В этом мире регистрация таланта — процедура обязательная, но она больше похожа на создание сверхсекретного личного дела.
Талант часто намекает на прошлое, о котором пробужденный предпочел бы не вспоминать — как в случае с Линь Тяньюем и его предсмертной одержимостью.
В компьютерном классе на полную мощь работали кондиционеры. Легкое гудение системных блоков разгоняло жару, принесенную со стадиона.
Друзья заняли соседние места. Экраны вспыхнули, но вместо привычного Линь Тяньюю по прошлой жизни рабочего стола Windows появилось минималистичное диалоговое окно.
В правом нижнем углу пульсировала бледно-голубая сфера.
Это был «Чжэн».
Линь Тяньюй на мгновение замер, глядя на сферу.
Полное название — Проект «Чанчжэн» («Великий поход»). Эта государственная программа автоматизации плановой экономики, запущенная еще в 1980 году, поглотила столько ресурсов и человеческих сил, что проект «Три ущелья» из его памяти казался на её фоне детской поделкой.
Если в его прошлом мире «Три ущелья» были энергетическим сердцем страны, то «Чжэн» и стоящий за ним колоссальный вычислительный кластер стали экономическим фундаментом, позволяющим Поднебесной эффективно функционировать в мире, кишащем монстрами.
— Эй, Чжэн-тян, открой-ка мне форму регистрации таланта.
Ван Минди уже вовсю распоряжался, развалившись в кресле. Он говорил в пустоту с таким видом, будто отдавал приказы домашней прислуге.
— И в примечаниях добавь: «Владелец обладает исключительным даром. Хоть сейчас это и не очевидно, в будущем он непременно станет...»
Пока он болтал, сфера на экране бешено мерцала. В диалоговом окне мгновенно генерировались абзацы высокопарной чепухи, автоматически заполняя графы отчета.
Таков был стиль жизни коренных жителей этого мира: в любой непонятной ситуации обращайся к «Чжэн».
Линь Тяньюй отвел взгляд и положил пальцы на клавиатуру, не вызывая голосового помощника.
Привычным движением он нажал комбинацию клавиш, вызвал спрятанную в углу иконку браузера и вручную вбил адрес: `https://register.talent.edu`.
Enter.
Открылась классическая страница с анкетой. По сравнению с аляпистым интерфейсом Ван Минди, этот примитивный способ заполнения внушал Линь Тяньюю куда больше доверия.
Мазнув взглядом по экрану друга, где уже красовалось сочинение на несколько сотен слов, Линь Тяньюй дернул щекой:
— Ты же говорил, что напишешь только в общих чертах?
— Так это и есть в общих чертах, — Ван Минди наблюдал, как «Чжэн» полирует его бахвальство. — Сплошная вода, всё равно это никто читать не будет.
Линь Тяньюй покачал головой и выбрал в своей анкете самый лаконичный вариант: [Информация скрыта по личным соображениям].
Отправить. Выключить. Встать.
На улице солнце нещадно слепило глаза. Ван Минди пребывал в прекрасном расположении духа и даже напевал какой-то мотивчик.
— Такой довольный? Так что за талант-то? — между делом спросил Линь Тяньюй.
Ван Минди огляделся по сторонам и, убедившись, что лишних ушей нет, прошептал с плохо скрываемой гордостью:
— Связан с воскрешением.
Линь Тяньюй замер:
— Некромантия?
— Не-а, — Ван Минди таинственно улыбнулся и покачал указательным пальцем.
— Тогда это реально мощно, — искренне восхитился Линь Тяньюй.
В этом мире таланты типа «Воскрешение» — ценнейший ресурс. А в сочетании с SSS-рангом это означало не только право на ошибку для самого владельца, но и, возможно, механику массового воскрешения или возрождения без штрафов, что в корне меняло правила игры.
— А у тебя что?
— Да так, ерунда. Просто излишки опыта не пропадают, — соврал Линь Тяньюй. Объяснять концепцию «Беспредельности» было слишком долго и хлопотно.
