Студенты стояли на твёрдой булыжной мостовой у вокзала, с опаской наблюдая за удаляющимся автобусом "Ночной рыцарь". Несколько девушек поправляли причёски. Все они уже успели преобразиться в магглов, причём многие выбрали очень похожие образы — Антони подозревал, что они просто копировали первые несколько групп, но не стал вдаваться в подробности. Сам он решил, что ни за что не станет снова пытаться трансфигурировать в трясущемся автобусе.
— Мерлин свидетель, больше никогда в жизни! — поклялась одна из студенток. — Чуть мозги не вытряхнулись.
— А меня мотало, как… Ну, как слизняка с усиками в котле, когда его мешают по часовой стрелке, — добавила другая. — Теперь мне их даже немного жаль.
— Но зато этот автобус может доставить куда угодно, по крайней мере в пределах Британии, — вступил в разговор Антони, сверившись со списком и убедившись, что все на месте. — К тому же, вызов автобуса не считается использованием магии. Если только во время ожидания вы не дадите магглам повода заинтересоваться вашими палочками, проблем с Международным Статутом о Секретности или Указом об обоснованном ограничении волшебства несовершеннолетних не будет. Итак, ещё раз проверьте свои вещи, мы идём на вокзал.
Они обогнули статую и окунулись в толпу. Вокзал кишел людьми — одни, с чемоданами в руках, решительно и быстро шли к своей цели, другие неспешно слонялись по платформе с таким растерянным видом, словно сами не понимали, как здесь оказались. Бородатый бездомный в лёгкой, изношенной обуви, не спасавшей от холода, шаркал от одной скамейки к другой. За их спинами уличный музыкант играл на аккордеоне, в открытом футляре которого лежали мятые купюры и несколько поблёскивающих монет.
— Держитесь вместе, но если всё-таки потеряетесь, главное — не паникуйте, — напутствовал Антони. — Томас, вернитесь!
— Но, Профессор, там нарисован зуб с глазом! — возразил Томас.
— Это реклама стоматологической клиники… Платформа 5… Дантист? Дантист — это… Ну, тот, кто лечит зубы. Итак, мы на месте.
— Как интересно, — произнесла одна из студенток, с провинциальным любопытством разглядывая вокзал. — Может, с первого взгляда и не скажешь, но на самом деле он очень похож на Кингс-Кросс.
Антони кивнул:
— Да, и находятся они совсем рядом.
— А почему мы тогда не пошли на Кингс-Кросс? — пробормотала студентка, стоявшая рядом с ним.
— Потому что поезд, на котором мы поедем, не останавливается на Кингс-Кроссе, — объяснил ей Антони.
— М-м… Ладно, Профессор, — отозвалась студентка, всё ещё немного сбитая с толку.
Пятикурсник, стоявший неподалёку, повернулся к ним:
— Дело в том, что поезда бывают разные — не только в разные стороны ездят, но и на разных станциях останавливаются. Не то, что наш Хогвартс-Экспресс.
— А ещё бывает, что поезд проезжает станцию, но не останавливается, — вставил Томас.
Пятикурсник кивнул, подтверждая его слова:
— Да, я и сам не так давно это понял. Поезда ездят кругами, останавливаются там, где тебе не надо… Не то что… Ну, камины, — последние слова он произнёс так тихо, что Антони с трудом его расслышал.
— Понятно. Значит, здешние поезда скорее похожи на лифты, — заключила студентка, задавшая вопрос. — Даже если мне нужно на седьмой этаж, он всё равно остановится на четвёртом.
— Отличная аналогия, — похвалил Антони. Волшебники имели весьма смутное представление об общественном транспорте, и он был приятно удивлён, что студентка вспомнила о лифте в Министерстве Магии.
Конечно, у волшебников были волшебный автобус (носившийся по миру с невероятной скоростью по совершенно невообразимому маршруту) и Хогвартс-Экспресс (скорее похожий на паром, курсирующий между Кингс-Кроссом и Хогвартсом), но при этом у них были и гораздо более удобные способы перемещения — трансгрессия, порталы и летучая сеть. И ни один из них не требовал ни ожидания, ни движения в объезд.
Именно поэтому ему приходилось то и дело проходить по вагону, напоминая студентам: «Ещё не время», «Это не наша остановка» или «Выходим в следующий раз», когда открывались двери.
После поездки на автобусе никто не жаловался на относительно медленный поезд. Удобно устроившись у окон, студенты с почти благодарностью наблюдали, как город постепенно исчезает из виду, а перед ними расстилаются бескрайние просторы полей и ферм. Под мерный стук колёс они, наконец, расслабились, с облегчением встали с мест и принялись с любопытством осматриваться.
