Глава 46 — Глава 46 На удачу.

Глава 46 На удачу. - О чем вы говорите, учитель? - спросила малышка Юань'эр. - Ни о чем. - Лу Чжоу выбросил из головы ненужные мысли, медленно повернулся и оглядел всех присутствующих. У него было такое ощущение, словно все, кого он видел, говорили ему: «Спасибо за попытку!» Малышка Юань’эр видела, что ее учитель недоволен, поэтому она игриво рассмеялась и произнесла: - Не сердитесь, учитель, я убила всех захватчиков. Если вы все еще недовольны, я могу вернуться и проткнуть их тела еще несколько раз своим ножом. Чжоу Цзифэн: - ???? Лу Чжоу поднял руку и негромко спросил: - Где Четвертый? - Четвертый тяжело ранен, но благодаря этому он получил редкую возможность. Он находится под защитой леса и не может прийти к вам, учитель, - ответил Дуаньму Шэн, волоча за собой цепь. Лу Чжоу произнес: - Никто не должен приближаться к лесу в течение семи дней. - Минши Иню потребуется семь дней, чтобы прорваться под защитой леса. Если этот процесс прервется, то он уже никогда не сможет войти в сферу Зарождения Божественного Треволнения. Е Тяньсинь посмотрела в глаза Лу Чжоу и неодобрительно сказала: - Не нужно лицемерить. Я уверена, что ты подкрадешься к нему посреди ночи и дашь ему пощечину. Лу Чжоу проигнорировал ее и произнес безразличным голосом: - Юань’эр! - Да, учитель? - Помести ее в заднюю часть горы, пусть она постоит лицом к стене и поразмышляет над своим проступком. - Да, учитель! - Малышка Юань’эр подошла к Е Тяньсинь и схватила ее. Е Тяньсинь задрожала при мысли о холодном и одиноком месте в глубине горы. Она хотела сопротивляться, но ее даньтянь был пуст, и она не могла собрать даже крупицу энергии. После этого взгляд Лу Чжоу переместился на Чжоу Цзифэна, который тут же встал на колени и почтительно произнес: - Старший, я готов присоединиться к горе Золотой Двор. Пожалуйста, возьмите меня в ученики! Лу Чжоу не думал о том, чтобы взять себе ученика с тех пор, как попал в этот мир. Как он узнал, старый злодей был на пике своей культивации, когда начал принимать учеников. С его нынешней культивацией нельзя было гарантировать, что он не возьмет в ученики амбициозных и коварных людей. Более того, от девяти учеников у него уже болела голова, и у него не было лишней энергии, чтобы обучать других людей. «Яркая луна сияет над морем; издалека мы разделяем этот момент вместе...» - подумал он о стихотворении, которое старый злодей использовал для поиска учеников. Оставалось последнее место, которое нужно было заполнить. Лу Чжоу удивился тому, что старый злодей не заполнил его, но это уже было не важно. - Ты обладаешь хорошим талантом, но, к сожалению, ты культивировал Дао Меча секты Небесного Меча. Если ты сейчас перейдешь на другую технику культивирования, то получишь лишь половину результата, приложив вдвое больше усилий, - произнес Лу Чжоу. Его мысль была ясна: он не возьмет Чжоу Цзифэна в ученики. - Старший... - Чжоу Цзифэн попытался надавить на жалость, скорчив жалкое выражение лица. Лу Чжоу медленно поднял руку и остановил его, после чего взял со стола книгу и бросил ее перед ним. - Это техника Древнего Меча Единого секты Небесного Меча. С твоим талантом тебе не составит труда овладеть ею. Глаза Чжоу Цзифэна расширились, и он с волнением посмотрел на книгу. Когда-то он был старшим учеником секты Небесного Меча и, разумеется, понимал значение этой книги. Техника Древнего Меча Единого всегда передавалась от учителя к ученикам. Обучение велось по уровням, и только когда ученики осваивали первый уровень, учитель переходил ко второму уровню. Хотя Чжоу Цзифэн почти полностью овладел этой техникой, Ло Чанфэн так и не научил его всем приемам меча. Такое явление существовало не только в секте Небесного Меча, но и в других праведных сектах мира. Все считали это традицией, а ученики - нормальным явлением, поэтому никто никогда не задавался этим вопросом. Чжоу Цзифэн никогда не думал, что Лу Чжоу бросит ему технику меча, которая в секте Небесного Меча считалась драгоценным сокровищем, словно она была чем-то бесполезным. Как он мог не обрадоваться? С техникой меча ему не нужно будет беспокоиться о том, что он не достигнет сферы Зарождения