В машине Хэ Цзиньяня воцарилась тишина. Он сосредоточенно держал руль, а Цзян Лу молча смотрела на мелькающие за окном улицы.
— Хэ Цзиньянь, спасибо тебе за сегодня. Если бы не ты, я бы не знала, что делать, — не выдержав напряжения, первой заговорила Цзян Лу.
— М-м, — коротко отозвался он, не отрывая взгляда от дороги.
Тишина снова повисла между ними. Будто что-то вспомнив, Хэ Цзиньянь добавил:
— Между нами можно обойтись без слов благодарности.
Эти слова задели Цзян Лу за живое. Ведь именно из-за его недавнего "спасибо" она дулась последние дни. В тот вечер Хэ Цзиньянь ещё...
— А ты сам мне сказал "спасибо". Я просто последовала примеру господина Хэ, — нарочито выделив обращение "господин Хэ", она задорно подняла подбородок, и в глазах у неё мелькнул озорной огонёк.
Теперь он понял, почему она хмурилась все эти дни. Повернувшись к ней, Хэ Цзиньянь искренне произнёс:
— Я... я не хотел тебя обидеть. Прости. Но давай в следующий раз будем говорить прямо, без обид и молчания, потому что холодная война только вредит отношениям.
Цзян Лу не спешила отвечать. Его слова показались ей слишком двусмысленными.
Друзья... вред отношениям...
Ладно, возможно, она опять всё усложняет. Ведь дружеские отношения тоже могут страдать от недомолвок.
К тому же, в ту ночь Хэ Цзиньянь был пьян и наверняка ничего не помнит. Поднимать эту тему сейчас было бы неловко, поэтому Цзян Лу ни за что не решилась бы на такое.
Подавив душевное смятение, она намеренно поддразнила его:
— Знаешь, директор Хэ, это больше похоже на нотацию, чем на извинения.
— Э-э... Я... — явно не ожидая такого поворота, Хэ Цзиньянь растерялся и начал запинаться, совершенно не заметив её хитрой улыбки.
— Ха-ха-ха, директор Хэ, тебя так легко смутить! Да я просто шучу, не принимай близко к сердцу.
Он замолчал, и кончики его ушей предательски порозовели.
— Кстати, директор Хэ, можно спросить, почему в тот день ты так сильно напился? С твоим положением вряд ли кто-то осмелился бы тебя спаивать? — Цзян Лу давно интересовал этот вопрос. Ведь она впервые видела Хэ Цзиньяня в таком состоянии.
— ...Пустяки. Просто было не по себе, — его голос звучал ровно, не выдавая эмоций.
Цзян Лу пристально взглянула на него и нарочито строго спросила:
— Ты же сам только что сказал, что нужно говорить прямо. Почему теперь уходишь от ответа?
Хэ Цзиньянь вздохнул, и в глазах у него мелькнула тень усталости.
— В тот день вернулись мои родители. Они начали расспрашивать о моих планах на будущее, но больше поучали, чем спрашивали.
— Разве твои родители не живут за границей со времён твоего первого класса старшей школы?
— Да. На этот раз они просто решили указать, что я недостаточно хорошо управляю компанией и принимаю решения. Обычные нотации, я привык. Не стоит придавать этому значения.
Хотя Хэ Цзиньянь говорил это спокойно, Цзян Лу не верила. Ведь человек с такой крепкой психикой, как он, вряд ли мог расстроиться из-за родительских нравоучений. В её памяти Хэ Цзиньянь всегда оставался невозмутимым — ещё в школе его называли "недосягаемым цветком на вершине" их учебного заведения.
Она никогда не видела его растерянным. В её представлении Хэ Цзиньянь всегда был немногословен, и его эмоции редко выходили за привычные рамки.
Поэтому его пьяное состояние той ночью её шокировало, но в то же время обрадовало. Ей казалось, что он открыл ей свою уязвимую сторону, которую никто другой не видел.
— Правда? Больше ничего?
— Нет.
Хотя Цзян Лу чувствовала, что он что-то скрывает, она не стала настаивать. Ведь сейчас они всего лишь друзья. Если Хэ Цзиньянь захочет, он сам всё расскажет.
Когда они приехали к дому Е Синли, начал накрапывать дождь.
Увидев Хэ Цзиньяня и Цзян Лу, Мяньбао радостно бросился к ним, надеясь привлечь внимание и получить свою порцию ласки. Но его ожидания не оправдались.
Увидев пса, Цзян Лу почувствовала облегчение, однако голос её звучал строго:
— Мяньбао, как ты мог убежать? А если бы тебя украли? И как ты мог пойти с незнакомцем?
Такого "серьёзного" выражения лица Мяньбао ещё не видел. Испугавшись, он тут же спрятался за Е Синли, чем только перевёл "гнев" Цзян Лу на самого Е Синли.
— Е Синли, и ты тоже! Как ты мог забрать Мяньбао, даже не предупредив меня? Ты хоть представляешь, сколько мы с Хэ Цзиньянем его искали?
Е Синли, в этот момент чистивший яблоко, только удивлённо поднял брови.
Сидящий ни в чём не повинный Е Синли выглядел крайне озадаченным:
— Я как раз собирался в твоё кошачье кафе, но по дороге увидел корги, который клянчил еду у входа в чужой магазин... Я подумал — что за пёс такой смышлёный? Подошёл ближе — а это же твой Мяньбао...
Обновлено: 20.01.2026