Глава 66 — Глава 66

Глава 66: Сюй Мэй дома? Если бы Сюй Мэй слышала их разговор, она бы поняла значение сообщения «Прости!». На самом деле, извинения – очень странная штука. Когда вы извиняетесь, вам кажется, что этого недостаточно, а когда не извиняетесь – то терзаете свою душу. В данный момент Е Цзе было очень стыдно за себя. Ему казалось, что он будет винить себя всю оставшуюся жизнь. Не всегда слова и действия являются единственным, за что нужно сожалеть. Мысли тоже имеют не малое значение, так как именно они побуждают нас ко всему. Е Чжун сел рядом со своим старшим братом и похлопал его по плечу: «Братан, так что все же случилось прошлой ночью?». Е Цзе молча показал ему еще и фотографии документов, которые прислали ему вчера. Е Чжун был ошеломлен тем, что за долго время его брат был впервые искренен и честен ним. Но, когда он увидел фотографии документов, то был еще больше ошеломлен: «Братан, она провела в этом месте четыре года?». Е Цзе вздохнул: «Ты ведь должен понимать, что четыре года – это большой строк. Если сейчас мне предложат там провести хотя бы день, я бы точно сошел с ума. Я бы не смог выдержать. А она… она ведь такая спокойная и безмятежная. Даже если это просто маска, страшно представить, через что она прошла. Е Чжен понимающе кивнул, после чего спросил, что его брат собирается делать дальше. Е Цзе сказал: «Я подожду, пока она откроется и расскажет мне обо всем сама. Я хотел ее расспросить обо всем, но не смог. Я видел ее и доброй, и нежной, и даже раздраженной, но вчера я увидел такое, чего бы не хотел увидеть снова». Говоря это, он вспомнил дрожащее тело Сюй Мэй ночью. Они еще долгое время разговаривали, как вдруг кто-то позвонил в дверь. Е Чжун решил пойти и открыть ее. Вскоре в дом вошел величественный мужчина: «Сюй Мэй дома?». Е Чжун кивнул, после чего Лин Шэнь вошел внутрь. Е Чжун собирался уже закрыть дверь, как вдруг послышал другой мужской голос: «Эй, подожди». К нему бежал мужчина в кожаной куртке и джинсах. Он тяжело дышал. Восстановив дыхание, он спросил: «Сюй Мэй дома, верно?». Е Чжун снова кивнул, после чего тот парень, У Ван тоже вбежал внутрь. Е Чжун закрыл дверь, как вдруг буквально через минуту снова прозвучал звонок. Е Чжун открыл дверь и хотел возмутиться, но люди перед ними выглядели очень угрожающе, что заставило его забыть все слова в голове. Хэ Цзянь спросил: «Сюй Мэй дома?». Рядом с ним стоял Ли Цяо. Е Чжун удивленно смотрел на них и инстинктивно кивнул. После и эти двое вошли внутрь. У всех этих мужчин была разная аура, но все они навеивали холод и страх. Е Цзе стоял перед Лин Шэнем и У Ваном, как преступник перед судьей. У Ван подошел к Е Цзе: «Вы! Ты что-то сделал, верно?». В этот момент Е Цзе просто хотелось спрятаться от этих людей. Он вспомнил, как У Ван собирался ему выкопать могилу. От этих воспоминаний у него пробежала дрожь по телу. Лин Шэнь положил руку У Вану на плечо, удерживая его и сказал: «Ван, не подходи!». После этого он повернулся к Е Цзе и спросил, где Сюй Мэй. Е Цзе ответил, что Сюй Мэй на кухне. Хэ Цзянь нахмурился: «То есть, мистер Е Цзе, вы хотите сказать, что моя Сяо Мэй вчера еще лежала в больнице, а сегодня вы отправили ее на кухню?». Обычно этот человек был немногословным, поэтому, услышав, что он сказал столько слов за один раз, Е Цзе понял, что ситуация слишком ужасная. Он ведь и сам не хотел, что бы она шла на кухню, но и против своей матери он тоже не мог пойти. Е Цзе ответил: «Я не просил ее об этом». По сути, он сказал правду, но ему никто не поверил. Е Чжун попытался защитить своего брата, поэтому вступил в разговор: «Это действительно не вина брата. К нему неожиданно пришла мама и попросила свою невестку приготовить им обед. Невестка согласилась. Ее никто не заставлял». У Ван нахмурился: «Где кухня?». Е Цзе сразу же указал в сторону кухни. После этого все четверо оставили Е Цзе и Е Чжуна одних в гостиной. Глядя им в спину, Е Чжун вздрогнул: «Они такие страшные». Е Цзе ответил: «Не такие уж и страшные, но с ними нужно быть осторожными». После этого они вернулись в сад обратно к родителям. Ли Цяо, У Ван, Лин Шэнь и Хэ Цзянь тем временем стояли на кухне и смотрели на свою драгоценную Сюй Мэй, которая стояла в фартуке и черпаком что-то помешивала в кастрюле. Они сразу же обратили внимание на то, что ее кожа была бледной, а на шее и руке виднелись царапины. Для них это было ужасное зрелище. Даже Е Цзе не заметил, что ее правая рука распухла. Как оказалось, когда Сюй Лицин схватила вчера Сюй Мэй за руку, то приложила много силы, из-за чего на нежной белой коже появилось уродливое синее пятно. У Ван жалобно посмотрел на нее и позвал: «Милая Мэй». Подняв глаза. Сюй Мэй была ошеломлена.