— И это ты называешь ерундой? — Ван Минди вытаращил глаза. — Ты хоть знаешь, сколько топов застревают на капе перед сменой профессии и с какой болью смотрят на улетающий в никуда опыт? Да это же имба для лейта!
— Ладно, не преувеличивай, — прервал его Линь Тяньюй. Они влились в поток учеников, идущих к столовой. — Решил уже, какой класс выберешь?
— В жрецы точно не пойду, — Ван Минди закинул руки за голову с брезгливой миной. — Не тянет меня на все эти божественные бредни.
Хотя ученые и аналитики предсказывали, что в следующем «обновлении» в мир, скорее всего, придут божества китайского пантеона, Ван Минди был прагматиком. Зачем надеяться на милость богов, когда можно держать судьбу в своих руках?
— Что Древние боги из ранних дополнений, что греческие или скандинавские — все они какие-то мутные, — фыркнул Ван Минди. — Так что я нацелился на Путь Заклинателя или Медиума.
— Заклинатель?
— Ага. Буду изводить мобов ядами и проклятиями, — на его лице заиграла ехидная ухмылка. — Прикинь: у меня в кармане воскрешение, так что я могу играть ва-банк. Навешаю на гада дебаффов, и когда он решит, что я сдох, я просто встану с полным столбом здоровья и продолжу его мучить...
На пике его воодушевленного монолога до них донесся густой аромат свинины в красном соусе.
Ван Минди мгновенно забыл о карьерном росте и потащил друга к дверям столовой:
— Быстрее, а то одни очистки останутся! Сегодня папка угощает, гуляем на все!
Обед прошел в режиме «смести всё со стола».
Сыто вытерев рот, Ван Минди с видом олигарха приложил карту к терминалу. Увидев списание в двадцать юаней, новоиспеченный SSS-ранг даже бровью не повел.
— Благодарю за трапезу, о благодетель, — Линь Тяньюй шутливо поклонился, не испытывая ни малейших угрызений совести.
— Пустяки. Вот разбогатею — будем печень дракона есть. Если, конечно, с того дракона не выпадет что-нибудь поинтереснее для крафта.
У входа в столовую они разошлись. Ван Минди, напевая и чеканя шаг «походкой победителя», отправился в общежитие — скорее всего, принимать поклонение соседей по комнате или, как он выразился, «планировать стратегию развития».
Линь Тяньюй же, засунув руки в карманы, пересек шумный стадион и направился к северной части кампуса.
Здесь располагался жилой сектор для преподавателей, или, как его называли, «семейный двор».
Жилье Линь Тяньюя было особой привилегией. Как вечный отличник и «объект приоритетной государственной поддержки», он получил от школы отдельную комнату в преподавательском корпусе.
Квартирка была крошечной, около тридцати квадратов, но в ней было всё необходимое: свой санузел и две комнаты, которые Линь Тяньюй превратил в спальню и кабинет. В спальне помещалась только кровать, зато это была мягкая двуспальная кровать, а не жесткие нары из ученической общаги. Кровать досталась ему вместе с квартирой — сам бы он такую не потянул.
В кабинете по логике вещей должен был стоять компьютер. Но логика пасовала перед реальностью. Для Линь Тяньюя, которому покупка бумажной книги за пятьдесят юаней казалась роскошью, компьютер был несбыточной мечтой. По той же причине на полках не было личной библиотеки — лишь пара книг, взятых в городской библиотеке.
В Шэньчжэне, как в мегаполисе, библиотечная система работала идеально. Заказываешь книгу через терминал, и через пару дней её привозят в ближайший пункт выдачи. Для бедного студента — просто спасение.
Сегодня он даже не стал брать с собой портфель. Всё равно из-за церемонии Пробуждения объявили каникулы, и учителя были достаточно благоразумны, чтобы не задавать домашку.
Обновлено: 20.02.2026