Следующим днем я проснулся довольно поздно. Слова Мартина все еще были свежи в моей памяти. Одевшись, я прошел по тихим залам Храма и остановился у статуи в главном зале.
«Дорогая Богиня, – я тихо пробормотал. – Я все еще не знаю, что ты задумала, а потому был бы ряд любой подсказке».
Как и следовало ожидать – ответа не последовало.
На выходе из Храма до меня снова донесся слабый запах жареной курочки, что было довольно странно – я не видел даже намека на домашнюю птицу ни в Храме, ни в окрестностях, и все же этот запах никуда не делся.
Рынок находился всего в нескольких минутах ходьбы, но располагался не в центре города, как это обычно бывает, а, скорее, в западной его части. Именно здесь расположилось подавляющее большинство продуктовых лавок, а также две таверны. Вспомнив совет Мартина, я побродил между торговыми рядами, изучая овощи, куски мяса, специи и кухонную утварь, ожидая хоть какой-то искры вдохновения – чего-то, что могло бы мне объяснить, как я должен набираться опыта.
Но ничего подобного так и не случилось.
Прошел час, и шесть медяков в моем кармане уже начали на него давить, но бездумно тратить их было нельзя, поскольку они могли понадобиться мне на жизнь, подумай в Храме, что я злоупотребляю их гостеприимством. Вздохнув, я решил хотя бы пообедать.
Из двух таверн одна была мне явно не по карману: это было заведение для богатых торговцев и успешных авантюристов – хорошо одетый персонал, мебель из полированной древесины и атмосфера, явно намекающая людям вроде меня идти мимо.
Второе место называлось «Ревущая таверна».
Только я вошел внутрь, как в нос мне ударил аромат меда, жареного мяса, а в ушах зазвенел гул разговоров. Несколько явно не протрезвевших с прошлой ночи человек склонились над кружками эля, за другими столиками веселыми группками сидели авантюристы, которые смеялись и, должно быть, обсуждали планы на следующую экспедицию.
«Заходишь? – раздался резкий голос. – Или так и будешь стоять, разинув рот?»
Я обернулся и увидел молодую девушку, которая, уперев руки в боки, ухмылялась мне из-за прилавка.
«О простите, – пробормотал я, запинаясь. – Я надеялся перекусить».
Она рассмеялась, но в её смехе было больше теплоты, чем насмешки: «Тогда присаживайся. Еда обойдется в один медяк. К пище можем подать медовуху за еще медяк сверху».
«Нет, только обед и воду, пожалуйста», – быстро выпалил я, протягивая монету, прежде чем сесть на стул за маленьким столиком рядом со входом на кухню. Отсюда открывался хороший обзор на всю гостиницу – идеальное место, чтобы наблюдать, никому не мешая.
Совсем скоро мне подали миску сытного рагу, кусок вяленого мяса, маленькую булочку и пивную кружку, наполненную водой – настоящий пир за один-то медяк.
Я принялся за еду, погруженный в окружающую атмосферу: авантюристы делились историями о монстрах и сокровищах, группа пьяниц сосредоточенно потягивала эль – было грязно, шумно и немного хаотично, но жизнь тут била ключом. После двух недель торжественной тишины Храма это место походило на мир, который я себе представлял.
Я поймал себя на мысли о том, что если мне и суждено застрять на кухне, то, возможно, мое место именно здесь.
С этими размышлениями я не сумел сдержать громкий вздох.
«Что случилось, парнишка?»
Я поднял глаза и увидел барменшу – она подошла и небрежно облокотилась на ближайший столик».
«О, простите, – выпалил я. – Просто пытаюсь сообразить, чем мне заниматься».
Она склонила голову набок, а затем понимающе улыбнулась: «А-а-а, только получил класс, да? Как раз подумала, что ты примерно в этом возрасте».
«Да, – признался я. – Просто, не тот, на который рассчитывал».
Девушка рассмеялась, покачав головой: «Так всегда. Думаешь, когда я получила класс Торговца, представляла себя барменшей в гостинице? Да ни в жизнь».
С этими словами она наполнила мою кружку водой, и бодро, но сдержанно продолжила: «И что же ты получил?»
«Кулинарный класс», – пробормотал я, чувствуя, как мое лицо краснеет.
Её глаза загорелись: «Повара? О, как же я завидую: ты, наверное, постоянно пробуешь что-то невероятное!»
«Не совсем, – пробормотал я, опустив голову. – Пока нет».
Барменша лишь снова рассмеялась и оставила меня наедине с едой, направившись обслуживать группу из четырех авантюристов возле бара. Они явно были опытны – их экипировка выглядела лучше, чем все, что я видел раньше – и на мгновение приковали мой взгляд. Это должен был быть я.
Когда барменша вернулась на место, она взглянула на меня: «Так ты ищешь работу?»
Я моргнул: «Возможно? Я… пока не знаю».
«Ну, – сказала она с усмешкой. – Ларри, наш хозяин, ищет пару рук. В основном для работы на кухне, но и помочь с таверной тоже».
Я колебался: «Мне… мне сейчас негде жить. Я остановился в Храме, работаю там же на кухне».
