В полдень у Восточных ворот Университета Циньдао, в «Барбекю у Янь», Чэнь Янь, Юй Цяоцяо и Чжао Ин снова собрались вместе.
После искренних извинений в СМС и звонка с приглашением Юй Цяоцяо ничего не оставалось, кроме как снова согласиться на встречу. Конечно, еда была делом десятым – прежде всего она хотела во всем разобраться и вернуть подарки.
На этот раз Чэнь Янь заказал не шашлычки, а несколько обычных горячих блюд. Когда подали холодные закуски, он, жестом приглашая девушек угощаться, искренне произнес:
— Цяоцяо, мне правда очень жаль.
Юй Цяоцяо посмотрела на него своими огромными глазами, пару раз хлопнула ресницами и спросила:
— Что вообще происходит? Ты можешь объяснить нормально?
Чэнь Янь вздохнул:
— На самом деле… я много лет мечтал стать актером. Пробовал много раз, но всё время проваливался.
Чжао Ин, не поднимая головы, подцепила палочками арахис и бросила:
— Значит, таланта нет. Обычное дело.
Чэнь Янь на мгновение замолк, как и Юй Цяоцяо.
Не обращая внимания на реплику, он продолжил сочинять… то есть рассказывать:
— Вчера я снова ходил на пробы, и… в общем, роль мне опять не досталась. Режиссер по кастингу сказал, что я вообще не умею играть и даже не способен на раскрытие внутренней природы.
— Я был в полной депрессии, поэтому позвонил тебе, просто чтобы выговориться, — продолжал он. — А ты вдруг спросила, чем я занимаюсь. У меня в голове словно что-то перемкнуло, и я ляпнул, что хочу за тобой ухаживать. На самом деле… это были просто реплики из сценария того персонажа, на которого я пробовался.
На лице Юй Цяоцяо ясно читалось выражение: «Ты серьезно?»
— Да ты не сомневайся! — Воскликнул Чэнь Янь. — Сама вспомни. Разве моё признание по телефону не звучало натянуто? Разве слова не были какими-то заумными и неуклюжими? Я даже текст забывал! А всё потому, что это был сценарий, который я плохо выучил.
Он тяжело вздохнул:
— Когда ты мне отказала, я почувствовал, что и карьера, и личная жизнь полетели к чертям. И тут я вспомнил слова режиссера о том, что раскрытие внутренней природы – это умение раскрепоститься на глазах у публики, не обращая внимания на чужие взгляды. Ну, я и психанул. С утра притащил подарки к твоему общежитию и решил признаться при всех. Честно говоря, едва я пришел, как сразу пожалел об этом. Почувствовал себя последним ничтожеством: на меня наорал режиссер, а я пришел «мстить» тебе. Поэтому я быстро сунул тебе вещи и сбежал.
— Вернувшись, я понял, как был неправ. Долго думал и решил всё рассказать, чтобы ты не ломала голову.
Вспоминая странное поведение Чэнь Яня в последние дни, Юй Цяоцяо внезапно поймала себя на мысли, что в его словах… кажется, есть доля смысла? Кое-какие детали действительно сходились. Неужели она сходит с ума, раз готова в это поверить?
Юй Цяоцяо моргнула. Ей казалось, что рядом с Чэнь Янем её сообразительность куда-то улетучивается. Она тряхнула головой и продолжила допрос:
— Но если ты провалил пробы, почему позвонил именно мне?
Чэнь Янь ответил без колебаний:
— Мы познакомились позавчера, и мне показалось, что это судьба. Рядом с тобой я чувствую себя очень спокойно.
— А почему ты звал меня обедать и вчера, и сегодня?
— Было ужасно скучно. Искал себе партнера по обедам.
Юй Цяоцяо нахмурилась:
— А зачем тогда для признания нужно было покупать шесть билетов?
— Чтобы наладить контакт с лучшей подругой. Это помогает в развитии отношений.
Юй Цяоцяо покосилась на Чжао Ин, которая продолжала увлеченно поглощать арахис.
Чэнь Янь кашлянул:
— Ну, мои объяснения звучат логично?
Прежде чем Юй Цяоцяо успела открыть рот, Чжао Ин, не поднимая глаз, буркнула:
— Логично.
Цяоцяо с досадой посмотрела на неё и в очередной раз пообещала себе больше не брать подругу с собой. Раз уж Чжао Ин так сказала, спорить было не о чем. Пришлось сделать вид, что она поверила в эту небылицу.
Вскоре подали основные блюда, и троица принялась за еду.
В разгаре обеда Юй Цяоцяо тихо сказала:
— Тогда забери потом цветы и билеты.
Чэнь Янь отмахнулся:
— Нет-нет. Пусть это будет подарком.
