— Молодой господин? Вы закончили с пилюлями?!
Сыцзянь зашла лишь по привычке, проверить, как дела, но никак не ожидала увидеть Су Юйчэня, выходящего из комнаты. Вспыхнув от радости, она бросилась к нему, но, подбежав ближе, тут же невольно прикрыла рот и нос.
Су Юйчэнь лишь покачал головой и усмехнулся. Больше десяти дней без сна и отдыха… даже с его глубокой внутренней силой тело не выдержало и источало кисловатый запах пота, а вперемешку с ароматами десятков трав этот букет стал и вовсе невыносимым.
— Господин, вам бы сперва омыться. Я сейчас же велю приготовить ванну и еду, — выпалила Сыцзянь и, не дожидаясь ответа, убежала.
После горячей ванны и сытного обеда Су Юйчэнь почувствовал, как по телу разливается приятная нега. Он сидел за столом, держа в руках чашку с ароматным чаем и неспешно наслаждаясь моментом.
— Ты что-то ещё хотела? — спросил он, заметив, что Сыцзянь всё ещё медлит у двери.
Девушка на миг замялась, но, понимая, что скрыть ничего не выйдет, всё же заговорила:
— Молодой господин, вы всё это время были в алхимической лаборатории и не знаете… Несколько дней назад, ночью, в нашу штаб-квартиру пробралась одна девица. Она искала вас. Её заметил глава зала Чэнь, завязалась драка, и её удалось прогнать.
— Но… но уходя, та девица крикнула, что молодой господин — её… возлюбленный!
Су Юйчэнь нахмурился.
— Как её зовут?
Сыцзянь скривила губы. Вспомнив, как он раньше частенько возвращался под утро невесть откуда, она мысленно обозвала его неисправимым повесой. Настроение у неё испортилось, и слова сами сорвались с языка, резкие и колкие:
— Откуда мне, простой служанке, знать имя сердечной подруги молодого господина? Нелепо спрашивать такое у меня!
Но Су Юйчэнь оставался невозмутим.
— Тогда опиши её. Какие-нибудь особые приметы?
Видя его спокойствие, Сыцзянь от злости стиснула зубы, но, подумав, ответила:
— Да никаких особых примет и нет. Разве что… на ней постоянно что-то звенит, динь-динь.
Су Юйчэнь тут же всё понял. Это, должно быть, Дин Дан, внучка Дин Бусаня. Он досадливо вздохнул — даже радость от успешно созданной Великой пилюли возвращения как-то померкла.
Он махнул рукой, давая понять, что она может идти.
Сыцзянь, поджав губы, с нескрываемым недовольством удалилась.
В его сознании возникли строки системных уведомлений.
Вы отсутствовали много дней. Се Янькэ вернулся на Пик, Касающийся Небес, но не нашёл вас.
Однако он знает уровень вашего мастерства и не беспокоится о вашей безопасности.
Наведя справки, Се Янькэ узнал, что вас видели в компании Бэй Хайши.
Се Янькэ нанесёт вам визит после ужина.
Дин Дан, которую бросил Ши Чжунъюй после того, как соблазнил, потеряла его след, когда он сбежал из Ордена Вечной Радости. Она придёт к вам сегодня ночью, будучи уверенной, что вы — это он.
У настоящего Ши Чжунъюя после побега со Снежной Горы на теле остались шрамы, которые невозможно скрыть. Вы можете что-нибудь придумать… или же просто взять своё и от всего отказаться.
В данный момент Ши Чжунъюй скрывается во Дворе Изумрудной Зелени, что недалеко от штаб-квартиры Ордена. Как говорится: под фонарём всегда темнее. И самое опасное место — самое безопасное.
Сладкими речами Ши Чжунъюй вскружил голову «первой красавице» Двора Изумрудной Зелени, Су Сяосяо, которая «дарила искусство, но не тело». Она лишилась невинности и уже беременна.
Адепты Школы Снежной Горы, Хуа Ваньцзы и Гэн Ваньчжун, выследили Орден Вечной Радости и уверены, что вы — Ши Чжунъюй.
Этой ночью они проникнут в штаб-квартиру Ордена, по ошибке попадут в Зал Львиной Мощи, где Хуа Ваньцзы будет схвачена главой зала Чэнь Чунчжи и его людьми.
Юноша, у тебя проблемы.
Пробежав глазами системные сообщения, Су Юйчэнь почувствовал, как нарастает раздражение. Но он уже воспользовался благами Ордена Вечной Радости и не хотел просто так всё бросить и уйти. К тому же, кармическая связь этого тела с супругами Ши Цин не позволяла ему проявить безразличие и пустить всё на самотёк.
«Что ж, будь по-вашему! — мысленно решил он. — Ши Чжунъюй, считай, тебе не повезло. Я не мягкосердечный «братец-пёс». Раз уж ты такой любитель женщин и злодейств, я избавлю тебя от этих хлопот раз и навсегда».