Божественного Треволнения! - Спасибо, старший! Спасибо! - Чжоу Цзифэн взял книгу обеими руками и так рьяно коснулся лбом земли, что раздался громкий звук. Дуаньму Шэн произнес: - Поскольку ты не являешься учеником Павильона Злого Неба, с этого момента ты будешь обращаться к моему учителю - лорд Павильона. - Я понял! - почтительно произнес Чжоу Цзифэн. - В Павильоне Злого Неба есть много помещений. Кроме Восточного павильона и Южного павильона, ты можешь выбрать себе любое место для проживания. - Я понял. - Теперь ты можешь покинуть нас. Сжимая в руках книгу, Чжоу Цзифэн поклонился и вышел из Павильона Злого Неба. Лу Чжоу слегка кивнул. Было видно, что Дуаньму Шэн более опытен в управлении учениками. Когда Чжоу Цзифэн ушел, Дуаньму Шэн поклонился и произнес:  - Учитель, Чжоу Цзифэн все же ученик секты Небесного Меча... У Лу Чжоу ушло бы слишком много времени на то, чтобы рассказать Дуаньму Шэну о родителях Чжоу Цзифэна и убийстве его отца. Это было слишком хлопотно, поэтому он просто махнул рукой и произнес: - У меня есть свои планы. - Я понимаю, учитель. - Дуаньму Шэн не посмел возразить. Лу Чжоу посмотреть на цепь вокруг Дуаньму Шэна, после чего развернулся и пошел в сторону Павильона Злого Неба. Дуаньму Шэн собирался что-то сказать, когда услышал невнятное бормотание учителя: - ...удача должна была измениться... Он быстро опустился на колени и произнес: - Хорошего отдыха, учитель. - Когда он поднял голову, учитель уже ушел. Он вытер со щеки пот и потянулся за цепью, охватывающей его тело. Он думал о том, чтобы попросить Лу Чжоу снять цепь, но, похоже, пока ему придется походить с ней. Дуаньму Шэн понял, что безразличное отношение учителя к ученикам не изменилось. Заперев Е Тяньсинь в глубине горы, малышка Юань’эр вернулась в Павильон Злого Неба. Она не застала учителя, а увидела лишь третьего старшего брата, вздыхающего с печальным лицом. - Что случилось, старший брат? - спросила она. Дуаньму Шэн махнул рукой. - Ничего. Мне просто кажется, что учитель выглядит немного рассеянным. - Рассеянным? Учитель попросил тебя что-нибудь сделать? - Нет,  но он кое-что сказал. - Что именно? - Кажется, у учителя кружится голова, - ответил Дуаньму Шэн. [1] Кружится голова? Малышка Юань’эр кивнула. - Должно быть, у учителя кружится голова из-за поездок на Витзарде. В конце концов, он уже стар. - В этом есть смысл. - Старший брат, как нам поступить с предательницей? - Мы обсудим это после того, как Четвертый преодолеет треволнение, ведь он самый умный среди нас. Если предательница не будет наказана, как мы сможем снова встретиться с учителем? - сурово произнес Дуаньму Шэн. - Я не могу понять одного, старший брат. Она ведь дезертировала из секты, но почему она все еще хочет убить учителя? - малышка Юань’эр ощутила злость при одной мысли об этом. Дуаньму Шэн ответил со вздохом: - Младшая сестра Тяньсинь действительно несчастная девушка... - Несчастная? - Малышка Юань’эр подняла обе руки и направила указательные пальцы друг в друга, сказав: - Я тоже очень несчастна... Дуаньму Шэн потерял дар речи. - Я собираюсь залечить свои раны. Оставляю это место на тебя. - Хорошо! Береги себя, старший брат! ... Лу Чжоу посмотрел на оставшиеся очки заслуг в интерфейсе системы. Он потратил три тысячи очков на лотерею, поэтому у него осталось одна тысяча пятьсот сорок очков. За это время у него накопилось шестьдесят очков удачи. Он подумал, не стоит ли попробовать еще раз. Ему действительно не везло.  - Лотерея. Динь! Лотерея стоит 50 очков заслуг. Спасибо за попытку, вы получили 1 очко удачи. Теперь у него было шестьдесят одно очко удачи. - Ладно! Лу Чжоу был предельно спокоен. Он решил остановиться, подумав, что нужно вымыть руки, прежде чем попытаться снова. Вдруг он вспомнил о ряби, которую видел, когда читал Небесные Письмена в резиденции семьи Цы, и сказал себе: - Я прочитаю Небесные Письмена, чтобы изменить свою удачу.... Примечание: Лу Чжоу сказал: «удача должна была измениться». В китайском языке изменение - это «чжуань», а удача – «юнь». Однако вращение - это тоже «чжуань», и головокружение – «юнь». Когда Дуаньму Шэн услышал это, он подумал, что у Лу Чжоу кружится голова.