Антони только что строго велел одному студенту убрать палец от кнопки аварийного тормоза, как услышал голос другого:
— Там есть вагон, где сиденья пошире, и народу почти нет. Мы… — Он будто бы только что заметил Антони. — Можно нам пересесть туда, Профессор?
— Что за вагон? — с любопытством спросил Антони и вскоре, ведомый воодушевлённым студентом, оказался в вагоне первого класса.
Несколько студентов уже расселись в широких, удобных креслах, на столиках перед ними лежали сладости или игры. Пассажиры украдкой, но вполне недвусмысленно разглядывали их из-за газет или искоса, раздумывая, не стоит ли напомнить им о табличке с огромной цифрой «1» на окне.
— Прошу прощения, — извинился Антони перед остальными пассажирами и тихонько сказал студентам: — Идёмте со мной, это не наш вагон.
— Почему, Профессор?
— Потом объясню, — ответил Антони. — И кстати, у тебя шнурок развязался.
Это был условный сигнал, означавший: «У тебя торчит волшебная палочка». Хаффлпаффец ахнул и поглубже засунул палочку в карман, после чего вышел из вагона вслед за Антони.
— А почему нам нельзя там сидеть? — обиженно спросил один из студентов.
Антони потратил некоторое время, объясняя им разницу между первым и вторым классом. Когда он уже описал стоимость билетов и перевёл её в волшебную валюту, один из студентов изумлённо спросил:
— Что, за билеты нужно платить?
Антони удивлённо посмотрел на него, остальные студенты тоже уставились на однокурсницу с недоверием.
— Я думала, билеты просто выдают, — пояснила она. — Как на Хогвартс-Экспресс.
— Мисс Дельт, — обратился к ней Антони, — на проверочной работе по транспорту вы отвечали не так.
— Простите, Профессор Антони, — смущённо пробормотала Зельма. — Просто в тот день со мной рядом сидел Седрик.
Антони покачал головой:
— Может, мне стоит попросить, чтобы нам выдали самопишущие перья?
Их пункт назначения разительно отличался от Лондона — и дело было не только в пасмурной погоде, которая была одинаковой в обоих местах. Викторианские здания перемежались с бетонными и стальными конструкциями, а строгие, современные дома словно кричали о том, что это промышленный район. В воздухе витал незнакомый запах…
Выйдя с вокзала, Антони отвёл студентов пообедать в ближайший ресторан. Когда он предложил им самим выбрать место, часть студентов соблазнилась экзотическими ароматами, доносившимися из индийского ресторанчика, а другая часть захотела есть в переполненной закусочной с вывеской «Fish & Chips» по соседству. Поскольку прийти к общему знаменателю им никак не удавалось, Антони объявил, что они пойдут в китайское бистро, расположенное как раз между этими двумя заведениями.
И хотя аппетитные ароматы индийской, китайской, мексиканской, турецкой и многих других кухонь мира уже давно завоевали сердца (и желудки) магглов по всей Британии, китайское бистро явно было в новинку для магической части населения.
И красные с золотом бумажные фонарики, и большие круглые деревянные столы, застеленные ярко-красными скатертями — всё это вызывало у студентов один и тот же вопрос, который Томас, наклонившись к Антони, задал шёпотом:
— А они тоже из Гриффиндора?
Кроме того, всё здесь было для них в диковинку — и аромат жареного, витавший в воздухе, и шипение масла, доносившееся из кухни, и грохот сковородок, и посетители, которые подходили к стойке, забирали свои заказы и уходили… Студенты с любопытством разглядывали аквариум у входа, а потом принялись за меню, пытаясь понять названия незнакомых блюд.
— Что такое «динг… сан»?
— Звучит как какое-нибудь заклинание, — прошептал кто-то. — Да и всё меню похоже на сборник абракадабры.
— Ну, кое-что и понять можно, — возразил кто-то ещё. — Курица в кисло-сладком соусе… Креветки… Что-то там… В чёрных бобах… Фу.
— Вот это и есть абракадабра. Может, всё-таки пойдём есть фиш-энд-чипс?
Но поскольку они уже сидели за столом, то всё же сделали заказ — в основном, лапшу с говядиной и жареный рис, которые, судя по меню, пользовались наибольшей популярностью. Несколько студентов решили попробовать весенние рулетики и хрустящую утку (одна из студенток призналась, что слышала о них от Чжоу), а Антони, по совету официанта, добавил к заказу курицу в кисло-сладком соусе, кальмары с перцем и солью, креветки в кляре и пельмени по-пекински.
Блюда подавали невероятно быстро. Официант сновал туда-сюда, и в мгновение ока весь стол был уставлен фарфоровыми тарелками и мисками.