Вскоре после ужина Су Юйчэнь сидел в своей комнате, медитируя и занимаясь практикой. Вдруг его уши уловили едва заметное движение. Он вскинул левую руку и сделал хватающий жест в сторону окна. Раздался тихий шорох, и на подоконнике уже стоял Се Янькэ.
— Старик, раз уж пришёл, заходи!
Услышав его голос, Се Янькэ холодно хмыкнул и, качнувшись, словно тень, тут же оказался в комнате. Он плюхнулся за стол.
— А я-то думаю, куда ты пропал! Оказывается, заделался главой Ордена Вечной Радости.
— Хм, а чьих это рук дело? — не остался в долгу Су Юйчэнь.
Лицо Се Янькэ помрачнело.
— Ах ты, паршивец! Сегодня я хочу услышать, какое отношение к этому имею я!
— А кто тогда сбежал, поджав хвост, чтобы не потерять лицо? — с сарказмом бросил Су Юйчэнь. — И ладно бы просто сбежал, так ещё и все деньги с собой утащил!
— Э-э… — Се Янькэ на миг опешил, но тут же принялся оправдываться: — Я спешил на встречу с одним другом, вот и упустил это из виду.
Су Юйчэнь лишь криво усмехнулся с таким видом, будто говорил: «Ну-ну, продолжай свои байки».
Се Янькэ, решив сменить тему, заговорил о другом:
— Ты и вправду собираешься быть главой этого Ордена? Скажу тебе честно, у этого Бэй Хайши и прочих на уме одно коварство.
— Ты про Орден Добра и Зла? — усмехнулся Су Юйчэнь.
Се Янькэ кивнул.
— Вижу, ты уже в курсе. И всё равно хочешь оставаться главой и принимать удар на себя?
Су Юйчэнь весело ответил:
— То, чего другие боятся как огня, для меня — желанный дар. Я не боюсь, что они придут. Я боюсь, что они не придут. А раз уж Бэй Хайши сам преподнёс мне всё на блюдечке, мне остаётся лишь со смирением принять его сыновью почтительность.
— Ого? — Се Янькэ встрепенулся, услышав в голосе Су Юйчэня непоколебимую уверенность.
Не дожидаясь вопроса, тот продолжил:
— Старик, а ты не хочешь попытать счастья на острове Рыцарей? Отправимся вместе, когда придёт время.
Лицо Се Янькэ дрогнуло, в глазах промелькнул интерес, но в итоге он всё же покачал головой.
— Я считаю своё боевое искусство неплохим, но эти двое посланников Добра и Зла носятся по всему цзянху, силой уводя на свой остров целые поколения великих мастеров, и никто оттуда ещё не вернулся. Нет уж, я лучше в стороне останусь! А если ты не вернёшься, старик на Пике, Касающемся Небес, поставит тебе кенотаф. Будем считать это данью нашей с тобой судьбоносной встрече.
Су Юйчэнь не стал настаивать. Он взял со стола фарфоровый пузырёк с узким горлышком, вытряхнул на ладонь пилюлю размером с драконий глаз и щелчком пальцев послал её в сторону Се Янькэ.
— Хе-хе, — усмехнулся тот, — вздумал использовать мою же Божественную силу щелчка пальцами против меня? Мальчишка, ты меня совсем ни во что не ставишь!
Говоря это, Се Янькэ выставил вперёд ладонь. Она покрылась голубоватым сиянием, и когда пилюля подлетела ближе, невидимая сила истинной ци притянула её, заставив бешено вращаться в центре его ладони.
Это было его коронное Искусство Управления Журавлём.
Не успел Се Янькэ как следует рассмотреть пилюлю, как в нос ему ударил дивный лекарственный аромат.
— А?..
За долгие годы странствий по миру боевых искусств Се Янькэ научился распознавать ценные вещи. Он сразу понял, что перед ним нечто необыкновенное.
— Что это за пилюля?
Су Юйчэнь спрятал пузырёк в рукав и ответил:
— Секретное лекарство монастыря Шаолинь. Великая пилюля возвращения. Орден Вечной Радости потратил уйму сил, средств и десятки тысяч золотом, чтобы я смог изготовить одну-единственную партию. Чтобы повторить это, понадобится как минимум ещё один пятисотлетний корень женьшеня или что-то подобное.
Се Янькэ изумлённо присвистнул.
— У меня закрадывается подозрение, что ты — внебрачный сын настоятеля Шаолиня! Ты что, ограбил их секретную сокровищницу?
Он осторожно убрал Великую пилюлю возвращения и спросил:
— Так вот почему ты пришёл в Орден Вечной Радости?
Су Юйчэнь кивнул.
— Нам с тобой, вольным бродягам цзянху, и целой жизни не хватит, чтобы отыскать хоть один пятисотлетний женьшень. А у Ордена много людей, и дела у них спорятся куда быстрее. Иначе откуда бы у тебя взялась эта пилюля? — с усмешкой закончил он.
Обновлено: 22.01.2026