ли Тао был мертв. Он умер у них на глазах.
В окна пробивался тусклый свет. Рассвело. Снаружи все так же висел серый туман. Казалось, солнце здесь не взойдет никогда.
— Ночью здесь слишком опасно. Мы должны постараться исследовать весь кампус днем, — сказала Го Яо.
— Но нужно быть осторожными, чтобы инструктор Чжан не поймал нас на прогуле, — добавила Ван Юэюэ.
Каждые десять процентов исследования система оповещала игроков. Прогресс у всех был индивидуальный.
— У меня сейчас сорок процентов. А у вас? — спросила Го Яо. У Ван Юэюэ, которая ходила с ней, было столько же. Ей был интересен прогресс У Лэ-Лэ и Су Чэньяна.
— Сорок, — ответил Су Чэньян.
— Столько же, — сказала У Лэ.
Обновлено: 03.02.2026