ГЛАВА 2
Давным-давно жила была богиня.
Она обладала не вероятной силой, и с её помощью она создала людей, построила цивилизацию и наполнила поверхность планеты жизнью.
Богиню уважали и почитали.
Ей это нравилось.
Она любила людей и мир, который сама создала.
Взамен люди развивали технологии, создавали произведения искусства, глупость и мудрость, безобразие и красоту. Мир сверкал, как калейдоскоп. Это зрелище завораживала богиню.
Мир был переполнен.
†
— Мы считаем, что Юки-сама должен оставаться в живых как можно дольше. В конце концов, будет тяжело найти вам замену.
“Ну, спасибо тебе за доброту конечно…” — так думал парень на поверхности. В глубине его мысли были о коровах и свиньях, которых разводили с любовью, чтобы потом съесть.
Ему пообещали, что повседневная жизнь по большей части не сильно изменится.
— Что ты подразумеваешь под “повседневной жизнью”? — Юки задал вопрос, чтобы подтвердить свои догадки. Он спросил об этом Чиё-сан, молодую горничную, с которой разговаривал ранее.
— В какой степени она гарантирована? И какой диапазон возможностей я имею?
— Всё как и было, за несколькими исключениями.
— Тогда, например, могу ли я жить со своей семьёй?
— Конечно.
— Могу ли спокойно ходить куда угодно? Уезжать за границу?
— Не стесняйтесь, делайте как вам угодно.
— Могу ли я заводить романтические отношения?
— Нет проблем.
— Тогда, что если я попытаюсь соблазнить вас, Чиё-сан?
— Если у вас есть такая сексуальная потребность, то, пожалуйста, делайте это в любое время.
Юки задумывал это как шутку, но на ответ лишь криво улыбнулся.
Кажется, он действительно мог делать что угодно. Однако, улыбка горничной вызывала у него страх.
— Тогда, что это за “несколько исключений”?
— Ничего особенного. Исполнять свою роль, следовать указаниям госпожи и посещать это место в определённые дни. Вот и всё.
— … Теперь, когда я это знаю, то мой долг выглядит довольно просто.
— Пожалуйста, выкажите чувство благодарности моей госпоже. В качестве “жертвы” вам дозволено делать то, что считаете нужным. Такова воля моей госпожи. Поскольку она дала вам столько доброты, то попрошу вас не расстраивать её, хорошо? Данна-сама. (П.С. 旦那 ( Dan'na ) – так горничная называет мужа своей госпожи.)
†
— … И так, я женился.
— Вот оно что. Хеех ~, — Ковай Куруми кивнула на признание Юки.
Это происходило в старшей школе Муракумо, в классе “А” второго года обучения.
Хотя другие одноклассники уже ушли, так как занятия закончились, двое учеников, как представители класса, были заняты организацией распечаток.
— …А? Чивоо? — глаза Куруми расширились после десяти секунд молчания, — П-подож.. а? Что ты только что сказал?!
— Я женился, — Юки повторил это, скрепляя вместе распечатки.
— Ммм… — Его партнёр в представлении класса сделал ошеломлённое выражение лица, — я не помню, что ты говорил до “и так”, но я услышала последнюю часть. Брак?! Серьёзно?!
— Да. Брак. Серьёзно. — парень спокойно ответил ей.
— Б-б-б-брак. Свадьба. Ве-ве-веньчание. Б Р А К О С О Ч Е Т А Н И Е, — с другой стороны Куруми была в шоке, — Ненене. Когда я об этом думаю… Это невозможно! Перестань, не ври мне, я очень легко доверяю людям.
— Да… В чём то ты права.
— Что более важно, тебе 16 лет, как и мне, верно? Ты не можешь жениться.
— Да… Это тоже верно.
— Юки-кун такой плохой человек. Ты знаешь, что я доверчивый человек. Ты пытаешься обмануть слабую девушку, чтобы потом посмеяться над ней. Какой жестокий человек. Это то, что называют “любовной аферой”. (П.С. возможно в оригинале здесь была какая-то игра слов, но анлейтор в неё не смог. Я тоже не смог…)
Думая, что она сказала что-то умное, одноклассница засмеялась. Это заставило её волосы слегка покачиваться.
— Кроме того, если Юки женится, — девушка сменила скобы в степлере, — мне интересно, как отреагирует твоя сестра.
