Глава 2 — Глава 2.1

- Слышал, вчера тебе приснился еще один кошмар? В тот вечер Оливер, с которым я встретилась на балу в королевском дворце, спросил меня с усмешкой. Как он узнал? Я нахмурила брови и немного резче, чем следовало, потрясла веером. Тогда он с притворным огорчением вздохнул и сказал: - Тебе не следует заставлять нашу мать беспокоиться. - Полагаю, она не столько беспокоилась обо мне, сколько о моем старшем брате, поэтому, вероятно, и просила его приходить домой пораньше. Моя ответная атака стерла с лица Оливера ухмылку. Вчера он снова ночевал в клубе. Если бы он снял там комнату и переночевал в ней, для нас это уже было бы счастьем. Но, держу пари, он опять уснул прямо за игорным столом после того, как играл в карты со своими друзьями всю ночь напролет. Я прищелкнула языком и с наигранным сочувствием на лице предложила: - Если тебе так нравится ночевать вне дома, почему бы тебе не купить свой собственный и не переехать туда? Знатные мужчины примерно того же возраста, что и Оливер, часто получали в свое распоряжение дом и съезжали от родителей. При вступлении в брак это считалось само собой разумеющимся, но даже если он все еще оставался неженат, ему предоставлялось холостяцкое жилье. Как только я высказала свои мысли Оливеру, на его лице снова появилась самоуверенная улыбка. Я была рада, что мы с ним не похожи. Насколько я знала, эта улыбка означала – мне не нужно беспокоиться о том, что мне так не повезло. - Как я могу оставить отчий дом, когда моя младшая сестренка плачет каждую ночь из-за кошмаров? Отлично сказано. Правда. В ответ на бесстыдное оправдание моего брата, я покачала головой и сказала: - Станет ли человек приходить к тому, о ком волнуется, лишь раз в неделю? Если выбирать дом по количеству проведенных ночей, то домом Оливера будет не особняк Бискан, а мужской аристократический клуб «Первоклассный цилиндр». О, то же самое относилось и к количеству приемов пищи, если бы я попробовала сосчитать их. После моего замечания на лице Оливера появилось такое выражение, будто ему нечего на это сказать, и я, естественно, ощутила вкус близкой победы. Однако насладиться ею я не успела, потому что тут к нам подошла мама, вернувшаяся после встречи с миссис Мартой. - Ох, все из-за того, что произошло в особняке Лингард. Даже не знаю, благополучно ли добралась бедная миссис Лингард. - Разве она не должна была уже прибыть? Куда, ты говорила, поехала миссис Лингард? Когда появилась возможность сменить тему, Оливер быстренько ухватился за нее. Я также присоединилась к рассказу своей матери с обеспокоенным выражением лица. Особняк Лингардов находился на Эскон-стрит, в одном квартале от Сеймария-стрит, и некоторое время назад там произошло ограбление. Улица Эскон - вторая по безопасности улица после Сеймария, где располагался особняк Лингард, являвшийся резиденцией барона Лингарда и его жены. Несколько дней назад грабитель ворвался в их дом на рассвете и сильно ударил барона по голове, лишив его сознания. Сама баронесса не пострадала, потому что услышала, как кто-то вошел в дом, и сразу же спряталась в кабинете. - Нугертель, примерно в неделе езды отсюда, так что она уже должна была приехать. Но пройдет по меньшей мере несколько дней, прежде чем она успокоится и сможет написать письмо. На слова моей матери мы с Оливером вежливо кивнули. - Грабителя еще не поймали, не так ли? - осторожно спросила я. При моем вопросе выражение лица матери мгновенно изменилось. Она посмотрела на меня с беспокойством, потом взяла за руку и похлопала по тыльной стороне ладони. - Не стоит переживать об этом, Евгения. Его обязательно скоро схватят. – успокаивающе сказала она. Очевидно, моя мать была обеспокоена тем, что мне снятся кошмары. Как сказал Оливер, она, похоже, думала, что они снились мне из-за события в доме Лингардов. Может быть, и так. Первый раз мне приснился кошмар на следующий день после этого инцидента. Когда я ничего не ответила, Оливер согласно кивнул. - Вот почему нельзя давать своим слугам выходной в одно и то же время. В день кражи со взломом в особняке Лингард, барон дал всем слугам выходные. Говорили, что в то утро вся прислуга, кроме дворецкого, покинула особняк, чтобы вернуться в свои родные города. Таким образом, в доме оставались только барон с женой и дворецкий, когда это произошло. - Кто-нибудь из них мог провести грабителя внутрь. – произнесла мать с испуганным выражением лица. Судя по всему, грабитель знал, что все слуги в тот день уехали из особняка в отпуск, потому что кто-то ему сообщил. Я нахмурилась, и моя мать добавила, как бы желая утешить меня. - Не волнуйся, у нас работают только те люди, кому мы можем доверять. То же самое можно было сказать и о семье Линдсей. Но я не думала, что мне следует говорить это в данной ситуации, поэтому молча кивнула. - Это напомнило мне об одном надежном человеке. – сказал Оливер. Он специально понизил голос, чтобы никто из окружающих не мог его услышать. - Я услышал от кое-кого, кому доверяю, что леди Девон свихнулась. - Оливер! Мама была поражена словами моего брата и немедленно одернула его. Наверное, слово «сумасшедшая» чересчур радикальное в её понимании. Следом, как я и предполагала, мать добавила, хлопая Оливера по руке. - Ты должен говорить как дворянин. - Ах, конечно, мама. Благородная дама Девон сошла с ума. - Оливер! Она снова шлепнула Оливера по руке, и я на мгновение задумалась, засмеяться мне или нахмуриться. Дочери графа, вроде меня, имели титул леди. А благородная дама - это титул, используемый для обращения к принцессе или дочери герцога, поэтому слова брата были своего рода сарказмом.