Услышав слова Тан Ваньсуна, Тан Вань вдруг широко улыбнулась.
— Папа, что это за подаяние? Все знают, что оценочная рыночная стоимость нашей компании более десяти миллиардов. В моих руках 10% акций, и это значит, что моя доля не меньше сотни миллионов. Да, я не совершеннолетняя, но что это за подачки? Да в нашей школе всем выдают на карманные расходы не меньше 500 000 юаней! Меня не просто не поймут, меня засмеют, если узнают, сколько мне, старшей дочери самого Тан Ваньсуна, дают на карманные расходы. Зато тёте Чжао ты готов покупать бриллиантовые серьги, колье... Да на ней только украшения стоят больше пятидесяти миллионов!.. Знаешь, кто-то может даже подумать, что теперь, женившись заново, ты плохо обращаешься с дочерью от первого брака!..
Тан Итун молча стоял рядом, не вмешиваясь в разговор Тан Вань с отцом.
Хотя он знал точно, что для их школы и 100 000 юаней на карманные расходы уже было много.
Но Тан Вань так уверенно заявила про подаяния и 500 000 юаней... Она совсем не боялась, что Тан Ваньсун узнает про обман?
Но Тан Ваньсун ничего не собирался проверять. На самом деле раньше он урезал расходы дочери: после очередной истерики в качестве наказания сократил раз в десять её карманные деньги, как посоветовала сделать Чжао Ся.
И после слов Тан Вань он чувствовал только вину.
— Милая, не сердись, папочка очень виноват. Давай с этого момента ты будешь получать по 500 000 юаней в месяц?
— Ну нет! Мне надо не меньше 600 000! У меня не было денег и пришлось занять. И лучше сразу вернуть! Это так ужасно, я богата, но чтобы что-то купить, мне приходится занимать! Ты хоть понимаешь, как я себя чувствовала?!
— Милая, не сердись. Смотри, папа сейчас позвонит и скажет перевести тебе 2 000 000. Договорились?
— Конечно, папочка! Так ты всё же любишь меня! — Тан Вань расплылась в улыбке.
И Тан Ваньсун мысленно выдохнул, понимая, что дочка купилась.
Пока она не отдала ему свою долю акций, хотел или нет, но должен был выполнять все её желания.
Что какие-то 600 000 юаней в месяц, когда у него будут сотни миллионов?
Но для Тан Вань он был полным идиотом. Он действительно просто так был готов дать ей больше полумиллиона?
Ну, она ими распорядится лучше.
Тут уже не выдержал и Милашка. Он материализовался около неё и с крайне обиженным и злым видом заявил:
— Не зови его «папочкой», он не достоин! Я твой Папочка!
Он поверить не мог, что Тан Вань действительно так кого-то назвала.
И кого?!
«Тебе помочь заткнуться?» — мысленно оборвала его Тан Вань, недоумевая, с чего такая острая реакция.
Милашка обиженно засопел, сверля её взглядом.
Тан Вань, посчитав миссию выполненной, встала с дивана.
— Пап, я устала, так что пойду к себе... Пусть тётя Чжоу занесёт мне ужин в комнату.
Тан Ваньсун кивнул.
Тан Итун было отступил в сторону, но Тан Вань повернулась к нему и серьёзно сказала:
— Ты идёшь со мной.
Услышав это, Тан Ваньсун подумал только одно: своё плохое настроение Тан Вань собралась срывать на брате. Но он не собирался её останавливать.
Возможно, не будь у него второго сына, он бы и задумался об этом, но сейчас-то у него есть вариант получше. Так зачем тратить время и деньги на Итуна?
На бестолкового, невоспитанного идиота с дурным характером? Пусть будет боксёрской грушей, ему-то что.
После слов Тан Вань, Итун молча пошёл следом за ней.
Но на пороге комнаты Тан Вань он остановился и заколебался: раньше он никогда не был у неё.
— Чего застыл? Входи давай, — поторопила Тан Вань, увидев эту заминку.
И сама же первая зашла.
Обновлено: 02.02.2026