Вскоре привязанная женщина задвигала потрескавшимися губами.
«Я не ведьма!», прозвенел в моей голове ее голос.
Крики людей, которые я слышала до этого, должно быть, тоже доносились из образа.
Женщина плакала. Ее голос дрожал от слез и звучал настолько страдальчески, что мое сердце болезненно сжалось, хотя я ничего не знала о ней и ее обстоятельствах.
«Я, я никого не проклинала!», прозвенел ее полный обиды крик.
Боль в моей голове только усилилась.
— Ургх.
— Что такое?
Теодор, сидящий напротив меня, осознал, что со мной было что-то не так, и быстро подсел ко мне, но я не слышала его. Крики в моей голове были громче его голоса.
Озлобленные голоса раздались вновь
«Мы должны убить ее! Должны убить ведьму!»
«Сжечь ее! Сжечь!»
Почему они продолжают кричать? Почему они не могут говорить тише?
— Першати.
— Ургх. Как громко. Уходите, — пробубнила я.
Теодор в шоке смотрел на меня. Он, видимо, решил, что я говорю с ним, но я не могла этого заметить. Образы вдруг начали двигаться.
После громких криков из толпы вышла женщина с горящим факелом в руке. Прежде чем я успела догадаться о ее намерениях, она прижала факел к куче соломы у ног привязанной женщины.
Солома быстро загорелась. Внутри появилось тот же сумбур, что и во время пожара в ресторане. Меня затошнило, хотя я понимала, что ничего из этого не происходит в реальности.
«А-а-а!», изо всех сил кричала женщина.
Шокированная таким ярким изображением, я протянула руки к окну, словно собиралась выскочить из него и убежать, и закричала:
— Нет!
— Першати!
Мне показалось, что я почуяла тот же едкий запах, что и во время пожара. Горло перекрыло, и дышать стало в разы труднее. Когда я уже хотела впиться ногтями себе в горло, женщина, бросившая факел, обернулась. Размытая фигура смотрела четко на меня. Когда наши взгляды встретились, женщина захохотала. Она что-то знала.
— Аргх!
Это была Далия.
Осознав, кем именно была главная фигура в видении, я не могла сдержать вскрика. Мои ноги подкосились. Теодор продолжал трясти меня и пытаться докричаться, но я не реагировала.
«Хи-хи-хи!»
Смеющаяся надо мной Далия казалась такой реальной. Ее смех заставил все мое тело содрогнуться.
— Ургх!
Это был жуткий смех, от которого волоски по всему телу вставали дыбом. Я пыталась спрятаться от него, закрыв уши, но тщетно.
Образ Далии вдруг перестал смеяться. Она медленно указала на связанную женщину.
Мой взгляд проследил за ее рукой. Я могла четко видеть, кто именно горел, не в состоянии спастись.
Это была я.
— А-а-а!
Увидев себя, поглощенную пламенем и извивающуюся от боли, я почувствовала, как мое тело резко стало таким горячим, словно я сама горела.
Ощущения отличались от того, что я испытывала во время пожара. Моя кожа была раскалена, словно я действительно загорелась. Следом за этим последовала невыносимая боль. От неожиданности я закричала и начала дергаться, как будто у меня был припадок.
— Першати! — закричал Теодор, хватая меня.
Осознав, что я смотрела из окна кареты на что-то, он быстро задернул шторы.
— Я г-горю! Горю! Горячо! Помоги мне!
— Першати! Очнись. Посмотри на меня!
Теодор с силой удержал мое дрыгающееся тело. Затем он обеими руками взял меня за щеки и повернул мое лицо к себе.
Как только я почувствовала тепло его рук на своей коже, то тут же пришла в себя. Я все еще была в карете и не горела. Только тогда я осознала, что я была не горячей, как будто горела, а очень холодной, словно окунулась в ледяную воду. Все мое тело дрожало.
«Хи-хи-хи!»
Я слышала смех. Он манил меня, пытался заставить обернуться к окну. Словно заколдованная, я попыталась повернуть голову.
Теодор крепко схватил мое лицо, не давая мне отвернуться.
— Першати!
Под нахмуренными бровями я увидела его красные глаза.
— Куда ты смотришь? Смотри на меня! — громко закричал он, но я совершенно не понимала, что он говорит. Зловещий смех, звенящий в моих ушах, не давал мне это сделать.
Резкая боль пронзала голову подобно кинжалу. Она хотела, чтобы я перестала думать. Я боялась, что если отключу разум сейчас, то окончательно сойду с ума.
— Черт возьми, Першати! Очнись!
Мое тело задрожало с новой силой. Я закрыла глаза, не желая ни о чем думать.
— Проклятие!
Тепло на моем лице пропало.
Большая рука обхватила мой затылок, зарылась в волосы и с силой потянула. Кончик моего носа щекотнул знакомый запах, и моих губ коснулось что-то мягкое и теплое.
Я открыла глаза и увидела красную радужку чужих глаз, смотрящих на меня вниз. Встретившись с его ожесточенным, пристальным взглядом, я почувствовала, что задыхаюсь. Тепло на моих губах утихомирило хаос. В мои пустые глаза вернулся свет. Я могла видеть, как в мир вокруг Теодора возвращались цвета. Смех в голове затих.
Словно цепляясь за чувство облегчения, я схватила Теодора за рукав, переплетая наши разгоряченные дыхания. Он обхватил мою талию второй рукой и утянул в объятия.
Обновлено: 13.02.2026