Девушка пожала плечами: «Погоди, спрошу у него».
Не успел я её остановить, как она исчезла в задней части таверны. Я уставился на стойку, ошеломленно молча: смогу ли я вообще переехать в таверну; дадут ли мне комнату?
Мгновение спустя барменша вернулась с мощным широкоплечим мужчиной за спиной. Его лицо было испещрено шрамами, а сам он держался с легкой уверенностью человека, пережившего больше сражений, чем я мог бы сосчитать.
«Вот этот парнишка», – сказала она, указав на меня.
Мужчина оглядел меня с ног до головы: «Имя есть?»
Я вскочил с места: «Тревор, сэр».
Он долго изучал меня взглядом, а затем хмыкнул: «Микка сказала, что ты повар, но ты больше походишь на бойца. Что случилось? Впервые увидел смерть и у тебя сдали нервы?»
«Нет, сэр, – я быстро ответил. – Я учился в Военной Академии Боргоны, но на Церемонии получил… кулинарный класс вместо боевого».
«Ха! – расхохотался Ларри. – Судьба жестока».
«Не совсем, – быстро добавил я. – Это редкий класс. Но я провел в Храме уже две недели и… все еще не пойму, как поднимать уровень. Не получаю опыт. Совсем».
Мужчина приподнял бровь, не отводя от меня взгляда: «Редкий кулинарный класс, уровень которого ты не можешь повысить. Хм. Что ж, ищи я повара, то сразу же тебе отказал бы, но мне нужен кто-то, кто мог бы таскать бочки, мыть посуду и не давать дебоширящим пьяницам ломать мебель».
Он наклонился ближе: «Вот условия: два медяка в день, работать будешь до последнего, выходной – раз в две недели, маленькая комната на заднем дворе, переоборудованная под склад, – твоя за один медяк за две ночи, в ней не промокнешь. Таким образом, за две недели будешь зарабатывать девятнадцать медяков чистыми. Либо соглашаешься, либо нет».
Девятнадцать медяков после двух, которые я получал в Храме, казались настоящим богатством.
«Да, сэр», – сказал я так, чтобы это не прозвучало слишком нетерпеливо».
Ларри улыбнулся и хлопнул меня по плечу: «Хорошо. Начнем завтра, мне нужно успеть прибраться в твоей комнате. Добро пожаловать, малец».
«Мне нужно сообщить об этом старейшине и Мартину в Храме».
«Без проблем, – ответил он, – к работе ты приступаешь завтра, а твоя комната все равно еще не готова».
Он поднялся со стула и протянул мне мощную ладонь. Я крепко пожал её, все еще не веря своим ушам. Не сказав больше ни слова, Ларри коротко кивнул и исчез в кухне, оставив меня стоять в оцепенении.
Меня… наняли.
Я был немного шокирован и ошеломлен, и в глубине души не мог сдержать растущего волнения. Это было здорово. Реальный шанс: я смогу увидеть авантюристов вблизи, услышать их истории, возможно, даже узнаю что-то полезное для себя.
«Ты согласился на эту работу? – оторвал меня голос от моих размышлений. Обернувшись, я увидел улыбающуюся из-за стойки мне барменшу. – Это потрясающе. Кстати, меня зовут Микка. Приятно познакомиться».
«Э-э, да, – выдавил я, все еще пытаясь переварить услышанное. – Завтра начинаю. Ах, да, я Тревор. П… Приятно познакомиться. Большое спасибо, что помогли мне устроиться».
«Не за что, – ответила Микка, весело улыбнувшись. – Завтра увидимся. А теперь отойди-ка, мне нужно прибрать твой столик для следующего посетителя».
Я кивнул и отступил в сторону, глупая улыбка с моего лица все еще не сошла. Впервые за несколько недель я чувствовал, что моя жизнь наконец-то движется вперед.
Слова барменши вывели меня из ступора: я допил воду и покинул гостиницу, лихорадочно соображая. Нужно было рассказать старейшине Питеру и Мартину. Последний, наверное, был бы рад за меня – в конце концов, именно он подбил меня на это, но насчет старейшины я был не уверен.
Обратная дорога к Храму Путеводного Света была короткой, но казалась более длинной из-за крутящихся в голове мыслей. Не успел я опомниться, как оказался в главном зале, где меня сразу же заприметил один из священников. Я подошел к нему и спросил, может ли он организовать встречу со старейшиной. Он просто кивнул и молча исчез в одном из боковых коридоров, оставив меня стоять в тихом одиночестве.
Я поднял взгляд к статуе в центре зала – безмятежной фигуре Богини Судьбы с распростертыми в приветственном жесте объятиями. Только сегодня утром я молился о помощи… и вот, работа буквально свалилась мне на голову. Может быть, только может быть, у неё действительно были на меня планы.
Некоторое время спустя в зал вошел старейшина. Его мягкая улыбка ничуть не изменилась – была такой же спокойной и одобряющей. Он жестом пригласил меня проследовать за ним и провел в маленькую боковую комнату с простым столом и двумя стульями.
Я сел и старался не ерзать: он ведь не рассердится… верно?
