По крайней мере, из ответов Снейпа, – неважно, были ли среди них неверные, – Антони понял, что эти ингредиенты не содержат в себе тёмной магии. Он спокойно спросил:
– Как ты это определил?
– По способу хранения. Конечно, тебе этого не понять, – Снейп явно был чем-то обеспокоен. – Очередной студент занимается дополнительными занятиями, а прилежный Профессор Маггловедения - он многозначительно выделил последнее слово, - использует это как тему для исследования?
– Имя в обмен на имя, Снейп, – предложил Антони. – Скажи мне, что это за зелье, и я скажу тебе, кто это.
– Не ожидаю, что ты поймёшь тонкости приготовления, но даже ты должен понимать, что по одному лишь списку ингредиентов невозможно определить, что это за зелье! – прошипел Снейп. – Назови мне имя, Антони.
– Тогда хотя бы список возможных зелий, – настаивал Антони. – А потом я назову тебе имя, обещаю.
– Обещаешь? Почему бы тебе сначала не назвать имя? – холодно спросил Снейп.
Антони скептично посмотрел на Декана Слизерина, а потом пожал плечами, намекая, чтобы тот сам сравнил их репутацию. Лицо Снейпа помрачнело ещё сильнее.
– Если бы ты знал, сколько возможных вариантом стоит за этой… Простой комбинацией, – холодно сказал он.
Антони не ответил прямо, а вытащил пустой стеклянный флакон:
– На самом деле, у меня есть образец запаха.
Но он отказался от этой идеи, как только понял, что Снейп варит зелье. Он и не надеялся, что тот сможет что-то учуять в кабинете, полном запахов зелий...
Снейп вдруг выхватил флакон из его пальцев, вытащил пробку и сунул под свой крючковатый нос, глубоко вдохнув. На его лице появилось удовлетворение:
– Успокоительное.
– Успокоительное?
– Снимает тревогу и всё такое… К твоему разочарованию, совершенно легально, Антони.
Антони нахмурился. Неужели Трейси уже нуждалась в лекарствах, чтобы оставаться в стабильном состоянии?
– Имя, – напомнил Снейп, но, похоже, уже не особо заботясь об этом. Он длинной серебряной ложкой перелил зелье в хрустальный флакон и стал разглядывать его на свету.
– Трейси Дэвис… – произнёс Антони. – Думаю, у неё сейчас не лучшие времена. Похоже, она сама варит себе зелья. Присмотри за ней, ладно? – он беспомощно покачал головой. – Твой факультет… Очень сложный. Дэвис может понадобиться помощь.
Снейп повернулся к нему, приподняв брови:
– Не понимаю, о чём ты говоришь. На мой взгляд, мисс Дэвис прекрасно о себе заботится.
– Она сама варит себе успокоительное зелье, а ты называешь это «прекрасно»? – удивился Антони.
– А разве она не нашла способ справляться со своими эмоциональными проблемами? – с наигранным удивлением переспросил Снейп.
– Это не просто эмоциональные проблемы, Снейп. Если позволишь сказать правду, то многие ученики твоего факультета испытывают не по годам сильное давление – со стороны общества, семьи, однокурсников как со своего факультета, так и с других. Что случилось с Дэвис? Она полукровка, её не ценят в семье, поэтому даже чистокровки на первом курсе могут…
– Хватит, Антони, – перебил его Снейп. – Не надо делать вид, что ты знаешь Слизерин.
– Возможно, я и не знаю Слизерин, – не сдавался Антони, – но я знаю, что это опасно!
– Опасно? – Снейп говорил скользким тоном. – Не вижу, в чём опасность, Профессор Антони. Все живы и здоровы. Разве это не соответствует твоим требованиям?
Антони вздохнул:
– Да, жизнь важна, но мы можем стремиться к большему. Я хочу, чтобы они жили счастливо и в будущем. Если ты хочешь, чтобы я выражался яснее, то при таком положении дел я боюсь, что твои ученики либо покончат с собой, либо убьют кого-нибудь.
– Прошу прощения, но только не говори, что ты обвиняешь в этом меня? – произнёс Снейп. – Хочешь узнать уровень смертности на Слизерине до моего назначения? А теперь угадай, каков он с тех пор, как я стал Деканом?
– Извини, я слишком резко выразился, – тут же извинился Антони. – Просто… Просто я знаю, каким должно быть нормальное детство.
– Очень самоуверенно, не находишь? – Снейп прищурился. – Ты… Ничего… Не… понимаешь… – процедил он, едва разжимая губ. Декан резко поставил хрустальный флакон на стол и злобно сказал: – Что такое нормальное детство? Мама поёт колыбельную перед сном? Зубная фея прилетает за выпавшими зубами? Ты думаешь, Хогвартс – это такое место?
– Хогвартс – это школа, единственная Магическая Школа во всей Британии! – ответил Антони. – Кроме того, это школа-интернат. В ней учатся дети от одиннадцати до семнадцати лет, а это практически самый важный период в жизни человека. Если ученики не могут найти здесь убежища, то где же им ещё его искать?
– Они должны искать его в себе, – угрожающе произнёс Снейп. – Думаешь, ты поступаешь правильно? Как наседка, защищаешь всех своих цыплят… Говорю тебе, Антони, на Слизерине это не пройдёт. Мы хищники. И если не хочешь быть съеденным, лучше бы тебе побыстрее к этому привыкнуть… Я не вижу никаких проблем с Дэвис.
– Мне интересно, ты ведь на самом деле так думаешь… – медленно произнёс Антони. Внезапно он кое-что вспомнил. – Ты же ходил к Кевину домой? Кевину Джонсу? Будущему первокурснику Хогвартса? Посмотри на Кевина, Снейп, вот это нормальное детство.
Снейп явно вспомнил, о ком идёт речь. Он усмехнулся:
– Это не норма, Антони, это просто удачное стечение обстоятельств.
Антони нахмурился, глядя на него. Почему-то Снейп говорил с ненавистью и завистью.
– Конечно, для тебя это норма… – с горечью произнёс Снейп. – Любящие родители, не так ли? Всегда готовы поддержать и помочь, а если что-то случается, можно просто прийти домой, устроить истерику, а потом проснуться, и все проблемы решены… Как самонадеянно, Антони, как самонадеянно.
Казалось, он долго сдерживал эти слова. Будто выплюнул их. В стоящем рядом котле на медленном огне булькала вязкая жидкость, превратившись в зловещую смесь тёмно-синего и фиолетового. Снейп выругался и резко стукнул по котлу, прерывая варку.
Антони промолчал. И хотя его детство, возможно, и отличалось от того, что представлял себе Снейп, он действительно считал его счастливым. Несмотря на то, что родители его умерли рано, его бабушка и дедушка сделали всё, что было в их силах.
У него не было причин не верить в то, что он был счастлив.
Обновлено: 10.04.2026