Лапша пришлась по вкусу практически всем, курица в кисло-сладком соусе также пользовалась большим успехом. Весенние рулетики понравились студентам больше, чем жареные пельмени, но и те были съедены за пять минут. А вот чайник, стоявший на другой стороне стола, оставался практически нетронутым — только Антони время от времени наливал себе чашку.
— Вот бы съездить в Китай, — мечтательно произнёс один из студентов, разглядывая палочки, лежавшие большой связкой в бамбуковой подставке. — Там бы никто не стал удивляться моим «развязанным шнуркам». Подумали бы, что я просто не умею ими пользоваться.
— А если попросить мистера Олливандера, чтобы он сделал тебе «шнурки» в виде шампуров для шашлыка, то с ними вообще можно ходить где угодно, — подхватил его сосед. — Будут думать, что ты просто очень любишь шашлык.
— Будешь ещё заметнее с этими шампурами, чем с гладкой палочкой, поверь мне, — возразил третий студент. — Только если ты действительно будешь ходить с нанизанным на них мясом и есть его на ходу.
На выходе все получили по печенью счастья. Антони, занятый подсчётом студентов, не заметил, как Тед запихнул печенье целиком в рот. Тут же раздался вопль.
— Ой! Тьфу! — воскликнул Томас. — Что это было?
Все уставились на него, наблюдая, как он, морщась, вытаскивает изо рта маленький белый свёрток.
Антони рассмеялся:
— Это печенье счастья, Тед. В каждом таком печенье записка с каким-нибудь советом, напутствием или просто шуткой. Какое тебе попадётся — дело случая.
— Давай посмотрим, Тед! — поддержали его остальные студенты.
Томас, сморщив нос, развернул записку:
— «Рецепт счастья: рай, море или ещё одно печенье». — Он покачал головой. — Не уверен, что хочу ещё одно.
Другому студенту попался совет «Не ешь бумагу», которым он и поделился с Томасом. Пока Томас возмущённо ворчал, печенье счастья предсказало будущее Зельмы: «Через час тебе снова захочется есть».
— Ну вот, теперь ты знаешь, что тебя ждёт, — сказал Антони, убирая список.
— Это настоящее гадание или нет? — спросил один из студентов, заглядывая в записку Зельмы. — Ведь здесь не было ни чайных листьев, ни хрустального шара, ни карт Таро.
— Это вполне логичное предположение — люди довольно часто хотят есть, — ответил Антони. — Итак, леди и джентльмены, нам сюда. Если повезёт, то к часу мы будем на фабрике.
— А что вам попалось, Профессор? — спросила Клэр. Все студенты с любопытством обступили его.
— Давайте посмотрим, — согласился Антони и разломил печенье. — «Ваши счастливые числа — 58 и 59».
— О-о, — разочарованно протянул кто-то. — Как неинтересно.
Антони отправил печенье в рот, пожал плечами и повёл студентов к автобусной остановке.
— Ура, здесь места закреплены! — обрадовалась Зельма, забираясь в маггловский автобус. Водитель удивлённо посмотрел на неё.
Предыдущий автобус они, к сожалению, пропустили, и всё потому, что все решили попробовать купить билеты в автомате.
Антони собирался купить все семнадцать билетов сразу, но в итоге простоял у автомата полчаса, извиняясь перед другими пассажирами и прося их воспользоваться соседним автоматом, а заодно пытаясь помешать растерянным студентам засунуть кнаты в монетоприёмник.
— А ещё здесь полно поручней, — с благодарностью в голосе произнесла другая студентка, опираясь на спинку сиденья, словно у неё разламывались суставы. Пассажиры сочувственно посмотрели на неё — до тех пор, пока она не вскочила на последние ступеньки и не плюхнулась на сиденье рядом с Зельмой. — И все поручни такие надёжные.
Антони с улыбкой наблюдал, как студенты осторожно устраиваются на сиденьях, словно готовясь к головокружительной поездке на американских горках. Двигатель автобуса заурчал, раздался скрежет, и после продолжительного вздоха автобус тронулся с места, чтобы тут же, на самой что ни на есть безопасной и законопослушной скорости, влиться в поток машин.
Пару остановок спустя студенты, наконец, разжали пальцы, которыми до этого вцепились в поручни, и на их лицах расцвели недоверчивые улыбки.
— Здорово! — воскликнул Томас, глядя из окна на легковушки, ехавшие рядом. — Намного лучше, чем я думал!
— Зря я так мало съел, — с сожалением проговорил сидевший рядом с ним студент.
— Не расстраивайся, — успокоил его Антони. — У тебя ещё будет время, чтобы наесться шоколада.
Обновлено: 10.04.2026