— Тяжело же он дался.
Прикончив Свиреполикого Даоса, Мочень шумно выдохнул и присел прямо там, где стоял.
Теперь он понимал, как подобные личности умудряются так долго числиться в «Черном списке». Снаряжение с высоким поглощением урона в сочетании с плотной аурой и «Железным Чаном» делали его практически неуязвимым для любого, кто не достиг Сферы Перековки.
Он взглянул на то, что осталось от оружия в его руке. Великолепный меч, сиявший «осенней водой», превратился в бесполезную рукоять – клинок рассыпался на мириады осколков.
«Лазурное Острие» на максимальном пределе создавало такую нагрузку, что первым её принимало само оружие.
Именно поэтому Мочень до сих пор не обзавелся постоянным клинком. Обычная сталь не выдерживала сжатия энергии, а те редкие мечи, что могли это перенести, всё равно оставались одноразовыми.
«Превращать артефакты в расходники?», – от одной этой мысли кошелек Моченя начинал жалобно стонать. В этом мире, где магия сплеталась с боевыми искусствами, хороший меч был не просто инструментом, а гарантией выживания, и стоили они баснословных денег.
Такие траты были не по карману человеку без постоянного дохода, да еще и попаданцу – существу без прошлого, без документов и без связей.
— В какой же квестовой ветке Западного Континента запрятано древнее божественное оружие? — Мочень потер виски, пытаясь выудить хоть что-то из памяти о сюжете игры. — Ладно, на божественный ранг пока замахиваться рано.
Не найдя подходящих зацепок, он решил на время оставить эту мысль.
Тем временем, завидев смерть своего предводителя, уцелевшие бандиты из Лагеря Свирепых Псов бросились врассып. Люди из Торговой палаты Цзюхуа не упустили шанса поквитаться и начали преследование.
Наемники даже не пытались отбиваться – они бежали в ужасе. Мастер, прикончивший их неуязвимого босса, сидел неподалеку, и никто не хотел проверять, не решит ли он добавить их имена в свой список трофеев.
Даже самые преданные приспешники Чжу Яня, помышлявшие о мести, были перебиты охраной каравана еще до того, как успели собраться в группу.
На самом деле, караван Цзюхуа мог бы продержаться под осадой и пять дней – их запасов и охраны хватало. Оборону прорвал лично Свиреполикий Даос, а не его Лагерь.
Пока Мочень размышлял, где бы раздобыть надежный меч, послышались шаги. Он обернулся и первым делом встретился взглядом с глазами глубокими и темными, как лесное озеро.
К нему приближалась женщина в тяжелом платье из черной парчи. Ткань ложилась благородными складками, а вышитые серебряной нитью облака, казалось, оживали при каждом движении. Длинный шлейф плавно скользил по камням, не поднимая ни пылинки. На её поясе покачивалась белая нефритовая подвеска с вырезанными иероглифами «Цзюхуа», выведенными твердой, почти мечной кистью.
Призрачный Лабиринт развеялся, туман отступил, и лучи солнца, пробившиеся сквозь облака, подчеркнули её холодную, аристократичную красоту.
Шень Цинсюань остановилась в трех шагах. Её осанка была безупречна. Она бросила короткий взгляд на обезглавленное тело Чжу Яня, затем посмотрела на Моченя, и в глубине её глаз мелькнуло удивление.
Она никак не ожидала, что грозным мастером, сокрушившим врага, окажется юноша в даосских одеждах, едва достигший совершеннолетия. Более того, Шень Цинсюань была уверена: его лицо не значилось ни в одном из четырех списков известных экспертов.
«Юный гений из скрытой секты? Или великий мастер, решивший поиграть в странника?», – подумала она.
— Шень Цинсюань из Торговой палаты Цзюхуа приветствует вас, — она слегка склонилась, и нефритовая подвеска тихо звякнула. — Примите мою искреннюю благодарность за спасение. Если бы не вы, наставник, сегодня здесь сложили бы головы более сотни моих людей.
— Я просто шел в город Чусян и попал в ваш Призрачный Лабиринт. Видимо, судьба сегодня к вам благосклонна, так что не стоит благодарностей, — Мочень поднялся и протянул ей рукоять. — Прошу прощения, я сломал ваш меч.
— Это всего лишь меч. Если он помог сразить Чжу Яня, значит, сослужил великую службу. Вам не за что извиняться.
Шень Цинсюань даже не взглянула на обломок. Для неё это была мелочь. Ни один разумный человек не стал бы предъявлять претензии мастеру, способному стереть в порошок пятьдесят девятого номера «Черного списка». Торговая палата слишком хорошо знала цену жизням и цену могуществу.
Откровенно говоря, до вмешательства Моченя Шень Цинсюань всерьез подумывала о самоубийстве. Стать «женой» в логове Даоса было участью страшнее смерти: по слухам, несчастные там не жили дольше полугода, а их тела после находили в ужасающем состоянии.
Мочень заметно расслабился, услышав, что претензий не будет. Он уже сталкивался в «Ином Мире» с неадекватными NPC, которые после спасения умудрялись обвинять героя в медлительности или требовать компенсацию за сломанный инвентарь. Те случаи оставили неприятный осадок, и он был рад, что не придется пачкать руки снова.
— Наставник упомянул, что держит путь в город Чусян, — Шень Цинсюань мягко улыбнулась. — Нам по пути. Цзюхуа как раз нуждается в мастере, способном присмотреть за караваном. Если вы не побрезгуете нашим обществом, мы были бы польщены. По прибытии в Чусян я сочту за честь отблагодарить вас как подобает.
— Я согласен.
Мочень ответил без тени сомнения. Во-первых, караван – это отличный источник информации о Чусяне и делах империи Дагань. Во-вторых, это комфорт: еда, костер и отсутствие бытовых хлопот.
Но главное – Чжу Яня кто-то нанял. И личность заказчика обещала быть крайне интересной темой.
Мочень хорошо знал свою Систему. Чтобы получать очки Кармы, нужно было «мутить воду» – встревать во всё подряд и забираться в самую гущу событий. Он был из тех, кто, увидев чашу с сомнительным варевом, обязательно попробует его на вкус, напишет подробный отзыв и выложит его на всеобщее обозрение.
Шень Цинсюань даже растерялась на мгновение от такой прямоты.
Не обращая внимания на её замешательство, Мочень развернулся, чтобы забрать Вень Чжицзинь. — У меня там спутница отстала, я приведу её. И еще…
Он указал пальцем на то, что осталось от Чжу Яня. — Пусть ваши люди снимут с него это алое платье и хорошенько отстирают.
Артефакт хоть и был пробит, но всё еще стоил кучу золота. А Мочень, при его вечно пустом кошельке, не привык разбрасываться ценным лутом.
Обновлено: 12.07.2026