— Дайка подумать. Во-первых, она, вероятно, упадёт на пол. Затем у неё пойдёт пена изо рта и её начнёт трясти. Затем она бы ожила, как зомби, и прокляла меня. Наконец, она бы сказала что-то вроде “я не ненавижу тебя, они-сама” и заплакала. Думаю так бы и произошло.
— Ну… звучит как правда.
— Было бы хорошо, если бы она не достала кухонные ножи.
— Да уж. Твоя сестра очень тебя любит.
— В любом случае… — Юки проверил несколько готовых распечаток, — отныне, если кто-то попытается со мной флиртовать, то это будет считаться прелюбодеянием. Знаешь ли, ты сейчас тоже играешь с огнём.
— Нет. Это просто маленькая беседа.
— Не думаю, что этого будет достаточно для оправдания.
— Что более важно, как долго вы собираетесь быть вместе? Брак – это серьёзно.
— Без понятия. На самом деле, я сам хочу это знать.
— Ясно. Думаю, Юки-кун справится с этим.
— Ну, если честно…
Будучи в постоянном напряжении от того, что в любой момент его могут забрать для исполнения долга, Юки продолжал ходить в школу и общаться со сверстниками. Это был последний лучик счастья, за который он мог держаться. Он не ожидал, что после всего сможет также спокойно поговорить с Ковай Куруми. Когда парня вызвала организация “Цукумо” для исполнения долга, он думал, что никогда больше не вернётся.
Он думал, что однажды повседневная жизнь оборвётся, но реальность оказалась другой. Юки прибывал в смешанных чувствах. Это было похоже на то, как если бы его сбил грузовик, и он оправился бы от этого без каких-либо травм. Таковы были его чувства. Он до последнего не верил в происходящей настолько, что несколько дней не мог уверенно стоять на ногах.
… Он объяснил все свои чувства Куруми.
— Понятно, — она кивнула, — я понимаю твои чувства. Причина, по которой ты вёл себя странно последние несколько дней… Я понимаю.
— … Ты действительно понимаешь? С моей точки зрения, если бы я был на твоём месте, то ничего бы не понял из объяснения.
— Конечно же, я всё поняла. Юки-кун очень популярен среди девушек, я могу это принять.
— Чего?
По выражению лица Юки было понятно, что он ставил под сомнения слова девушки.
— Скажи, Юки-кун, не ты ли раньше говорил “жизнь – это счастье” или что-то вроде этого. Как будто на тебя снизошло просвещение, и твой разум открылся для чего-то нового… как-то так.
— Я не такой уж великий. Есть предел преувеличению.
— Возможно. Но знаешь, большинство девушек говорит, что им важно то, что внутри, а не снаружи. Тем не менее, это не, совсем, правда. На самом деле, как ты выглядишь, и какое впечатление производишь – вот это важно.
— Хмм. Вот как?
— Артисты, пользующиеся популярностью, действуют по тому же принципу. Разве ты не считаешь, что их причудливые причёски и яркие волосы притягивают к себе людей? В любом случае, кто как-то проявляет себя и выделяется из толпы, является победителем, в каком-то роде.
Юки чувствовал, что понимает её.
— По сути, девушки сторонятся опасных парней. То, что тебе кажется сложным на первый взгляд, на самом очень просто.
— Опасных парней…
— Есть много людей, которые испускают такую ауру, просто чтобы казаться крутым, но Юки-кун совсем не такой. То, что исходит от твоего тела… похоже на запах смерти…
— А? Значит, мне нечем хвастаться?
— Нет, нет, это не так. Юки-кун – богатый молодой человек. Если я так скажу, то ситуация сразу поменяется, и в тебе появится много замечательных вещей? Хи-хи.
— Тогда всем девушкам важны только деньги!
— Любовь и деньги имеют примерно одинаковое значение… А! В распечатке ошибка.
— Хорошо. Я исправлю.
Так и прошла их после школьная беседа.
— Отлично, увидимся завтра, Юки-кун.
Это были её обычные прощальные слова. Они знали друг друга так долго, что она стала тем человеком, которому он рассказал о нынешних обстоятельствах. Вот почему в словах “увидимся завтра” был смысл.
Надеюсь, завтра будет.
Надеюсь, что день после, и день следующий за ним, и так далее, пройдёт без каких-либо проблем.
