— Ты помыла их? Думаю, стоит это сделать. Ты же не хочешь, чтобы ее злоба перешла на тебя. Нам стоит зайти в церковь за святой водой.
— Я тщательно помыла руки.
— А еще? Она ведь ничего больше не сделала, да?
— Она просто честно отвечала на мои вопросы.
Когда я уже собиралась сказать ему не волноваться, я вдруг вспомнила, как она коснулась моего лба своей рукой.
«Что это было?»
Это не было добродушным касанием.
«Она втерла яд мне в кожу?»
Когда я замолчала и скривилась, Теодор начал подталкивать меня к ответу, выглядя так, словно сейчас умрет от тревоги:
— Она и впрямь что-то сделала?
Он продолжал постукивать ногой по полу от волнения.
Глория, никогда прежде не видевшая Теодора в таком состоянии, выглядела удивленной. Она улыбалась и продолжала потягивать ликер.
— Мне плевать, что они императорская семья. Стоит заставить их выпить моей крови и убить...
Он выглядел готовым сейчас же бежать во дворец, чтобы убить Далию и императора. Я быстро замахала руками и схватила его за рукав.
— Все, что она сделала — это коснулась моего лба!
— Да? Она коснулась твоего лба?
— Да.
— Она посмела ударить тебя?
В его глазах загорелась ярость. Она была настолько сильной, что, казалось, могла заставить растаять снег не вершине горы. Он собирался убить их всех.
Я быстро закричала, не отпуская его рукав:
— Нет! Она просто дотронулась до него! Как будто погладила!
— Просто коснулась? Зачем?
— Я тоже не знаю.
Почему она до него дотронулась? Сколько бы я ни размышляла, все не могла придумать возможную причину.
— Где она коснулась тебя?
— Здесь, — сказала я, указывая на лоб.
Теодор осторожно осмотрел меня и рыкнул:
— Она могла тебя отравить?
— Прости?
Он произнес это так тихо, что даже я, сидящая рядом с ним, не была уверена, что правильно его расслышала.
Он быстро двинулся. Его рука мягко обхватила мое запястье, указывающее на лоб.
Я еле уловила его движение. Его мягкие губы легко прижались к моему лбу. До носа донесся аромат цветов. Отстранившись, он медленно обвел красные их языком.
Я оторопело уставилась на его теперь блестящие от слюны губы.
«Что он делает?»
Теодор, предельно серьезный, посмотрел на меня и кивнул.
— К счастью, яда я не почувствовал.
«Что за?..»
Я все еще ощущала прикосновение губ на своей коже. Мое лицо горело, как будто у меня был жар.
— Ч-что ты делаешь?
От удивления я совсем забыла о Далии и закрыла лоб обеими ладонями.
Лицо Теодора оставалось спокойным.
— Принцесса никак не могла коснуться тебя с добрыми намерениями. Она могла отравить тебя, так что надо было проверить это. И единственным, кто может это сделать — это я, потому что у меня иммунитет к ядам. В чем проблема?
— М-мы м-могли использовать руки!
— Это принципиально? И что, если ты проверила это руками и случайно занесла яд внутрь? Ты забыла, как в первый раз проглотила мою кровь? Ты коснулась кольца, на котором была моя кровь, а затем этими же руками съела печенье и почти умерла.
— И в-все-таки…
Мой голос дрожал. Сердце колотилось так громок, словно хотело выскочить из тела. Я могла слышать быстрый ритмичный звук в своих ушах. Все произошло за несколько секунд. Его губы совсем недолго касались моего лба. Всего-то!
— Что такое?
Теодор оставался собранным, хотя мое лицо было настолько красным, что, по ощущениям, должно было взорваться. Он просто не понимал причину моей реакции.
— В-все равно. Поцелуй?
— Поцелуй?
Он задумался над этим словом с изумленным лицом. Его глаза расширились, а голова с рывком повернулась в сторону. Я увидела, что его лицо стало краснее помидора. Не глядя на меня, он проговорил дрожащим голосом:
— Это не то, что я хотел сделать. Эм. Не то, что бы целовать тебя — неприятно или что-то в этом роде.
Даже его шея и уши стали красными, и мое лицо почему-то тоже стало горячее.
«Он был так сосредоточен на том, чтобы понять, отравили меня или нет, что не до конца осознал, что делает».
Его смущение было странно наблюдать. Жар в теле только усилился.
— Я, я и сама никогда не говорила, что мне это неприятно. Ну, т-то есть, я имею в виду...
— Я не пытался на тебя давить. Я просто хотел, чтобы ты знала.
Теодор, кажется, сохранял самообладание в отличие от меня.
— Разумеется, я хотел, но... Ах, нет. Я не это имел в виду.
Вообще-то он вообще не сохранял самообладание. Он сморщился и раздраженно смахнул волосы со лба.
— Ч-чего ты хотел?
— Я говорю, что дело не в том, что я пытался сделать это без твоего согласия! — прокричал он, глядя на меня.
Его лицо стало еще краснее, напоминая спелое яблоко. Оно выглядело странно.
Думаю, я выглядела примерно также.
«Наверное, у меня и шея покраснела».
Я опустила руки ото лба и закрыла глаза.
— Н-не говори ничего. Давай просто помолчим. Если п-продолжим говорить, то выставим с-себя идиотами.
— Хорошая идея, — тяжело вздохнул Теодор.
Я могла услышать, как он пытался успокоиться.
Наконец, Глория, все это время наблюдавшая за нами, снова отпила из своего бокала и неверяще спросила:
— Но вы же уже проверили брачную ночь вместе. Разве вы тогда не целовались?
Неловкая тишина затянулась.
Обновлено: 13.02.2026