«Чем я могу помочь тебе, Тревор», – спросил мужчина, усаживаясь напротив меня.
«Сэр, – осторожно начал я. – Вчера вечером я разговаривал с Мартином, и он посоветовал мне поискать другие варианты, чтобы набраться опыта».
Улыбка старейшины стала чуть шире, он кивнул: «Да, да. Я попросил его с тобой поговорить», – ответил он теплым и уверенным тоном, как будто ожидал этого разговора.
Стоп, это была просьба старейшины? Я почувствовал облегчение: тогда все не так уж и плохо!
«Что ж, сэр. – продолжил я, слегка выпрямившись. – Сегодня я прогуливался по городу и зашел пообедать в «Ревущую таверну». Там мне предложили работу на кухне с проживанием. С завтрашнего дня».
Поколебавшись мгновение, я быстро добавил: «Если мне удастся выяснить, как получить опыт, то сразу же вернусь сюда. Я хочу, чтобы Вы могли это задокументировать. После всего, что Вы и Храм сделали для меня… я многим вам обязан».
Улыбка старейшины Питера не угасла: «Что ж, удачный поворот событий, – тепло сказал он. – Конечно, мы были бы очень рады описать твои успехи, когда придет время. А теперь скажи мне, они обсудили с тобой оплату? Я спрашиваю, потому что, насколько понимаю, в Академии редко говорят о ценности денег… по крайней мере, вне контекста военной службы или авантюризма»
«Да, сэр. После вычета расходов на проживание я буду получать девятнадцать медяков за две недели», – немного стеснительно сказал я, в глубине души беспокоясь, что старейшина Питер расстроится, – это было намного больше, чем я в сумме получил в Храме.
Но даже если его это и задело, он не подал вида: его теплая улыбка ничуть не дрогнула: «Хорошо, – сказал старейшина, одобрительно кивнув. – Неплохая начальная оплата для юноши твоего возраста и способностей. Одежду, которую мы дали, можешь оставить себе в качестве подарка. Ах да… – его взгляд немного смягчился. – Ты уже говорил с Мартином? Думаю, ему будет грустно из-за твоего ухода, он к тебе очень привязался».
«Нет, сэр. Я собирался зайти на кухню после, – ответил я, поднимаясь с места. – Спасибо Вам за все, за то, что позволили оставаться здесь эти две недели» – я отвесил ему почтительный поклон, надеясь, что он сможет передать то, что не передать словами.
«Нет, не стоит, не за что, – мягко сказал старейшина, отмахиваясь от моего поклона. – Если хочешь кого-то отблагодарить, то это должна быть Богиня Судьбы. Похоже, она приложила руку и направила тебя по твоему пути. Пусть так будет и впредь».
Он встал со стула, улыбка его оставалось все такой же неизменно теплой: «А теперь вперед, поговори с Мартином. Думаю, он захочет услышать новости лично».
С этими словами старейшина повернулся и вышел из комнаты, исчезнув в тихих коридорах Храма. Я постоял с минуту, пытаясь прийти в себя, прежде чем направиться на встречу со следующим человеком.
Войдя в кухню, я сразу же привлек внимание Мартина: «Ох, парень, слишком рано для ужина. Я же сказал тебе, чтобы ты сходил в город», – рассмеялся он.
«Да, сэр, помню. Я только что вернулся, и с новостями», – ответил я, не в силах сдержать улыбку.
Повар приподнял бровь и вытер руки тряпкой, прежде чем подойти ближе: «Оу? Ты наконец-то разобрался в своих навыках? Дело было в каком-то секретном ингредиенте?»
Я покачал головой: «Нет, опыт все еще на нуле. Но я нашел работу! В «Ревущей таверне». Девятнадцать медяков за две недели, а я еще мне дадут комнату. Начинаю завтра».
Мартин заморгал, а затем улыбнулся так широко, что я подумал, что его лицо вот-вот расколется пополам: «Молодец, парень! Не ожидал, что ты найдешь работу в первый же день. Да и оплата неплохая для человека твоего возраста и умений, – он хлопнул меня по плечу так сильно, что у меня чуть не перехватило дыхание. – Тогда сегодня вечером не смей работать. Тебе нужно хорошенько отдохнуть перед первым рабочий днем».
Он замолчал, выражение его лица смягчилось: «О, и еще кое-что, малец».
Я наклонил голову: «Что?»
«Не делай вид, будто мы незнакомы, – сказал он с не сходящей с лица улыбкой. – Хоть ты и получил редкий класс, ты же не забудешь человека, который первым вложил черпак в твои руки».
Прежде чем я успел хоть что-то ответить, он схватил меня за плечи, развернул к двери и игриво подтолкнул: «А теперь иди! Я хочу услышать о тебе великие вещи, слышишь?»
Я рассмеялся и, спотыкаясь, направился к выходу: «Спасибо Вам, Мартин, спасибо за все!»
«Пф», – отмахнулся он от меня, поворачиваясь в сторону кухни, но, клянусь, я слышал тихий смешок, донесшийся мне вслед.
Обновлено: 21.01.2026