†
Следующая встреча с Канарузавой Секай была назначена на завтра.
“Это стало довольно странным опытом”, — Юки размышлял обо всём, что с ним приключилось за последние несколько дней, пока ехал по линии Собу до пункта назначения, — кто бы мог подумать, что я женюсь на богине… Что будет дальше?”
Он вы на станции, прошёл через турникеты и направился вдоль аллеи деревьев гинкго.
Это был тихий жилой район в Токио, за которым закреплялся статус “особо охраняемой территории”. Это было связано с тем, что здесь оставалось немало довоенных зданий в западном стиле, в которых жили люди.
Юки спустился вниз по главной улице и направился вглубь района. Дорога то поднималась, то опускалась, извиваясь, как змея. Вскоре появилось здание, которое было конечной целью.
Это будет второй его визит в особняк богини.
— Мы ждали вас, — стоя перед синими, местами проржавевшими от времени, воротами Чиё поприветствовала Юки, до того как он смог нажать на звонок, — госпожа ждёт вас. Пожалуйста, проходите.
— …Спасибо. Извините за вторжение.
Юки не очень хорошо ладил с горничной.
У неё была таинственная красота, из-за которой она выглядела гораздо моложе своих лет. Тем не менее, её улыбка вызывала неприятное чувство, которое заставляли живот скрутиться от боли, когда вы её видели.
— Встреча с моей госпожой… — Чиё задала вопрос, пока они шли в особняк, — вы уже привыкли к этому?
— Ну… Думаю я справлюсь.
— Я вам очень благодарна за эти слова. Чувствуете себя так уверенно, Юки-сама. Вы готовились?
— Ничего подобного… Но есть одна вещь, о которой я решил.
— И что же это?
— Секрет.
— … Замечательно. Пока есть результат, я не буду спрашивать о средствах. Удачи, надеюсь, всё пройдёт хорошо.
Прибыв к комнате Канарузавы Секай, Чиё слегка поклонилась и исчезла в коридоре, оставив Юки одного.
Он столкнулся с дверью один на один.
Хоть не так сильно, как и в первый раз, он всё ещё немного нервничал. Теперь они были женаты и технически являлись мужем и женой, но даже так друг для друга они оставались чужими людьми.
Как его встретят сегодня? Примут ли его высокомерно и доброжелательно, как это подобает богине?
Первоначально так и должно было быть… но реальность жестока. Станет ли это ещё одним комедийным представлением снова? Юки надеялся, что нет. Но как говорится: “Что произошло однажды, может никогда не повториться снова. Но то, что случилось два раза, непременно случится и в третий”.
— Будет, что будет, — Юки перестал колебаться, — больше нет смысла думать об этом. Если всё будет, как и в прошлый раз, я готов.
Он сделал глубокий вдох, постучал и открыл дверь.
Затем его глаза чуть не вылезли из орбит. В комнате сидела богиня, прожившая тысячу лет, полностью обнажённая, с красной лентой, обмотанной вокруг всего тела.
— С возращением до-ро-гой.
Юки не поверил своим глазам.
— Ты хочешь есть? Или хочешь принять ванну? Или, может быть, ты… хочешь… меня?
— …
Всё его тело побелело, на лбу выступил холодный пот, а из носа пошла маленькая струйка крови.
— С-с возращением дорогой, — Секай попробовала снова, — т-ты хочешь есть? Или хочешь принять ванну? Или, может быть, ты… хочешь… меня?
— …….
Юки осторожно закрыл дверь и быстро спустился по коридору в прихожую, где ждала горничная.
— Простите, извините, Чиё-сан.
— Что-то не так?
Горничная спокойно поднесла чашку к своим губам.
— Ммм, нуу. Кажется твоя госпожа полная дура. Что я должен с этим делать?
— Надеюсь это шутка или же вы хотите, чтобы я ударила вас в промежность, в качестве награды?
— Нет, это не шутка. Я действительно это и имею в виду.
— Я могу сказать только одно, — сказала она, добавляя варенье в чашку чая, — пожалуйста, вернитесь к моей госпоже. Если вы не пойдёте, то я буду пинать вас по коридору, как футбольный мяч.
— Извините, но я откажусь от такого удовольствия.
— Знаете ли, я очень хороша в ведении мяча. Мои способности сравнимы с великим Мародона.
— Такая забота ни к чему.