— Так нельзя, — покачала головой девушка. — Я не могу брать твои вещи просто так.
— Это не просто так. Это компенсация за те неприятности, которые я тебе доставил. Ты её заслужила. И вообще, — он сделал паузу, — я планирую в выходные пригласить тебя и твоих соседок по комнате на ужин, чтобы еще раз извиниться за утренний переполох.
Юй Цяоцяо изумленно уставилась на него:
— Что? Еще один ужин?
Чэнь Янь кивнул с совершенно невозмутимым видом:
— Ну да. Я ведь доставил тебе хлопот?
Вспомнив странные взгляды сокурсников, она кивнула.
— А твоим подругам я создал неудобства?
Юй Цяоцяо представила, как девчонки всё утро азартно обсуждали сплетни, забросив учебу, и снова кивнула.
— Ну вот! Значит, я просто обязан накормить вас всех, чтобы загладить вину!
С этими словами он повернулся к Чжао Ин:
— Я ведь прав? Всё логично?
И та, всё еще занятая арахисом, отозвалась:
— Логично!
Юй Цяоцяо несколько раз открывала и закрывала рот, пытаясь возразить, но так и не нашла слов. Логично? Нелогично? Почему же на душе так странно… Неужели что-то не так?
Когда после обеда пришло время прощаться, она предприняла последнюю попытку – достала билеты в кино и купоны, чтобы всучить их Чэнь Яню. Но тот при виде них отпрянул, словно от горячей картошки.
Он засыпал её оправданиями:
— Если ты их вернешь, я всё равно не смогу пойти сразу на шесть сеансов. Раз отдал – значит, отдал. Они сегодня сгорят, не пропадать же добру. Не хочешь сама – отдай подругам. Или вообще выброси.
В конце концов, когда спор зашел в тупик, Чэнь Янь просто бросил:
— Всё, я умываю руки! Разбирайся с ними сама. Увидимся на ужине! — И дал деру.
Юй Цяоцяо и Чжао Ин снова остались вдвоем на обочине дороги.
Глядя на его позорное бегство, Чжао Ин с любопытством спросила:
— Цяоцяо, как думаешь, он эти билеты ядом не смазал?
Юй Цяоцяо, растерянно глядя на пачку бумажек, которые так и не удалось вернуть, прошептала:
— Я не знаю…
По дороге в университет обе молчали. Чжао Ин размышляла о Чэнь Яне – он казался ей крайне интересным типом, явно скрывающим какую-то тайну. Юй Цяоцяо же думала о предстоящем ужине.
Теперь, когда Чэнь Яня не было рядом и он не мог заговаривать ей зубы, интеллект девушки снова взял верх. Чем больше она раздумывала, тем меньше ей это нравилось. Она ведь шла на встречу, чтобы вернуть вещи, а в итоге не только не вернула, но еще и пообедала за его счет! Мало того – теперь всё общежитие должно пойти на еще один ужин…
Это было за пределами всякой логики! Взяла цветы, приняла пачку билетов, да еще и на «извинительный» ужин согласилась… Как ни посмотри, ситуация выглядела дико! Неужели её всё-таки обвели вокруг пальца? Нужно снова поговорить с Чэнь Янем и выяснить, где она допустила ошибку.
Стоило им войти в комнату, как Чжао Ин, не дав подруге и слова вставить, объявила, что сегодня вечером всё общежитие идет на шведский стол и в кино, а в выходные Чэнь Янь устраивает пир в их честь. Комната мгновенно превратилась в океан восторга.
Видя сияющие лица подруг и слыша бесконечные «Спасибо, Цяоцяо!», «Какой у тебя классный друг!», «Цяоцяо, чмок!», девушка поначалу чувствовала себя неловко, но постепенно радость окружающих передалась и ей. На лице её появилась робкая улыбка.
Она тихо вздохнула: «Ну, раз все так счастливы, пусть это будет в последний раз… Больше я точно ничего от него не приму. Иначе потом вовек не объяснюсь и не расплачусь…»
Тем временем Чэнь Янь тоже возвращался домой. На ходу он открыл игру. Очки богатства увеличились на 230 – стоимость сегодняшнего обеда с Юй Цяоцяо и Чжао Ин. Это означало, что в карман упало больше двух тысяч чистой прибыли.
На губах его заиграла довольная улыбка.
«Цяоцяо – на редкость покладистая девушка, просто идеальный вариант для фарма денег. Жаль только, что в ресторане у старшего брата Яня так дешево, много на этом не заработаешь».
Подумав об этом, Чэнь Янь прикинул: «Когда соберу всех её подруг, надо будет выбрать местечко подороже. Нужно ускоряться. Глядишь, и до миллионного кешбэка скоро доберусь. Да, именно так!»
Обновлено: 23.01.2026