— Тогда прошу вас, сделайте всё в ваших силах, чтобы исправить ситуацию.
— Нет, нет, даже если ты так говоришь…
— Пожалуйста, вернитесь обратно. Если вы этого не сделаете, я действительно начну вести вас, как мяч.
По пути назад его уже преследовали, поэтому он быстро добрался до начальной точки.
“Ну, думаю, хуже уже не будет?” — парень пытался отмахнуться от смущающих мыслей.
Эта богиня, которая прожила тысячу лет и стала его спутником жизни на всю жизнь, сидела полностью голая и говорила вещи, из-за которых казалось, что у неё не все дома.
Разве эти слова не говорят в фартуке на голое дело? Это вопрос напросился сам собой в сложившейся ситуации. Что ещё можно было сделать, кроме как тихо закрыть дверь?
Однако он не мог отказаться от своей миссии. Вернувшись снова к комнате, где разыгралась трагедия, он открыл дверь.
— Ууу…
Она плакала. Канарузава Секай вытерла слёзы руками, оставаясь в красной ленте:
— Это было грубо. Это было слишком грубо. Я наконец набралась смелости сделать что-то подобное, но даже реакции не последовало… Какой человек просто уйдёт, увидев подобное…?
— А, нет, ну… Как бы сказать…
—Я что-то не правильно сделана?
— Ну… это было не совсем нормально.
— У тебя не было такого интереса?
— Разве ты не должна спросить что-то еще, прежде чем задуматься над моей заинтересованностью?
— Если так надавить, то любой человек поддался бы на провокацию, верно?
— Откуда у тебя столько неверной информации?!
—уу…ууаа..
— А! Я понял, я понял, не плачь. Пожалуйста, не плачь!
Ничто не заставит парня чувствовать себя так ужасно, как девушка, которая плачет из-за него. Ему нужно было хоть что-то. Все мысли в голове перемешались, в ней царил хаос.
— Слушай, всё так. Я не мог отреагировать, потому что это было слишком потрясающе. Правда. Поэтому нет причин плакать.
— …Потрясающе?
— Ну…ты… ты очень красивая, милая и привлекательная. Я не знал что делать, поэтому в панике закрыл дверь.
— …Правда?
— Да, правда.
— Я красива, милая и привлекательная?
— Да. Я это гарантирую.
— Тебе нравится такое существо, как я?
— Ну… да. В конце концов, я сделал тебе предложение, когда мы впервые встретились. Я бы не поступил так, если бы не нашёл человека привлекательным.
После этих слов немного, пошмыгав носом, Ками-сама перестала плакать.
— Ясно. Значит я привлекательная.
Она отвернулась от Юки и улыбнулась. Одновременно с этим её щёки стали такого яркого цвета, что были похожи на клубничный сироп, смешанный с молоком.
— А! — слёзы снова полились из глаз, когда она закрыла свою грудь руками, — пожалуйста, не смотри на меня. Мне так стыдно, что я хочу умереть.
— … И ты говоришь об этом только сейчас?
— Я просто хотела привлечь твоё внимание, девушка надула губы, — наша встреча была очень странной, из-за этого я хотела быстрее сократить расстояние между нами.
— Я рад за твои мысли, но для такого ещё рановато.
— Правда? Но в книге, которую я прочитала, красная лента и фартук на голое тело были описаны как величайшие техники соблазнения.
— Избавься от этой книги. В ней написана только ложь.
— Кстати, эту книгу мне порекомендовала Чиё…
— Эта горничная?!
Так вот что означает насекомое во льве. Надо будет с ней поговорить, и в зависимости от её ответа, уже Юки будет заниматься ведением мяча, а не она. (П.С. насекомое во льве – японская идиома, означающая быть уничтоженным изнутри.)
— В любом случае, если захочешь что-то сделать, то пусть это будет менее грандиозное, хорошо? Если нет, то я не смогу сдержаться.
— Я поняла. Сделаю всё, что в моих силах.
— И не доверяй этой горничной так легко.
— Хорошо, не буду.
— М, и…
— Апчхи! — Ками-сама чихнула.
Апчхи, Апчхи.
Ещё дважды. Это звучало очень мило.
— Уу… холодно..
— … Конечно, тебе будет холодна, когда сидишь в таком виде. Переодевайся. Я пока подожду снаружи.
